Чтение онлайн

– Забыли, – подсказал Дерек.

– Как можно забыть, что у тебя нет собственного дома? – Ханна посмотрела на Мину.

– Ну, мы просто так привыкли здесь жить.

– Итак, владелец продает дом, и вы должны уехать, – подытожила Мина. – Уверена, что существуют законы, которые будут на вашей стороне. Разве вы здесь не живете? Они не могут просто вышвырнуть вас вон. Ханна сможет во всем этом разобраться. Мы этого не позволим.

Мириам рассмеялась и похлопала ее по руке.

– Дело совсем не в этом.

– Кому же в таком случае принадлежит этот дом? – спросила Ханна.

– Ну, вам. – Мириам улыбнулась, как будто это было совершенно очевидно.

Мина щелкнула брелоком и посмотрела на вспыхнувшие аварийные огни.

– Не могу поверить.

Ханна рассмеялась:

– Как можно забыть, что у тебя нет собственного дома?

– Я полагаю, они жили там так долго, что не задумывались об этом. Должно быть, это был юридический кошмар, когда умерли наши настоящие родители. С их склонностью к приключениям, они могли бы подумать о том, чтобы обзавестись надлежащим завещанием.

Мириам объяснила, что, когда Джорджия и Стюарт погибли, все было в ужасном беспорядке, и было проще переехать к девочкам в дом, который Стюарт унаследовал от своих родителей, чем еще больше расстраивать их, переселяя в арендованный дом с террасой на другом конце города. Отсюда и долгие поездки Мириам на работу. Дерек с Мириам переехали и начали семейную жизнь, и, пока они не решили уволиться, даже не думали о собственности.

– Как ты относишься к тому, что они настаивают на том, чтобы выручка от продажи досталась нам? – поинтересовалась Ханна.

– Это неловко. Совершенно неправильно. Все эти годы они платили за содержание дома. Я думаю, они должны получить от продажи достаточно, чтобы купить все, что захотят. Это мне кажется справедливым. Там еще много чего останется.

– Я тоже так считаю, но они непреклонны, это наше наследство.

– Черт возьми, дом оценивается в один и три десятых миллиона. Даже если они потратят на новый дом половину, у нас все равно останется достаточно. Я бы предпочла, чтобы они купили коттедж и сохранили свои сбережения, особенно если дядя Ди собирается на пенсию. На эти деньги они могли бы купить прелестный домик.

Ханна не ответила и задумчиво скривилась. Они прошли еще несколько шагов в тишине, и она внезапно повернулась лицом к Мине.

– Если бы ты могла делать все, что захочешь, что бы ты сделала?

– С деньгами, ты имеешь в виду?

– Да. Если бы ты могла бросить работу, уехать и заняться чем-то совершенно другим.

– Не знаю. А что сделала бы ты? Я думала, ты любишь свою работу.

– Я действительно люблю свою работу, но… ты сама говоришь, она скучновата. Я хочу чего-то большего. Я действительно хотела бы поехать куда-нибудь, чтобы научиться правильно готовить.

– Я просто делаю что нужно и надеюсь на лучшее, – пожала плечами Мина.

– Это неправда. Ты – кулинар от бога. Ты экспериментируешь, и у тебя есть настоящий талант, в то время как я вечно беспокоюсь, что сделаю что-то неправильно. Жаль, что я в какой-то момент не занялась, как ты, пищевыми технологиями.

– Не думаю, что это помогло бы тебе получить диплом юриста. И иногда я действительно ошибаюсь. Помнишь свекольную меренгу?

– На вкус было ничего, – Ханна невольно рассмеялась при воспоминании о мокром фиолетовом месиве. – Но я бы понятия не имела, с чего начать, чтобы даже попробовать сотворить что-то подобное. Я хочу научиться правильно готовить. Все, от выпечки хлеба до кондитерских изделий, от сладостей до мясных блюд… В Ирландии есть удивительное место, куда можно поехать на двенадцать недель.

– Вау, звучит так, как будто ты что-то обдумывала всерьез.

Мина была впечатлена. Она редко так обстоятельно думала о будущем – просто прыгала от одного приключения к другому – и лишь на очень краткий миг задумывалась, что бы она делала, если бы уволилась с работы.

– Да. Это всегда было чем-то вроде мечты; курс ужасно дорогой, но, – глаза Ханны заблестели от внезапного возбуждения, – с этими деньгами я действительно могла бы поехать.

– Тогда это идеальная неожиданная удача, – сказала Мина, обнимая сестру и игнорируя укол зависти: у Ханны было такое четкое представление о том, что она хочет сделать.

Мине всегда казалось, что сестра разбирается в жизни, в то время как она так и не была уверена, что нашла то, чего действительно хотела. Внезапно собственная жизнь показалась ей несколько бессодержательной, а будущее – отчасти пустым. С неприятным осадком она поняла, что ей нужно разобраться в себе. Неделю назад она жила вполне счастливо, а теперь все, казалось, зашло в тупик, и по зрелом размышлении это не имело никакого отношения к тому, что ее бросил Саймон.

Что ждало ее в будущем и чего она действительно хотела? Вздрогнув как от озноба, она поняла, что понятия не имеет, и впервые в жизни почувствовала себя немного растерянной.

– Но это же произошло не на работе, – запротестовала Мина.

Иэн Уолтерс, директор по персоналу, скрестил руки на груди.

– Факт остается фактом. Саймон подал на тебя официальную жалобу, и… – Он вздохнул. – Мина, я должен что-то с этим сделать.

– Но это чертовски несправедливо.

– Послушай, если он решит обострить ситуацию, все может стать намного хуже. И я не знаю правовой стороны дела, но что, если он решит продолжить и подаст на тебя гражданский иск? О чем ты только думала?

Мина протестующе скрестила руки на груди.

– Я думала, что он обманщик и ему пойдут голубые волосы.

Йен попытался скрыть улыбку, но попытка с треском провалилась.

– Знаешь, его прозвали смурфиком [17] .

Мина ухмыльнулась.

– В самом деле?

– Да, и сейчас я веду себя совершенно непрофессионально. Я ценю, что все это произошло не на работе, но факт остается фактом: ты – я не знаю, как это назвать, не напала, не причинила криминальный ущерб, – но, в конце концов, нанесла вред коллеге.

– Ну, он пару дней выглядел слегка нездоровым. – Она пожала плечами и добавила: – Это ты еще не видел Белинду – хорошо, что она здесь не работает.

Разгневанный Саймон показывал ей фотографии. Несмотря на всю свою браваду, Мина теперь действительно испытывала угрызения совести. Волосы Белинды стали как у пятнистой русалки; светлые пряди вобрали в себя различные оттенки синего, и это выглядело ужасно. Даже она не могла честно признать, что Белинда это заслужила; на то, чтобы привести в порядок прическу, уйдут месяцы и куча счетов за парикмахерскую.