Чтение онлайн

Что станетъ въ будущемъ— выдлится ли Малороссія въ автономную единицу, создастся ли отдльное малорусское государство и своя малорусская культура, отличная отъ общерусской культуры, въ которой до сихъ поръ малороссы участвовали наравн съ великороссами, и поставили рядомъ съ Пушкинымъ — Гоголя — малоросса по происхожденію, русскаго по духу, и мірового писателя по значенію — все это вопросы гадательные — а до сихъ поръ историки въ точности своихъ предсказаній будущаго не уступали астрологамъ. Но не станемъ нашихъ чаяній и надеждъ, разнообразныхъ у каждаго, переносить въ прошлое. Историкъ пусть остается историкомъ, sine ira et studio познающимъ настоящее путемъ изученія прошлаго.

Мы имемъ теперь передъ собою боле важныя, неотложныя задачи, чмъ возобновленіе старыхъ счетовъ полянъ и древлянъ съ вятичами и радимичами. Станомъ сначала людьми, затмъ русскими, а потомъ уже — если найдемъ нужнымъ — великороссами, малороссами, блоруссами — и тогда только ршимъ общенароднымъ плебисцитомъ — продолжать ли намъ жить вмст для одной общей цли — или полюбовно размежеваться.

Каждый понимаетъ патріотизмъ по своему. И я повторю вмст съ Лермонтовымъ:

(Переводъ Висковатова съ перевода Беденштедта).

Исторія великороссовъ, малороссовъ, блоруссовъ — только мстныя провинціальныя исторіи, но рядомъ СЪ ними и надъ ними всегда будетъ существовать исторія общерусская, въ отношеніи которой вс эти исторіи — только части большія пли меньшія.

Раздоромъ такъ было слабо всегда славянство — и неужели тысячелтіе исторической жизни не сдлало насъ умне?

Племя, народъ — союзъ кровный, физическій, такъ сказать первобытный, архаическій. Притомъ, вслдствіе обстоятельствъ историческихъ, чистыхъ, безпримсныхъ народовъ нтъ. Всевозможные племенные элементы, родственные и чуждые по происхожденію, въ той или иной степени входятъ въ составъ каждаго племени.

Въ составъ южнорусскаго племени вошли мелкія восточныя племена — Поляне, Древляне, Сверяне, Бужане (Дулебы, Волыняне) Угличи, Тиверцы, Хорваты, и цлый рядъ другихъ племенъ, славянскихъ и неславянскихъ, Поляки, Литовцы, Угры, Хозары, Печенги, Половцы, Татары, Румыны, даже евреи. Число инородцевъ, вошедшее въ составъ южнорусскаго племени, огромно. Если инородцы растворились въ южнорусскомъ племени, то потому, что они не сразу вошли въ него, а постепенно, но еслибы мы могли сдлать подсчетъ всей инородческой примси, она оказалась бы очень значительной. Это забываютъ обыкновенно. Эти инородцы (путемъ браковъ) физически вошли въ его составъ, какъ цлый рядъ тхъ же и иныхъ еще инородцевъ вошли въ составъ великороссовъ, блоруссовъ, поляковъ и т. д.

Нація — понятіе боле высокое, чмъ племя. Нація — понятіе духовное, культурное. Изъ всхъ опредленій понятія націи наиболе врно опредленіе Ренана: нація ость великая солидарность, вышедшая изъ сознанія общихъ жертвъ въ прошломъ и такихъ же въ будущемъ. Она предполагаетъ прошлое, но она въ настоящемъ выражается реальнымъ фактомъ — согласіемъ, ясно выраженнымъ желаніемъ продолжать общую, совмстную жизнь. (Une nation est une grande solidarite, constitute par le sentiment, des sacrifices qu'on a fait et de ceux, qu’on est dispose de faire encore. Elle suppose un passe, elle se resume ponrtaut dans le present par un fait tangible — le consentement, le desir clairement exprime de continuer la vie commune. (E. Renan — Qu’est ce qu'une nation). To же самое говоритъ и нмецкій ученый Эдуардъ Мейеръ: не племенное родство, но единство происхожденія, языка, обычаевъ и религіи соединяетъ особи въ націи — и даже но государственное начало, а воля, или идея: одну національность образуютъ въ человчеств группы, которыя хотятъ составлять это единство; для созданія этого единства требуется активность, усиліе воли, которое отличаетъ націю отъ племени.

