Малое прекрасно. Экономика для человека. Карта для заблудившихся.
Шрифт:
Один из способов изучения Сферы 3 — это «сфотографировать» себя. В результате мы сможем хоть краешком глаза увидеть себя такими, какими мы есть на самом деле. Так иногда бывает, когда мы не осознаем, что смотрим на себя. Николь дает следующее описание:
Возьмем альбом хороших «фотографий», сделанных путем продолжительного самонаблюдения. Перевернув лишь несколько страниц, мы найдем в себе то, что нам так не нравится в других. Тогда мы сможем поставить себя на место другого, понять, что в нем есть то, что мы заметили в себе; у него, как и у нас, существуют немало внутренних проблем, и так далее.
Чем меньше в вас тщеславия и чем больше вы наблюдаете за собой со стороны, тем менее значимым вы предстанете в собственных глазах [193] .
193
там же., Vol. l,p. 259
Столь необходимое изучение Сферы 1 может усиливать ощущение собственной значимости, но в противовес ему изучение Сферы 3 должно привести к осознанию своей ничтожности. Что я в огромной, бесконечной Вселенной? Кто я? Лишь один из четырех миллиардов маленьких муравьев, что населяют эту крохотную Землю! Как говорил Паскаль, «человек — всего лишь травинка, слабейшее существо в природе, но при этом травинка мыслящая», то есть обладающая осознанностью. В этом и есть бесконечная ценность человека, пусть даже большую часть времени его осознанность дремлет.
Наша социальность — огромное подспорье в изучении Сферы 3. Мы живем не в одиночестве, но среди себе подобных. И окружающие нас люди становятся своего рода зеркалом, отражающем нас такими, какими мы есть на самом деле, а не какими мы себя воображаем. Таким образом, лучший способ обрести требуемые знания о себе — это наблюдать и стараться понять потребности, заблуждения и проблемы других людей, ставя себя на их место. Со временем это может у нас получиться столь совершенно, что нас, маленьких «я» с собственными потребностями, заблуждениями и проблемами, вообще не будет видно. Столь полное отсутствие эго означало бы, что мы достигли полной объективности.
Христианство учит «любить ближнего своего как самого себя». Что это значит? Когда человек любит себя, ничто не стоит между дающим и получающим любовь. Но когда он любит ближнего своего, его собственное маленькое «я» обычно стоит между ними. Таким образом, любить ближнего своего как самого себя означает любить без всякого вмешательства своего собственного эго, означает достижение полного альтруизма и устранение всяких следов эгоизма.
Сострадание — необходимое условие изучения Второй Сферы Познания, альтруизм же — необходимое условие изучения Третьей.
Как мы отмечали ранее, эти две Сферы недоступны нашему непосредственному наблюдению. И только высшие качества сострадания и альтруизма помогают нам познать.
Глава 9. Четыре сферы познания: 4
Теперь мы обращаемся к Четвертой Сфере Познания, «внешнему виду» окружающего нас мира. Под «внешним видом» я понимаю все, что доступно нашим органам чувств. Ключевой вопрос при изучении Четвертой Сферы Познания — «что я наблюдаю?» Для ответа на него необходимо избавиться от допущений, представлений, предубеждений касательно всего (включая причины наблюдаемых явлений), что нельзя проверить при помощи органов чувств. Таким образом, Сфера 4 — истинный рай для всякого рода бихевиоризма, ибо здесь нас интересует только непосредственно наблюдаемое поведение. Все науки занимаются именно этой сферой, и немало людей уверены в том, что лишь в ней сосредоточено истинное знание.
В качестве примера можно процитировать Вильфреда Парето (1848–1923), чей Trattato di Sociologia Generate превозносили как «величайший и благороднейший труд, утверждающий объективное мышление без всяких сантиментов и развивающий методы, что способствуют воспитанию рационального состояния ума» [194] . Парето, как и многие другие, утверждал, что «научный подход» возможен лишь в Сфере 4:
В своих исследованиях мы прибегаем лишь к непосредственному наблюдению и опыту. Речь идет вовсе не о так называемом «внутреннем» или «христианском» опыте, но лишь об опыте и наблюдении, необходимом для изучения таких естественных наук, как астрономия, химия, физиология, и т. д. [195] .
