Чтение онлайн

– Я должна вернуться на вересковые топи, – сказала она. – Это единственный путь.

– Аврора! Постой, Аврора! – Филипп бросился следом за ней.

Она остановилась и, обернувшись, окинула печальным взглядом Филиппа, короля и королеву.

– Я должна пойти к ней, Филипп, – сказала она.

– Посреди ночи?! – воскликнул он.

– Не важно, – тряхнула головой Аврора. – Она снимает проклятие. Снимет, я знаю.

– Тогда я иду с тобой, – твёрдо сказал принц.

– Я должна увидеться с ней наедине, – мягко возразила Аврора. – А ты оставайся со своей семьёй. – И она слабо улыбнулась сквозь слёзы.

Глядя на эту пару, у Ингрит на секунду сжалось всё внутри. Да, нужно что-то делать с Филиппом, с его романтикой и нежным, слишком нежным сердцем. Причём делать немедленно.

– Ты моя семья, – нахмурился Филипп.

Ингрит решила, что пора кончать эту слезливую мелодраму. Ей самой выгоднее, чтобы Авроры здесь не было, а значит...

– Отпусти её, Филипп, – сказала она. – Может быть, ей действительно удастся спасти нас.

– Благодарю вас, – с признательностью взглянула на неё Аврора и обратилась к одному из стражников: – Мне нужна лошадь.

Стражник повел её из комнаты, и Ингрит со скрытой радостью смотрела, как уходит Аврора. Да, всё складывалось как нельзя лучше. Теперь, когда белобрысая девчонка укатила назад на своё болото, можно продолжить то, что уже начато.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ЕЩЁ НИКОГДА АВРОРЕ НЕ КАЗАЛОСЬ, ЧТО ДО ВЕРЕСКОВЫХ ТОПЕЙ ТАК ДАЛЕКО.

КОГДА ЖЕ КОПЫТА ЕЁ БЕЛОЙ ЛОШАДИ ступили наконец на тёмные молчаливые топи, Аврора принялась звать Малефисенту. Она звала – но ответа не получала. К тому времени, когда Аврора добралась до своего дворца и въехала на сделанный из листвы и цветов мостик, слёзы уже ручьём катились по её щекам. В свете полной луны зелёный дворец казался молочно-белым, и в другое время Аврора непременно остановилась бы полюбоваться его красотой, но сейчас ей было не до этого. Дворец казался пустым, и ни о чём другом она просто не могла думать.

Как же её угораздило совершить такую ужасную ошибку?! Нет, она, конечно, понимала, что простым званый обед в Ульстеде не окажется, но такого развития событий никак не ожидала. И такого конца.

– Малефисента! – Аврора соскочила с лошади и бросилась во дворец. – Малефисента!

В ответ – только эхо её собственного голоса. Во дворце действительно никого не было.

Охваченная страхом, близким к панике, Аврора вышла назад на мост. Огляделась вокруг и увидела высокую скалу, которая, поднимаясь над всеми топями, была любимой обзорной площадкой Малефисенты. Возможно, она и сейчас туда отправилась.

– Крёстная! Прошу тебя! – навзрыд рыдала Аврора. – Вернись! Просто вернись, пожалуйста!

Но сколько бы она ни кричала, Малефисента не появлялась. Наконец обессилев, Аврора замолчала и опустилась на крыльцо дворца. Возле неё клубочком свернулась беззвучно появившаяся Пинто. Появление маленькой феи-ёжика было хоть и небольшим, но утешением, и Аврора принялась осторожно поглаживать её по спинке, а услышав шаги, с надеждой повернулась на их звук. Но это был всего лишь Диаваль.

– На вересковых топях её нигде нет, -– сказал он, подойдя ближе. – И никто её не видел.

Он выглядел таким же несчастным, как и Аврора.

Она вскочила и обняла Диаваля. Честно говоря, Аврора даже не заметила, когда и как он покинул тот ужасный обед. Но он его покинул и остался цел, а всё остальное уже не имело значения. Авроре очень был нужен друг.

