Чтение онлайн

Плакать было бес толку. Да и сил на слезы не осталось. Словно в трансе Франческа бездумно сидела, и смотрела пустым, бесцельным взглядом в окно, возле которого оказался столик, за которым она нашла приют своим безрезультатным хождениям. Она сидела, не замечая ничего вокруг, и ничего не видя, и не слыша.

Время шло, и Осса теряя терпение в ужасе дрожала от мысли, что Ариель не придёт. А если придет, то один, не найдя того, Кто будет спасением Франчески Дженнифер и ее ребятишек. А, она, Осса, отняла у нее последний лучик надежды. И она такая пустая и бесцельная все сидит и смотрит в окно не видящим взглядом, словно ледяная статуя...

Но в тот момент, когда Осса в смятение уже собиралась что-нибудь непременно сделать, к кафетерию на большой скорости подъехал сверкающий свежей краской шикарный автомобиль. Подъехав, он не остановился, а просто впечатался в ближайший столб. И Осса с сочувствием подумала об Ариэле: « - Какой должно быть упрямый наш сегодняшний «принц». И как невыносимо тяжело заставить его пойти навстречу судьбе!» В довершение ее мыслей из машины выполз уставший, измотанный Ариэль. Он поискал свою Божественную спутницу измученным взглядом, и, наткнувшись на нее взглядом, улыбнулся уставшей, но жутко довольной улыбкой. И Осса поняла, что денёк у её полу божественного спутника выдался тот ещё, из категории наитруднейших, но плодотворных.

Подопечный Ариэля, был на редкость упрям. Вместо того что бы пойти и отдохнуть уже, прежде всего от себя самого, в ласковой прохладе гостеприимного кафе, он никак не желал униматься. И, в который раз решив поспорить с судьбой, и заявить свои права на нее, выскочил на дорогу, словно шелудивый пес, убежавший от строго, но доброго хозяина, в поисках такси: « - Господин, ведете ли, так спешил на деловую встречу!»

– Фу ты, Господи!
– в сердцах проворчал Ариэль.
– Ни на секунду нельзя оставить этого невозможного торопыгу!

Взяв за шкирку своего подопечного, Ариэль повёл его к кафе, бережно и ревностно оберегая его взгляд от посторонних, отвлекающих предметов окружающей среды. Но и здесь этому непоседе в трёхсотдолларовом костюме захотелось проявить упрямое своеволие. Ему вдруг пришла мысль позвонить с телефона автомата, что он увидел на углу. Тяжко вздохнув, Ариэль перешёл к экстренным мерам внушения, ведь ему больше ничего не оставалось. И он, с искренним огорчением, горячо любящего своё непослушное чудо, отца приступил к наказанию необходимому для его образования личности добропорядочного гражданина. Щедрой рукой Ариэль выбил почву из под ног своего неразумного принца, и спустил его задний частью костюма прямо в липкую, тягучую непонятного происхождения лужу, для пущей убедительности и охлаждения заносчивого всезнайского пыла.

Было просто жалко смотреть и слушать, на то существо с ущемленным чувством собственного подмоченного достоинства, которое, жалуясь и вперемешку глотая ругательства, встало из этой луже терапии. Что то, уныло бурча себе под нос, и несчастно шмыгая последним, наше «чудо» наконец-таки направило свои непокорные стопы к кафетерию.

Сердито пнув дверь, он с обидой посмотрел на окружающий мир, и, найдя свободное место в сторонке, плюхнулся в креслице за столиком у окна, подальше от насмешливых взглядов посетителей кафе. То ли он не заметил, то ли был слишком занят собой и обидой на весь белый свет, то ли она сидела так тихо и безучастно тихо, что он вначале даже не заметил, что не одинок за столиком. Но когда он поднял взгляд и обнаружил свою оплошность, было уже поздно.

Она смотрела на него простым и чистым взглядом то ли все потерянности, то ли надежды. И он не смог, а потом и не захотел оторваться от этого чарующего взгляда. Она, по доброму тепло улыбнулась ему, с сознанием собственной вины, в его подмоченном виде, словно извиняясь. Ещё даже не догадываясь, что он её судьба, он вселял в нее улыбчивую надежду. Почему? Она не знала. Но надеялась, что скоро судьба подскажет ей ответ.

– Простите меня!
– ласково улыбнувшись, сказала Франческа Дженнифер.