194
Arthur Livingston in his Editor’s Note to The Mind and Society (см. следующее примечание)
195
Vilfredo Pareto, The Mind and Society, paragraphs 69,2; 99/100; 109/110 (London, 1935).
Другими словами, Парето основывается только на «опыте и наблюдении», то есть на фактах, регистрируемых — в соответствии с теоретическими установками — исключительно физическими органами чувств, вооруженными приборами. Таким образом, он исключает любой внутренний опыт: любовь и ненависть, надежду и страх, радость и тоску, и даже боль. По его мнению, это единственный возможный рациональный подход и залог истинного успеха:
История науки до самого недавнего времени являлась историей борьбы против методов изучения человеком своего «внутреннего» опыта и священных текстов… Современные физические науки развиваются столь успешно именно благодаря искоренению этих методов, которые все еще хозяйничают в политической экономии и нагло заправляют социологией. Чтобы успешно развиваться, гуманитарные науки должны следовать примеру естественных наук [196] .
196
там же (выделено курсивом.)
Совершенно ясно, что Парето не желает или просто не может провести различия между разными Уровнями Бытия. Одно дело изгнать «внутреннее» знание из науки о неодушевленной природе, о низшем из четырех Уровней Бытия. Насколько нам известно, на этом уровне «внутренний мир» не существует, и все подчиняется лишь внешним факторам. Следовательно, человек может досконально изучить материю при помощи своих «внешних» органов чувств. Совсем другое дело отказаться от внутреннего знания в науке о человеческой природе и поведении, на высшем из четырех Уровней Бытия. На этом уровне значимость внешних факторов по сравнению с внутренним опытом ничтожна.
При рассмотрении Второй Сферы Познания (изучение внутреннего мира других существ) мы обнаружили, что наибольшее знание достижимо в отношении высоких уровней, и напротив, внутренний мир неодушевленной материи остается для нас загадкой. В Четвертой Сфере Познания все наоборот: в изучении неодушевленной материи можно достичь огромных высот, однако, знания о человеке будут ограничены поверхностными внешними аспектами.
По мнению Парето, «закономерности экономической и общественной жизни ни капли не отличаются от закономерностей, выявленных естественными науками». Перед нами типичный пример мыслителя, который отказывается признать иерархию Уровней Бытия; для него человек отличается от камня лишь своей «сложностью»:
Наблюдаемые отличия в основном обусловлены большей или меньшей сложностью взаимодействия различных законов…
Еще одно отличие законов общественных наук от законов естественных наук заключается в возможности выявить их действие путем эксперимента… В одних науках опыты получили широкое применение. В других использование опытов ограничено. В третьих же, например, в общественных науках, они практически не применимы [197] .
Действительно, неодушевленную материю можно подвергнуть любым экспериментам. Никакое вмешательство не уничтожит в ней жизнь и не исказит ее внутренний мир, ведь она не обладает ни тем, ни другим.
197
там же
Эксперимент является достоверным и правомерным методом исследования лишь тогда, когда в ходе опыта исследуемый предмет не разрушается. Неодушевленная материя не поддается разрушению, но лишь преобразованию. С другой стороны, жизнь, сознание и осознанность очень уязвимы и почти неизбежно разрушаются, когда над ними ставят опыты, то есть когда исследователь исходит из того, что элемента свободы, присущего этим трем силам, не существует.
Применение эксперимента на более высоких Уровнях Бытия становится недостоверным не только из-за сложности исследуемого объекта. Дело в том, что причинно-следственные связи, являющиеся верховным законом на уровне неодушевленной материи, на более высоких уровнях занимают подчиненное положение и используются высшими способностями в целях, неизвестных на уровне физики и химии. (Вспомним продвижение «физическая причина — стимул — мотив — воля» из третьей главы.)