Чтение онлайн

Дима с минуту ворочается с боку на бок, и, в конце концов, садится:

– Ни фига себе! – так звучат его первые слова.

Выходит, что для него наше совместное пребывание в кровати – тоже новость! И то хлеб – не одной же мучится.

– Я же не пил вчера почти, я… то есть мы… что?..

– Дим, я не помню. В любом случае это не так страшно! – не в силах больше сдерживаться, смеюсь я. – Может быть, мы просто заснули рядом. Не волнуйся!

– Ага, легко сказать, не волнуйся, – расстраивается он. – Я всего лишь провел ночь с прекрасной милой женщиной и забыл об этом.

– Прощение ты можешь заслужить только одним способом… – делаю многозначительную паузу, во время которой не могу не улыбнуться. Дима выглядит растеряно – точно ребенок увидевший живого Карлсона.

– Закажи кофе, ладно?

– Секунду. – Дима берет в руки телефон, а я, воспользовавшись случаем, выскальзываю с кровати, не слишком удивившись даже, что спала в платье, кое чисто теоретически должно находиться в сумке.

Вернувшись из душа, замечаю, что Димы в комнате нет. Наверное, переодеваться побежал. Впрочем, соскучиться я не успеваю. Он появляется на пороге с подносом, на котором стоят две чашечки кофе и булочки. Буквально спустя минуту – я как раз вертела в руках телефон, размышляя позвонить ему или подождать некоторое время.

– Завтрак подан, – улыбается он.

– Какие у нас планы на сегодня? – спрашиваю, а он вздрагивает, услышав мой вопрос. К его чести сказать, я и сама изрядно удивлена этим, вылетевшим помимо моей воли, буквосочетанием с вопросительным знаком на конце.

– Да так, ничего особенного. Выпить кофе, посмотреть одну дверку, покупаться в море, пообедать… Ой, у меня такое ощущение, что я это все уже где-то слышал или говорил?..

– Да, ладно тебе! – отмахиваюсь. – Ну – слышал, ну – говорил, подумаешь. У меня, если хочешь знать, тоже ощущения более чем странные. Какое сегодня число?

– Почему ты спрашиваешь? – удивляется Дима.

– Не знаю. Вчера было 12. А твой мобильник, – машу трубкой перед его носом, – показывает 15. Поэтому я и спрашиваю, какое сегодня число.

– 13.

– Ты уверен?

– Конечно.

– Покажи мне твой второй телефон, – прошу Диму, сама не понимая, почему так прицепилась к числу на дисплее.

– 15, – бросив беглый взгляд на экран, растеряно констатирует Дима. – Это что же получается, мы проспали двое суток из-за одной маленькой бутылки красного вина?..

– А, мелочи. Даже если это и так, какая разница! – Мне сегодня все – как с гуся вода, не понятно только с чего бы… Веселость моя даже мне кажется не совсем здоровой и естественной в данной ситуации.

Стараемся завтракать очень быстро – по южному городу надо передвигаться либо рано утром, либо ближе к закату, когда спадает жара. А мне не терпится посмотреть на очередного представителя из семейства лиловых дверей. Моим организмом овладевает какое-то почти лихорадочное возбуждение – не могу усидеть на месте и дождаться момента, когда мы, наконец, выйдем из номера. Меня несет куда-то без малейшего намека на траекторию – просто хочется бежать, а куда, зачем, почему – значения особого не имеет.

Для того, чтобы хоть как-то себя привести в божеский вид, достаю тоненькую сигарету и закуриваю, умастившись на подоконник.

Дима, наоборот, задумчиво пережевывает круассан, не слишком пытаясь заговорить, а только молча наблюдает за моими метаниями.

– Дай мне тоже, – просит он, когда комната наполняется отравленным дымом. – Ненавижу себя за это, но мне надо сосредоточиться, хотя бы таким способом.

– Дима, не переживай, – прошу его, протягивая травительную палочку. – Ну, чего ты нервничаешь, а? – Говорит та, которая сама не может взять себя в руки, ага…

– Да не нервничаю я. Просто странно это все как-то. Проснулись вместе, как засыпали не помним, к тому же куда-то пропали два дня из нашей жизни. Она и так слишком короткая, а тут целых два дня.

– Не целых два дня, а всего лишь два. Мы же не завтра умирать собрались, правда? Наверстаем еще – какие наши годы!

– Ладно, ты права, – нехотя соглашается Дима. – Действительно. Поехали?

– Вот это уже другой разговор, – улыбаюсь и беру шляпу.

Добираемся мы достаточно быстро. И к дому Николая, написавшего нам электронное письмо, и к дому его тетки, во дворе которой находилось приземистое здание типа домика для гостей, украшенное лиловой дверью.

– Закрой глаза, – шепотом прошу Диму, когда Николай покинул нас и отправился здороваться со своей теткой, а мы, воспользовавшись случаем, решили открыть дверь и проверить то ли это, что мы ищем или нет.

Дима согласно кивает, берет меня за руку, а я, в свою очередь берусь за ручку двери…

Воспоминания о множестве открытий и событий, кои мы в очередной раз утеряли и в очередной раз обрели открыв Дверь, умещенные в одну секунду, – могли бы стать неплохим способом провести Вечность. Но у нас ее нет. Все, что у нас есть – это одна единственная секунда, в течение которой перед нами маячит лишь одна задача – устоять на ногах и не сойти с ума.

На этот раз я даже испугаться не успеваю. Ну, подумаешь, нам предстоит еще одно путешествие, в еще один мир. Мы обязательно вернемся назад, когда заснем. Такая философская позиция – не что иное, как спасательный круг в той буре, в которой мы оказываемся всего на одну секунду. Описывать – и то, дольше, чем длилось наше путешествие!..

Глаза мы открываем уже в другом мире.

– Что это? – восхищенно вопрошает Дима, рассматривая белые домики с почти вертикальными крышами, на которых написаны прекрасные волшебные картины. Затем его взгляд опускается под ноги, где размещается золотая вата, называющаяся почему-то дорогой: – Мы что попали в рай? – задыхаясь от избытка чувств, спрашивает он.

– Дима, ты не поверишь! – облегченно смеюсь я. – Это Алвей – город в мире, который тебе снился. Понимаешь – нам это удалось! Мы попали сюда по-настоящему!

– Это слишком прекрасно, чтобы быть правдой, – улыбается Дима. – Ну, хорошо, раз уж ты здесь уже была, будь тогда моим гидом.

Рассказывай!

– Думаю, что нам сейчас не разговоры надо разговаривать, а ехать в Ллин. Там, по словам Мастера Гринча – я тебе уже рассказывала, помнишь? – при входе в Театр Белых Теней, находиться Лиловая Дверь. Если мы ее откроем и в этом мире тоже, то, возможно, навсегда останемся здесь. Поехали?

– Ты права. Сейчас я многое готов отдать, чтобы ни в коем случае не проснуться…

– Слушай Дима, я подумала… может нам нельзя спать, а? Вдруг мы опять проснемся в гостиничном номере и все забудем? – эта мысль, внезапно пришедшая мне в голову, почему-то едва не способствует возникновению у меня панического синдрома.

– Я не знаю… – Дима тоже перестает выглядеть счастливым – скорее озадаченным. – Ладно, попробуем не спать. Сколько времени ехать в Ллин?

– Мастер Гринч сказал два дня.