Чтение онлайн

– Вон, смотри. Давай ее. Давай-давай! Спор есть спор!

– Думаешь не смогу? Смотри и учись. Эй, в капюшоне!

Медленно повернула голову. Так и есть, мне не показалось. Ну вот почему мне повстречались именно те, кого я так терпеть не могу?! Моральная сволочь Максик и один из его дружков.

Все внутри вскипело от злости. Ведь именно он, Макс Орлов, и вывел меня после последней пары. Этот гаденыш, оборзевший от вседозволенности, поставил грязный ботинок на мою тетрадь и нагло потребовал его вытереть. "Грязь должна быть ближе к грязи". Урод!

А сейчас он скалится, сидя на ограде, когда как его дружок подходит все ближе.

Единственное на что хватило сил, так это натянуть пониже капюшон. Я могла бы соврать что мне было интересно - и что дальше? Но я не люблю врать, особенно тебе. Я была напугана до смерти. Меня всегда пугала перспектива быть узнанной, и не знаю - почему. Пытаться разобраться в себе гиблое дело, так что и не пыталась. Хотелось сорваться с места и бежать, но ноги от страха совсем не слушались. Мозг так вообще отключился. Я просто стояла и молилась чтобы ничего не случилось.

Шершавые пальцы коснулись подбородка, заставляя запрокинуть голову не ожидающую такого меня, и мгновением позже что-то теплое накрыло губы. Потребовалось ровно два таких медленных удара сердца, чтобы все осознать, рассвирепеть так, как никогда в жизни, и придти в себя. Согнутое колено взметнулось вверх, кулак впечатался под дых, а ладонь другой руки добавила по хребту. Мысли лихорадочно скакали и я, недолго думая, дала стрекача, пока Максик и этот корчившийся на асфальте не пришли в себя.

Мой первый поцелуй!! Мое сокровище украдено, нагло и бесцеремонно! И кем? Ильей Васильевым, подручным прихлебателем гада Орлова?!

... Ой, прости, Себа! Я тебя не сильно сдавила, нет? Ну... ну ладно, хватит разводить тут театр одного актера. Пошли, дам я тебе поесть, дам. Заслужил. А пока будешь есть, продолжу рассказ как я докатилась до жизни такой. И, так уж и быть, без комментариев! Ну разве что когда будет совсем трудно сдержаться...

***

На следующий день в универ я шла с растрепанными чувствам и свербящим ощущением приближающейся Ж. Большой такой, песцовой Ж. Но шла. Как оказалось - не зря. Ничего не изменилось. Я все так же успешно сливалась со стенкой на своей задней парте, а остальные привычно копошились где-то впереди, меня не замечая и не собираясь замечать. В том числе и непривычно тихий Васильев... которого, впервые за день увидев, чуть не убила снимаемым с парты стулом. Так хотелось, так хотелось, но я сдержалась. Герой. Зато потом - предчувствие северного пушистого зверька до предела натянуло нервы и я оглядывалась, наблюдая за остальными и вслушиваясь в разговоры - мстительно замечала как он передвигается от кабинета к кабинету широкими, осторожными шагами. А на парах порой задумчиво так трогает болячку на нижней губе. Повезло ему. Контролируй я себя - вообще бы откусила! За все хорошее...

День пролетел незаметно, без происшествий и неожиданностей. Мне бы расслабиться, вздохнуть спокойно, но нет же. Я накрутила себя, не могла успокоиться, но это не помешало согласиться махнуть с друзьями отмечать день города. Два слова: "приезжает Хелависа" - и я куплена с потрохами. Обожаю фолк и тем боле эту певицу! Едва отсидев последнюю пару, дунула на четвертый этаж - переодеваться. Нет времени ехать домой, да и зачем - я все заранее приготовила. Навряд ли кто заметил что у серого клопа в этот раз из-под юбки в пол выглядывают подозрительные боты, а в вырезе вязанной кофты верхушка панковского ирокеза. На самом деле под юбкой еще прятались бриджи, а в сумке с учебниками соседствовала теплая безрукавка с пушистым капюшоном и перчатки без пальцев. Переодеться, а также нарисовать глаза и кровавый рот, было делом плевым. Уже ровно через пять минут моя лохматая голова выглянула в коридор, проверяя наличие народа. Таковой не был найден - этаж принадлежал программистам, а они люди тихие. Как зашкерятся рядом со своими обожаемыми компами, так и не показываются до глубокого вечера. Хотя, понимаю немного. Халявный скоростной Интернет - это вещь! Широким жестом нахлобучила капюшон и побежала к лестнице, на ходу набирая один из номеров. Нужно же было договориться где встречаться!

