Чтение онлайн

– Хорошо, – говорит Пирелли. – Хотя тут у нас совсем другое плавание. В сущности, будем учиться тонуть. Но с умом. Сначала надо тебе дыхание поставить. А ну-ка, не дыши.

– Как это? Вообще не дышать?

– Глубоко вдохни и задержи дыхание на сколько сможешь.

Стен делает глубокий вдох. Задерживает дыхание. Проходит пятнадцать секунд. Он чувствует, что вот-вот лопнет. Громко выдыхает и судорожно глотает воздух ртом.

– К концу недели доведём до минуты. А танцевать умеешь? – спрашивает Пирелли.

Об этом Стен никогда не задумывался.

– Даже не пробовал, – сознается он.

– Ладно, я в твоём возрасте тоже не умел. Дядя Гарри и тётя Фред не отличались любовью к танцам. А твоя родня?

– Тоже нет, – говорит Стен.

– Так я и думал. Но танец тебе дастся легко, я уверен. Мне всё инстинкт подсказал, и у тебя тоже получится. Ну-ка, попробуй.

– Что «попробуй»?

– Немного потанцевать. Подвигаться, точно танцуешь в воде под неслышную музыку. Давай, давай! Не робей! Отлично!

Стен озирается. Вокруг уже собралась небольшая толпа. Панчо обращается к зевакам.

– Представление будет только вечером! Тогда и приходите. Ждём вас!

Несколько человек идут своей дорогой, но кое-кто остаётся. Среди них Питер-Рассмеши. Стен машет ему рукой. Питер хмуро машет в ответ.

– Это Стенли Эрунд! – провозглашает Пирелли. – Он станет великим артистом! Но пока он только учится.

Он возвращается к Стену.

– Не обращай внимания, Стен. Поглазеют и уйдут. Давай-ка ещё потанцуй.

Стен переступает с ноги на ногу. Чуть покачивает бёдрами. Плавно кивает головой – вверх-вниз-вверх-вниз.

– Ясно, – говорит Пирелли, – над этим ещё поработаем. Теперь задание потруднее. Настало время тебе встретиться с внутренней пираньей.

– Что за внутренняя пиранья? – спрашивает Стен.

– Вот представь: вокруг тебя плавают рыбы. И ты вместе с ними. Ты должен заглянуть пираньям в глаза и показать им, что ты смелый парень. Сможешь?

Стен пожимает плечами. Задание вроде бы лёгкое.

– Закрой глаза, Стен, и начинай, – велит Панчо.

Стен закрывает глаза.

– Видишь? Видишь их плавники? Чешую? Зубы? Чувствуешь, они задевают тебя плавниками и хвостами? Ты представил это, Стен?

– Вроде да, – замявшись, отвечает Стен.

– Превосходно. Теперь посмотри им в глаза. Будь спокоен и уверен в себе.

Воображать Стену легко. Он видит рыб. Ощущает прохладу воды. Видит зубы. Чувствует касания хвостов и плавников. Это даже приятно, как во сне, когда он плавал с золотыми рыбками.

– Они тебя ещё не укусили? – спрашивает Пирелли.

– Что? – Стен никак не может вернуться к реальности.

– Или уже укусили? В воде есть кровь?

Стен вздыхает. Ну разумеется, никто его не кусал!

– Нет, – отвечает он.

– Превосходно! Можешь открыть глаза.

Стен открывает глаза.

– Это успех! – восклицает Панчо. – Грандиозный успех!

– Но это совсем легко, – отзывается Стен.

– Легко. Но только для тебя. Потому что ты – Стенли Эрунд. Для большинства людей внутренняя пиранья смертельна. Как настоящая. Их ужасает сама мысль о том, что рядом, в одной с ними воде, плавает пиранья. На-ка, выпей ещё черногаза.

Стен потягивает вкусный напиток. Смотрит на аквариум. Полдюжины пираний сбились в стайку и зависли возле самой стенки. Они пристально глядят на него, Стена.

Привет, мои сотоварищи, молча здоровается он с рыбами. Привет, слышится ему ответ в тишине.

– Мистер Пирелли, – нерешительно начинает Стен.

– Что?

– Учёба наша… как-то не очень… организована…

– Ты прав, Стен. Совсем плохо организована. Понимаешь, у меня никогда прежде не было учеников. А чтобы стать Стенли Эрундом, на самом деле нужна не учёба. Нужна вера в себя. Нужна мечта. Нужно видеть об этом сны! Когда ты сегодня ляжешь спать в автоприцепе у Достоевски, попробуй снова представить, что плаваешь с пираньями. И представь своё детство на реке Ориноко. Сможешь, Стен?

– Конечно! Мистер Пирелли, а Педро Пельдито вас так же обучал?

– Не совсем, – отвечает Панчо.

– А как?

– Он кинул меня в воду.

– Что? – Стен не поверил своим ушам.

– Да. Он сказал, что уверен, что это моя судьба, что я буду следующим Педро Пельдито, а убедиться в моём призвании можно только одним надёжным способом. Схватил меня в охапку, поднялся по лестнице и бросил к пираньям.

– И что произошло?

– Ничего. Я несколько секунд барахтался, рыбы радостно плескались вокруг. Педро наблюдал. Потом он выудил меня из воды, сказал, что не ошибся, что я тот самый парень, будущий укротитель пираний, выдал плавки и прочее обмундирование – и всё. Я начал работать.

Стен стоит призадумавшись, покусывая губу.

– Так было в прежние времена, Стен, – говорит Пирелли. – Другой мир. Другая жизнь.

Стен закрывает глаза. И представляет, как мальчика, точно такого же, как он сам, бросают к пираньям. Давным-давно, в прежние времена.

– Почему они вас не съели? – спрашивает он. – И почему теперь не трогают?

Пирелли улыбается.

– Загадка, верно? – говорит он. – Это и есть самая главная загадка. Они меня не трогают, потому что знают: я создан не для того, чтобы быть съеденным. Они не едят меня, потому что я – Панчо Пирелли.

– И они не съедят меня, потому что я – Стенли Эрунд.

– Вот именно!

Стен смотрит на рассекающих воду пираний. Потом оглядывается. Питер-Рассмеши хмуро рассматривает рыб в аквариуме. Человек-кабан жуёт отбивную. Женщина из дома с привидениями снова вытащила изо рта клыки и машет ими Стену. Ещё дальше он видит Ниташу и Достоевски – они пробираются к нему, Стену, мимо шатров и киосков.

– Есть и другой секрет, – добавляет Панчо.

– Какой? – спрашивает Стен.

– Этот секрет ведом только тем, кто плавает с пираньями.