– Но за что?
– изумился Андреас Джонси, молодой преуспевающий бизнесмен, выглядящий ровно настолько преуспевающе и блестяще, как и его бизнес. Хотя именно сейчас, когда он сидел здесь, а время шло, его положение в мире денег и бирж могло пошатнуться. И хотя ему не грозило развалиться, но накрениться, как корабль на отмели, могло точно. Но даже в подмоченном виде, в расстройстве от сознания плачевности таяния дорогостоящего времени, он просто не мог выглядеть менее блестяще. Это, уже было у него в крови. Словно его вторая кожа. Ореол холеной привлекательности богатства.

– Ну, боюсь что это из-за меня.... Ну, в общем.... Ну как бы это сказать.... В общем, боюсь, вы вляпались в мой праздничный обед.
– Наконец решилась сказать она.
– Или вернее, в то, что от него осталось.

– Да! Мне тоже жаль!
– недовольно посетовал Андреас. Но сменив гнев на милость, он признал с печальной улыбкой.
– Я ведь сам виноват, что не смотрел куда шёл. И где были мои глаза!
– В сердцах злясь на себя, возмутился он.
– А вот теперь я наверняка опоздаю на очень важную для меня деловую встречу! И в прачечную теперь не успеть. Та, в которую я постоянно обращаюсь, отсюда далеко. Да к тому же мне всё равно не успеть отчистить костюм и вернуться!
– жалобно поделился он с должной долей возмущения таким нелепым положением случайности.
– Теперь, придется возвращаться домой. А это мой счастливый костюм! И машина разваливается на части! Придется брать такси!

Она смотрела на него с рассеянной задумчивостью.
– « Такой красивый! Успешный! Как райская птичка! Случайно, по нелепости залетевшая в наш бедный убогий мирок!» - зачарованно думала она. И усмехнулась своим мыслям.
– «И попала в мою лужу несчастья!» - Подшутила она над ними про себя.

А ее «райский птенчик» продолжал сетовать и жаловаться.
– ...И в довершении я всё равно не успею! Ну, хоть из кожи вон лезь!

– О, мне так жаль!
– сочувственно сложив руки на груди, сказала Франческа.

– Я готов заплатить любые деньги, чтобы всё исправить!
– Как бы про себя посетовал Андреас.

– Я слышала в химчистках сейчас берут очень дорого за чистку одежды, а тем более за экстренную.
– Оживилась Франческа. И в её глазах зажегся лучик идейной надежды.

– Да нет...
– легкомысленно отмахнулся Андреас.
– Какие-нибудь пустяки: долларов восемь, не больше...

– Восемь долларов?!
– шокировано ахнула Франческа. И тут же предприимчиво предложила. Хотите, я отчищу ваш костюм всего за полцены?! Я знаю такое средство - ваш костюм будет как новенький! Честное слово сэр! Ну, позвольте мне помочь вам, и себе!
– горячо и настойчиво предложила Франческа порывисто схватила Андреаса за руку.
– И живу я здесь совсем недалеко! Это не отнимет у вас много времени. И вы как раз успеете на свою деловую встречу!
– умоляюще настаивала она с золотой искрящейся мыслью о том, что она сможет, наконец, заплатить за квартиру. И устроит такой праздничный пир для своих малышей, который они запомнят на всю свою жизнь. Она была так взволнованна, что даже не заметила, как подозрительно с осуждением на нее начали коситься посетители за соседними столиками. Но сейчас это было не важно. Сейчас ей было не до совести и приличий. Её даже не тревожило, что он сконфуженно пытается высвободить свою руку. Ну, хорошо!
– сдался, наконец, он, когда понял что единственный способ успокоить эту странную девушку, это ответить согласием. К тому же выхода то и в правду другого не было. Это хоть какой-то выход. Не сидеть же и сопли жевать и дальше.

– Ладно! Я согласен. Я даже очень рад, что вы согласились, вернее, так любезно предложили свою помощь.
– С сильным сомнением добавил он.
– Ну что ж, идемте чистить костюм?!
– Вздохнул он с покорностью судьбе.

Не отпуская его руки, не на миг, словно боясь, что он исчезнет, как только она отпустит его руку. Франческа поспешно встала, и изящно обогнув столик, оказалась совсем рядом с Андреасом. Он взглянул на нее, и попал в изумительный омут её больших карих глаз. И этот искрящийся счастьем восхитительный, таинственный мир глаз, чайного цвета поглотил его с головой. И Андреас Джонси растворился. Он больше никуда не хотел спешить, и забыл обо всех своих делах важных, и не очень. Обо всём на свете что не отражали эти волшебные глаза. Очнулся он только у порога ее двери, когда она отвернувшись попыталась вставить ключ в замочную скважину дрожащими от радостного волнения руками.