Чтение онлайн

— Почему, — в конце концов спрашивает он, прищурившись, — вы такие?

И я бы с радостью объяснила ему, объяснила так, чтобы это имело смысл, но я не способна, потому что в наших отношениях смысла не найти.

Поэтому просто слегка пожимаю плечами.

— Мы... просто, наверное, слишком рано влюбились… и теперь не знаем, как жить друг без друга.

Би Джей и я, думаю, мы как золотое ожерелье, которое все запутано. Его возможно распутать, но кажется, что невозможно. Иногда вам удается закрутить цепь, чтобы освободить ее от самого себя, но редко.

Чаще приходится расстёгивать застёжку или рвать цепочку полностью, чтобы узлы развязались

— Вы как Сэм и Клосс, — Том кивает себе и кажется немного расстроенным. — Черт, — добавляет позже себе под нос.

— Мне жаль, — говорю я ему, и кажется, что я вот-вот расплачусь.

— Нет, — качает он головой, бездумно потирая мою лодыжку. — Это мне жаль, если бы я только мог освободить тебя, сделал бы это.

Сердце у меня сжимается в груди, и я вздыхаю, вместо того чтобы сформулировать какое-то предложение. Мне есть что сказать, даже многое. Но все мнения противоречат друг другу.

Да, я люблю Би Джея. И нет, не знаю, как заставить себя разлюбить. Но, пожалуйста, не оставляй меня. Не хочу, чтобы ты покинул меня. Мне будет страшно без тебя. С тобой я не одинока. И я боюсь, что, возможно, Гас был прав.

Мне есть что сказать, но все слова застряли в горле.

Он берет кофе из моих рук и делает большой глоток.

— Итак, — говорит Том и смотрит на меня, нахмурив брови, — что теперь будет с нами?

— Ты о нашем укрытии? — уточняю я, протягивая руку и вытирая случайную пенку от капучино с его верхней губы. Моя рука зависает. Его щеки розовеют.

Том прокашливается.

— Ага...

— Не знаю, — говорю и пожимаю больше бровями, чем плечами. — А как бы ты хотел?

— Ну, мне до сих пор нужно укрытие, — он переводит взгляд на меня. — Тебе до сих пор нужно укрытие. Нам обоим надо переждать, пока чувства минуют, — пожимает плечами. — Почему бы не делать это вместе?

Киваю и чувствую непривычный прилив эндорфинов.

Приятное чувство от того, что могу продолжать изображать из себя девушку Тома. Ещё больше радуюсь тому, что не придётся сталкиваться с Би Джеем без своего «АК-47».

Том кивает в сторону кровати.

— Мы, наверное, не должны делать это снова...

— Ах, — киваю. Кажется, я совсем не смогла скрыть своего разочарования. — Нет, вероятно, что нет.

Том игриво прищуривается, стараясь не улыбнуться. Его это радует.

Я задираю нос и бросаю на него взгляд.

— Хотя конец света не наступит от того, если мы будем делать, — добавляю я, потому что что-то внутри меня ёкает при мысли, что это может быть полностью исключено.

Его взгляд смягчается, и он кивает, наклоняясь ближе.

— Послушай, мы можем сделать это еще, когда ты захочешь. Я просто не уверен, что вчера ты хотела. Может, думала, что должна, — он качает головой. — Но это не так.

— Я знаю, — говорю, задирая нос.

— У тебя расстроенный вид, — говорит он с лёгкой улыбкой, но немного сбитый с толку, затем его лицо меняется. — Не хочу расстраивать тебя.

— Ты ничего плохого не сделал, — говорю ему.

— Знаю, — Том моргает. — Ты себя расстроила. И сделала меня соучастником.

Киваю.

— Извини.

Он прищуривается немного игриво.

— Это яркий пример того, что ты можешь быть головной болью.

38. БИ ДЖЕЙ

Полный пиздец. Так она сказала. И это то, чем я являюсь. Чем мы являемся, полагаю.

Но, всё же, ничто не могло бы подготовить меня к тому, каково это — наблюдать, как Паркс сворачивает за угол в лобби с единственным мужчиной, с которым была, не считая меня. И вот в чём загвоздка — теперь они другие. Я это вижу.

Секс важен для нее. Она бы не сделала этого, если бы не хотела, даже если сделала это немного назло мне, она делала мне назло тысячу раз, в миллион разных способов, но ни разу не переспала с кем-то другим, кроме меня. Но Том...

С Томом всё по-другому. Даже если она ещё этого не осознаёт.

— Эй, — Генри улыбается им, ведь он не знает.

Магнолия слегка ему улыбается, а тот растерянно оборачивается ко мне. Перри и Гас обмениваются вопросительными взглядами. Том что-то шепчет Паркс, убирает ей волосы за ухо — теперь он слишком знаком с ней. Прикасается к ней, как будто она его, а тогда идет к стойке регистрации. Я смотрю на неё, но она намеренно избегает моего взгляда. Пэйли подбегает, связывая свои руки с Паркс, будто заслоняя ее собой, как щитом.

Стараюсь не выдавать боль, которую чувствую, но не очень удается. Внутри все обрывается. Кристиан смотрит то на меня, то на Паркс, нахмурив брови. Оценивает обстановку.

Думаю, он понимает.

Том подходит к Паркс, замечает меня, едва кивает, а потом небрежно обнимает её за плечи. Это больно. То, как непринуждённо он прикасается к ней, и как она машинально обхватывает два его пальца своей рукой... и они просто стоят там... как пара. Как настоящая пара. С реальными чувствами и реальным сексом.

Безмолвная интимность, которая происходит между ними прямо передо мной, заставляет меня чувствовать, будто кто-то вычерпал мою чёртову душу ложкой для супа, и я отворачиваюсь, потому что не могу на это смотреть.

Генри замечает и хмурится.

— Ты в норме?

Быстро киваю, потому что, очевидно, что нет.

— Через мгновение вернусь, — говорю ему.

Бегу в уборную. Делаю дорожку. Возвращаюсь. Пытаюсь поймать её взгляд, но она не смотрит на меня. Ничего. А её ничего — это уже что-то, потому что между нами нет ничего неестественного, и от этого наступает облегчение.

Наша машина приезжает — уже нешуточное достижение. Том ведет ее к машине. Всю дорогу Паркс молчит. Кажется, она ни одному из нас и слова не молвила. Даже когда к Паркс обращались. Том отвечает за неё или Пэйли. И он не выпускает её руку — они что, приклеены друг к другу?

Мы приезжаем на взлётную полосу, а у меня на душе тяжесть, ведь моя девочка удаляется.

Пока все вылезают из машины, я подхожу и становлюсь рядом.

— Можем поговорить? — тихо спрашиваю.

Она наклоняет голову ко мне, но не пересекается со мной взглядом.