– Диаваль, – сказала она, ещё крепче обнимая его, – я так рада тебя видеть!

Диаваль тоже обнял её, и Аврора почувствовала, как дрожат его тоненькие ручки. Малефисента была нужна Диавалю не меньше, чем Авроре.

– Её нигде нет, –- сказал он, слегка отодвигаясь назад. – А вдруг она никогда не вернётся?

– Я должна её найти, – сказала Аврора и прибавила про себя: «Ведь всё это случилось только по моей вине».

– Ты? – переспросил Диаваль. – А я? Я тоже буду её искать! Не могу же я навсегда остаться человеком! Нет, ты только сама посмотри, на что я похож! Чучело, настоящее огородное чучело!

На секунду ему удалось успокоить Аврору и даже заставить её улыбнуться. Но она тут же тряхнула головой:

– Она должна снять своё проклятие! Это единственный способ всё уладить.

– А тебе не приходило в голову... – нахмурился Диаваль.

– Что? Что не приходило в голову? – прервала Аврора, озадаченная его словами.

– ... что она этого не делала? – негромко закончил Диаваль.

Аврора покачала головой. Нет, она же была там, в замке, и сама видела магическое зелёное свечение и ярость в глазах своей крёстной.

– Но кто же ещё мог это сделать? – спросила наконец Аврора.

«Нет-нет, – подумала она, когда Диаваль не ответил. – Он ошибается. Это Малефисента наложила на короля проклятие, больше некому».

Но если это так, если Малефисента наложила проклятие, то она же может и снять его, верно? Вот знать бы только, куда пропала тёмная фея!

Малефисента лежала на чём-то мягком, тёплом, уютном и не решалась открыть глаза. Медлила. Боялась, что если откроет их, то окажется, что тёплая постель ей лишь снится.

Воспоминания о том, что произошло после того рокового выстрела, были у неё весьма отрывочными. Помнилось какое-то бесконечное падение с высоты, потом погружение в холодную воду. Мелькнуло торжествующее лицо стоящей на башне замка арбалетчицы, потом... Потом её куда-то несло течением, сбросило с высоты... Водопад? Да, наверное, водопад, потому что потом снова падение в воду, которая оказалась ещё холоднее, чем в реке. Ну да. Океан. Он же начинается почти рядом с Ульстедом. Здесь её вновь понесло течение...

Спустя какое-то время кто-то вытащил её из воды и поднял в небо. Рядом с головой Малефисенты хлопали крылья. Она смутно помнила яркий голубой свет и обдувавший её щёки ветер. Потом, когда она вновь на мгновение разлепила веки, мелькнули какие-то высокие скалы, и под ними гремел океанский прибой. Её затаскивают во что-то похожее на пещеру, и здесь она снова закрывает глаза от нестерпимой боли и, теряя сознание, проваливается во тьму.

Вспомнив всё это, Малефисента решилась наконец открыть глаза. То, на чём она лежала, оказалось толстой подстилкой из мягкого мха. Над головой у неё поднимался купол потолка, сплетённый из травинок и веточек. Здесь было тепло. Услышав шум, Малефисента попыталась сесть, но тело тут же пронзила острая боль.

Она опять легла и осторожно потрогала свою рану. Она была обработана и закрыта сделанной из коры повязкой. Кто-то очень бережно позаботился о ней.

Но кто?

Снаружи послышались голоса, и Малефисента, преодолевая боль, всё же заставила себя сесть, плотно обхватив своё тело крыльями. Голоса становились громче, они о чём-то горячо спорили, и Малефисента вдруг испугалась. Испугалась впервые в жизни.

Она осторожно спустила ноги на пол. Боль была ужасная, но Малефисенте хотелось быть на ногах, когда появятся обладатели этих голосов. Медленно переставляя ноги, она добралась до большого круглого отверстия в стене и, заглянув в него, обнаружила за ним тёмный пустой туннель.