Процессъ образованія націи очень сложенъ. Одн части входятъ въ нее насильно (завоеваніе), другія случайно (инородцы, поселившіеся въ чужой земл и оставшіеся въ ней), третьи добровольно.

Вс эти части объединяются сначала механически государственной организаціей, лишь значительно позже, въ силу многоразличныхъ общихъ интересовъ— сознательно. Силу націи дастъ именно это сознаніе.

Существуютъ ли у насъ т элементы, тотъ цементъ, которымъ племена сплачиваются въ націю?

Да, они па лицо, какъ для элементовъ чужого происхожденія, такъ особенно и для племенъ родственныхъ, выросшихъ изъ одного общаго корня. Великороссы, малороссы, блоруссы — втви одного прадерева — восточныхъ славянъ.

У всхъ одна религія, одинъ языкъ — славянскій, общія черты бытового уклада, общіе интересы экономическіе, культурные, охрапительныо, — только при прочномъ сплоченіи наша нація можетъ отстоять свою независимость, свою культуру.

Народы чуждаго намъ происхожденія, вошедшіе въ составъ нашей націи, имющіе другую религію, иной бытъ, иной языкъ, связаны съ нами однако интересами экономическими, культурными и защитными— мирно жить и развиваться, они, слабые для самостоятельнаго существованія, могутъ только подъ защитой нашего государства, имющаго средства защитить боле слабыхъ отъ насилій враждебныхъ имъ элементовъ (вспомнимъ недавнюю татарско-армянскую рзню).

Столь "Устойчивыя требованія автономіи для отдльныхъ народовъ, изъ которыхъ слагается наше обширное государство, всходятъ изъ положенія, что каждыя народъ, племя, имютъ право на самоопредленіе, а цль самоопредленія — обезпеченіе каждой народности условіи наилучшаго ея развитія, развитія ея національныхъ особенностей.

Я не буду говорить о нсколько рискованной постановк этого вопроса — данпаго такъ широко, безъ ограниченій; есть національныя особенности, развитіе которыхъ едва ли желательно для блага культуры. Замчу еще, что такое самоопредленіе съ ого практическими послдствіями ставитъ нкоторыхъ изъ нашихъ политиковъ въ очень затруднительное положеніе. Существуютъ національности, но имющія у насъ опредленной земельной территоріи, ихъ сочлены разбросаны по лицу всей нашей земли, и не могутъ, а еслибы и могли, не захотятъ, сосредоточиться въ одномъ мст. Положеніе ихъ крайне затруднительное. При лозунг— свое для своихъ — для нихъ нтъ мста у насъ, иначе какъ на положеніи гостей. Они не смютъ возразить теоретически противъ требованій самоопредленія національностей, но они очень опасаются практическихъ послдствій такого самоопредленія для себя и, пока напрасно, ищутъ выхода въ компромисс, предлагая объявить отдльныя мстности, области, нейтральными, всенаціональными, чуть ли не отдльными вольными республиками.

Въ теоріяхъ сравнительнаго права есть два теченія — одно ищетъ въ правовыхъ нормахъ разныхъ народовъ главнымъ образомъ чертъ сходства, другое — чортъ особенностей, несходства. Наши національности исходятъ, разумется, изъ исканій вторыхъ и поэтому, добиваясь самоопредленія, стараются особенно рзко подчеркнуть черты несходства.

Затаенная мысль здсь однако иная — стремленіе къ власти, старые племенные счеты, обиженное самолюбіе.

