Чтение онлайн

– Был воином, – уточнил Коналл, и глаза у него потемнели. – Долгое время был. Теперь уже нет.

– Что изменилось? – коротко спросила Малефисента.

– Ты, – ещё короче ответил он.

Этот ответ удивил Малефисенту, и она в недоумении склонила голову набок.

– Ты и Аврора, – с улыбкой добавил Коналл. – Вы показали мне иной путь.

Малефисента разочарованно уронила руку. Ну вот опять. Но представления Коналла о её отношениях с Авророй уже устарели. Они остались в прошлом.

– Я уже говорила тебе, что это была моя ошибка, – сказала Малефисента.

– Это не было ошибкой, – покачал он головой. – Это был выбор. Твой выбор.

Она длинно, тяжело выдохнула. Он просто бесил её, этот Коналл. Снова и снова твердил, что она не должна участвовать в сражении. Там, где Борра говорил «Уничтожь», Коналл говорил «Прости». Настаивал на том, чтобы она держалась в стороне от схватки и восстановила свои отношения с Авророй. Но при этом он очень внимательно следил за тем, как поправляется Малефисента. А тогда зачем?

– Почему ты мечтаешь, чтобы я скорее поправилась, если не хочешь, чтобы я участвовала в битве? – спросила она.

Коналл ответил не сразу, долго смотрел на Малефисенту и только потом с улыбкой сказал:

– Возможно, готовлю тебя к более серьёзной схватке. – Сказал – и вышел из комнаты.

Малефисента проводила его взглядом, мысли роились у неё в голове. Только она начала верить, что стала совершенно бесчувственной, как в сердце у неё вновь что-то ожило, защемило. И всё из-за Коналла.

Аврора чувствовала себя очень неловко. Даже, пожалуй, глупо.

Вот уже несколько часов она танцевала – точнее, пыталась танцевать, кружа в паре с Филиппом по огромному бальному залу в замке Ульстед. Ингрит внимательно следила за ними, а за роялем сидела телохранительница королевы Герда и раз за разом наигрывала свадебный вальс, которым молодожёны должны будут открыть свадебный бал. Ноги у Авроры стали словно каменными, и хотелось ей сейчас только одного – сесть и чем-нибудь перекусить.

Но стоило ей или Филиппу замедлить шаги, стоило Авроре хотя бы раз споткнуться, как Ингрит тут же хлопала в ладоши и приказывала:

– Ещё раз.

Авроре казалось, что эта пытка танцем никогда не закончится. Мелькнула было у неё слабенькая надежда, когда они с Филиппом прошли весь танец без сучка и задоринки, но и тут Ингрит не отпустила их: она подала Авроре новое орудие пытки – туфли на высоченных каблуках-шпильках, и сказала:

– Ещё раз.

И они с Филиппом начали всё с начала, только теперь Авроре стало ещё мучительнее передвигаться на этих копытах. Да ещё попадать в такт.

И всё же наступил момент, когда Ингрит, похоже, всё устроило. Она кивнула Герде, и музыка наконец прекратилась. Опустив плечи, Аврора побрела к стульям. Вы думаете, ей сразу удалось присесть? Как бы не так! До этого Ингрит загнала её в свою гардеробную, где Аврору переодели, причесали и подгримировали к вечернему чаю.

По своему обыкновению, Аврора на всё старалась смотреть позитивно. Уговаривала себя, что когда свадьбу назначают в такой спешке, то, конечно, оставшиеся до неё три дня непременно будут идти кувырком – как же иначе! Другое дело, что она не ожидала, что всё окажется настолько трудно. А ещё Аврора очень тосковала по Малефисенте и по вересковым топям. Последние два дня Аврора каждую минуту была чем-то занята: примерками, встречами за чаем, консультациями, уроками танцев. Филиппа она видела только во время репетиций надоедливого вальса, да и то это всегда происходило в присутствии Ингрит. Так что поговорить им всё равно не удавалось, а Авроре сейчас просто позарез был необходим близкий друг, которому можно открыть душу, поделиться всем, что наболело, поплакаться, наконец. Хотя Аврора и понимала, что Малефисента исчезла, в глубине души у неё продолжала теплиться детская надежда, что она ошибается, что вот сейчас появится её крёстная – и сразу всё уладит, исправит и приведёт в порядок.

Но Аврора уже не была ребёнком и знала, конечно, что мечты редко сбываются. Почти никогда.

После танцев, переодетая, причёсанная и умытая, Аврора сидела за чайным столом вместе с королевой и знатными дамами. Ингрит сказала, что эти леди – сливки здешнего высшего света, что они должны сейчас составить об Авроре своё мнение, которое затем станет законом для всего Ульстеда. Выпрямившись на своём стуле, Аврора сидела с приклеенной улыбкой на лице и слушала ведущиеся за столом разговоры. Волосы у неё были причёсаны точно так же, как у королевы Ингрит, и на ней было одно из старых, ношеных платьев королевы – тесное, неудобное, какого-то унылого серого цвета.

«Если бы сейчас сюда вошла Малефисента, она, наверное, просто не узнала бы меня», – думала про себя Аврора.

Заметив, что у одной из дам пустая чашка, Аврора встала и налила ей чаю. Все остальные в это время внимательно следили за ней, словно ждали, что она вот-вот прольёт чай, а когда всё благополучно обошлось, удовлетворённо закивали.

– Ваше величество, – сказала одна из них, обращаясь к Ингрит, – она прелестна.

– Особенно если учесть, в каких условиях она росла, – добавила другая леди так, словно Авроры здесь, за этим столом, вообще не было. – Её ведь воспитывала та же самая ведьма, что наложила на неё проклятие.

У Авроры покраснели щёки. Как они смеют?! Они же понятия не имеют, каким было её детство. А оно у неё было прекрасным, и не вопреки, а благодаря Малефисенте! Глубоко вдохнув, Аврора взяла в руки поднос, надеясь, что ей удастся сменить тему разговора.

– Не желаете ли пирожных?
– – спросила она таким приторно-сладким голосом, который мог соперничать с самими пирожными.

Сидящие за столом дамы рассеянно брали с подноса пирожные, продолжая при этом разговаривать между собой так, словно Аврора была в шапке-невидимке. Аврора вздохнула, посидела за столом ещё немного и, видя, что здесь до неё никому нет дела, тихонько ушла.

Пробежав по длинным безлюдным коридорам и из последних сил сдерживая слёзы, она ворвалась в свою комнату и бросилась прямиком на балкон. Ей необходимо было глотнуть свежего воздуха. И ещё побыть в тишине.

Но почти сразу же дверь в комнату открылась. Опасаясь, что это пришла Ингрит, чтобы увести её назад, Аврора обернулась и с облегчением вздохнула, увидев, что это Филипп. Заметив её на балконе, он подбежал к ней.

– Аврора, – сказал Филипп, глядя на её печальное лицо и покрасневшие от слёз глаза, – скажи, что тебя так тревожит?

Она ответила не сразу – не была уверена, что может сказать ему правду. Но с другой стороны – через день они станут мужем и женой, так какие же между ними могут быть тайны?

– Мне кажется, что здесь я не на своём месте, – сказала, а точнее прошептала наконец Аврора.

– Твоё место рядом со мной, – покачал головой Филипп.

Аврора улыбнулась. Она понимала, что Филипп хочет подбодрить её, но...

– Здесь все очень добры ко мне, – сказала Аврора, пожимая руку принцу, – но прошло всего два дня, а я уже чувствую себя совершенно другим человеком... – Она замолчала и заглянула Филиппу прямо в глаза.