Четыре дня, возле таверны "Дикий Дюк" я, прислонившись к стене, ожидала прихода остальных, от скуки рассматривая прохожих. И в пол уха слушая болтовню Марийки фон Дюваль. Как ее можно описать одним словом? Эпатажная. На моей памяти она еще ни разу не показалась в одном образе дважды. То она милая розовая барышня в пенистом платье, кокетливой шляпке, с бантом на горле и кружевным зонтиком, то мертвенно-бледный гот в обрывках вечернего платья и полосатых разноцветных чулках, то... Все ее образы я помню, потому что ею восхищаюсь. Человеком, который разделяет мои взгляды, но решивший пойти по другому, нежели я, пути. Может, даже завидую немного. Я бы так не смогла. Уж лучше быть серой, чем яркой. Меньше забот.

Рассеянно покивала чтобы она знала что я все-таки что-то слушаю. Обидится ведь. Обычно я бы с удовольствием включилась в разговор - сильно тоскую днем по нормальному человеческому общению, - но сегодня день такой... да никакой день. Отвратный. И я чересчур напряжена. Не могу с этим ничего поделать - я жду. Жду... Чего? Логичного завершения дня и прихода песца, абсолютного и полного. Предчувствие редко меня обманывает.

И еще раз в этом убедилась. Только вот одного не понимаю - у нас что, такой маленький город? Почему в последнее время я постоянно на одногруппничков наталкиваюсь?

Максик и Ко вынырнули из потока направляющихся к площади и неспешно поперли в нашу сторону, громко переговариваясь и ржа на всю улицу, порой перебивая приглушенную музыку. Скрипнула зубами, отработанным жестом надвинула капюшон на нос и заступила за низенькую Марийку. А может, как раз это и было неверным решением? Может, именно наткнувшись на ярко-зеленые кудри и платье фон Дюваль, взгляд перебрался на меня?

Глянула из-под капюшона и тихо чертыхнулась. Сердце гулко бухнуло в груди. Ну почему мне нельзя нормально отдохнуть, а?! Илья - ага, не узнаю я его, как же - притормозил, отставая от своей компашки, отчего та разразилась непонимающими воскликами. Он придирчиво рассматривал меня, хмурясь. И к его гляделкам присоединялось все больше взглядов. Ну, только этого не хватало!

В этот раз было намного легче справиться с собой и дать своевременного дера, прокричав напоследок подруге:

– Встретимся через полчаса у входа в администрацию на площади! Всем скажи!

Выдала себя, подав голос? Нет, Себа, нисколько. Они не слышали от меня ничего кроме невнятного тихого шепота.

Не выдала. Тогда с чего вдруг вскоре за спиной послышался топот? Быстро оглянулась и, выругавшись, прибавила скорости.

Какого ты за мной побежал?!

Оч-чень хороший вопрос. Ответа на него я точно не найду. Мозг в рульку свернется, но не поймет мотивов этого яркого представителя большинства современной молодежи. Разный уровень у нас, разное мышление, чем и горжусь.

Дома, дома, заскочить во двор, едва не увязнуть в грязи, снова во двор, быстро оглянуться и убедиться что один упорный идиот продолжает играть в преследователя. Или кошки-мышки? "Ну уж нет, теперь я не мышь, дудки!" - так хотелось остановиться и прокричать ему это в лицо, но я... Черт, я продолжаю бежать. Когда одна часть моей жизни врывается в другую, я превращаюсь в такую трусиху...

Не суждено мне быть спринтером. Всего минуты две бега, а в боку колит, ноги заплетаются, в голове стучит пульс. Все, я - мясо. Едва доковыляв, обняла древесный ствол чтобы не растянуться в грязи. И позорно, и стирать лень. Шаги замедлялись, пока совсем не стихли, правда совсем рядом - у меня очень чуткий слух, подобное различаю на раз. Пару раз глубоко вздохнула, выравнивая дыхание, и только после этого развернулась на сто восемьдесят градусов, прижалась спиной к шершавому, холодному стволу. Ощущая себя... все-таки я мышь. Загнанная. Не могу отделаться от этой мысли, от которой становится совсем погано.

Это злит.

Скривилась, выдав одну из своих кривых и не сулящих ничего хорошего ухмылок, поудобнее оперлась спиной о дерево и скрестила руки на груди.

– Ну и чего тебе надо?
– холодно поинтересовалась.

Васильев, стоящий шагах в шести, окинул меня уже которым по счету внимательным взглядом. Начиная от гадов и заканчивая опушкой капюшона. Кстати, хорошая вещь - смотреть на мир удобнее. Снова окинул. Улыбнулся, с чего-то.

Сердце царапнуло нечто... нечто, чему я не могу дать названия. Но это "нечто" быстро пропало, а значит - не стоит размышлений. Мало ли. Да и не люблю я копаться в себе. Говорила уже - это бесполезно.