Во всхъ панславистическихъ теоріяхъ хотя и проводится одна мысль — частныя усилія славянскихъ племенъ должны объединиться для общей борьбы съ германизмомъ— однако каждое племя хотло стоять во глав этого движенія — въ мечтахъ нашего Кирилло-Меодіевскаго Общества славяне должны были составить федерацію подъ главенствомъ русскаго народа. Хорватскій поэтъ Прерадовичъ поетъ о гніеніи Запада, который погибнетъ отъ восточныхъ стрлъ, а въ этой борьб на первомъ мст станутъ Хорваты и будутъ биться въ первыхъ рядахъ. Въ польскихъ мессіанистическихъ чаяніяхъ спасеніе славянъ выйдетъ изъ ндръ Польши, боле всхъ пострадавшей, а поэтому и имющей наибольшія права на вознагражденіе и гегемонію среди славянскихъ народовъ. Поляки, притомъ, какъ извстно, считаютъ себя самымъ культурнымъ изъ славянскихъ племенъ и поэтому нсколько свысока смотрятъ па остальные славянскіе народы. Сербо-Болгарская рзня нанесла страшный ударъ иде панславизма, еще большій ударъ ему нанесло отношеніе Болгаръ къ намъ. Народъ, нами освобожденный отъ чужеземной власти, сталъ нашимъ злйшимъ врагомъ — его убдили въ гегемоническихъ стремленіяхъ Руси, въ тайныхъ нашихъ намреніяхъ сдлать изъ Болгаріи русскую провинцію.

И такое же происхожденіе иметъ столь настойчивое теперь требованіе автономіи для Малороссіи, требованіе особенно странное именно теперь, въ новомъ стро, ставящемъ цлью созданіе у насъ правового государства, всеобщаго равноправія, отмны всхъ привиллегій.

Кому и зачмъ нужна эта автономія, это отдленіе, выдленіе, отмежеваніе отъ обще-русскаго тла, и главное — отъ обще-русскаго дла?

Не народу малорусскому, не масс, о такомъ отдленіи вовсе не думающему. Мысль о такомъ отмежеваніи, ого необходимости, нужно еще внушить народу, о проблематической польз его (едва ли достаточно ясной и отдльнымъ представителямъ малорусской интеллигенціи), неимющему никакого представленія. Стремленіе къ самоопредленію только тогда жизненно, когда оно сознательно, а въ данное время его еще нужно доказывать, а доказывать его теперь, въ эпоху свободы, куда какъ трудне, чмъ прежде, въ эпоху стараго режима.

Малорусскимъ автономистамъ самимъ еще неясны территоріальныя границы ихъ территоріи.

Федеративная республика, особенно такихъ колоссальныхъ размровъ, какъ наше государство, можетъ быть жизненной и прочной только тогда, когда ее составляетъ нація, сознательное сожительство для общихъ цлей. При 85 % безграмотныхъ у насъ боле чмъ сомнительно, чтобы нашему населенію ясны были различія между формами государственныхъ организаціи.

Вспоминается мн одинъ митингъ въ сел Херсонской губ. въ эпоху движенія 1905—6 г. На митинг ораторствовалъ какой то прізжій ораторъ (въ Малороссіи такихъ ораторовъ именуютъ пролетаріями, а слово пролетаріи производятъ отъ слова «пролетть», такъ какъ они странствуютъ обыкновенно на велосипедахъ «прилетівъ па велохсипеді якійсь пролетарій, щось наговорывъ, тай пролетівъ далі»; въ одномъ мст, прослушавъ рчи ораторовъ на митинг, крестьяне просили записать ихъ въ пролетаріи, такъ какъ ораторы утверждали, что пролетаріямъ принадлежитъ будущее). Прослушавъ его рчь, содержаніе которой, разумется, въ виду состава аудиторіи, сводилось конечно только къ вопросу о надленіи крестьянъ землей, одинъ старый крестьянинъ спросилъ оратора: «а хто намъ дасть землю, чи вы, чи царь, бо намъ усе одно — хто намъ дасть землю, за тімъ мы и пійдемо»; къ земл, хлбу, сводятся вс существенныя нужды крестьянскаго населенія, вопросы политическіе для нихъ graeca, non lcgimtur.