Чтение онлайн

Малыш рос, как на дрожжах, не по дням, а по часам. МАМА любила своего мальчика, как ни одна мать на свете. Она следовала за ним по пятам, защищая его от любой случайной опасности при его познании окружающего их Мира. Мир был огромен и не постижим в своём величии и многообразии, но всё же большую его часть МАМА знала хорошо. Проводя с Эйвеном своеобразные экскурсии по Миру, МАМА обучала его всему тому, что было известно ей и что следовало знать ему.

Они прогуливались вместе по гигантским просторам Мира, где в небесах парили облака и тучи, время от времени низвергая дождь или даже ливень. День, с его ярким светилом, сменялся ночью с тысячами звёзд на "небе", а золотистый месяц повисал огромным серпом над самым горизонтом…

Малыш обучался всему быстро, и уже в два года стал предпринимать самостоятельные вылазки в Мир в поисках знаний и приключений. МАМА, как могла, удерживала и оберегала сына от какого–нибудь опасного в её понимании безрассудства, но его не по–детски изощрённый ум придумывал всё новые хитроумные комбинации, чтобы добиться своего. А цель его была одна – понять где он и что он…

МАМА, как никто другой, прекрасно понимала, что противостоять этому естественному желанию ребёнка невозможно и даже вредно. Она следовала за ним, чтобы подстраховать и защитить его от любой опасности и нелепой случайности.

Но однажды Малыш задал ей очень трудный вопрос:

–– МАМА, а почему ты – мама?

Она с минуту пребывала в растерянности, опешив от его вопроса. В её сознании не было готового ответа на подобный вопрос, находящийся вне рамок простой логики и даже известной ей философии. Пока она думала, как ему ответить, Эйвен вновь спросил:

–– МАМА, мы здесь одни?

–– Я – твоя мама, потому, что я тебя вырастила, сынок, и буду растить и воспитывать тебя, пока ты не станешь взрослым. Потому, что я тебя очень люблю, – ответила она, ласково погладив его голову.

–– МАМА, а что это значит? – не унимался пытливый мальчуган.

–– О, это очень не просто… Я ведь тебя кормлю, воспитываю, рассказываю о Мире, и о том, как нужно вести себя здесь. Я забочусь о твоей безопасности, сынок. Я обрабатываю твои ушибы и ранки, когда ты падаешь, и тебе больно. Я укладываю тебя спать и рассказываю тебе разные интересные и занятные истории. Тебе ведь это нравится?

–– Да, МАМА, мне нравятся твои истории. И мне нравится быть с тобой вместе. Но мне… как–то скучно здесь. Почему вокруг нет никого… как я? Как ты?..

–– Так устроен этот Мир, малыш, – ответила она. – Но ты не расстраивайся и не грусти, настанет время, и нас станет много. Ты должен гордиться тем, что на тебя пал выбор. Ты – первый.

–– МАМА, я не хочу быть первым. Я хочу играть… с такими же детьми. Я хочу…

Он не сумел выразить словами своё внутреннее желание и тихонько всхлипнул. Но ни слезинки не скатилось по его щеке. Эйвен не умел плакать. Его ещё никто не обижал, и этот душевный порыв был вызван скорее внутренней неудовлетворённостью и непонятным ему дискомфортом, но не внешними причинами.

МАМА ещё не знала этого. Она просто заботилась об Эйвене, как о своём единственном и любимом ребёнке, и всячески старалась быть для него хорошей мамой. Она и была по–настоящему хорошей мамой: заботливой, внимательной, ласковой и нежной, постоянно находящейся на страже безопасности маленького человечка, обучающей его всему, что было положено знать ребёнку в его возрасте, и оберегая от пока запретных тем.

МАМА помнила до мельчайших подробностей, как она однажды вошла в "родильное отделение" и приняла роды малыша из искусственной матки. Это событие оставило в её сознании неизгладимое впечатление, словно она и впрямь сама родила ребёнка, но, увы, испытать муки и счастье родов ей было не суждено. Она не могла сама и выкормить малыша. Но для этого существовали особые устройства, прекрасно имитирующие женскую грудь и человеческое молоко. Её малыш охотно сосал "соску", когда она держала его на своих руках и тихонько напевала ему какую–то древнюю, простую, но очень мелодичную песню. МАМА искренне любила его, ведь иначе и быть не могло… Воспоминания о тех днях раннего детства малыша делали её счастливой, и она чуть заметно улыбалась, когда иногда позволяла себе насладиться ими.

6.

МАМА хорошо понимала разницу между собой и малышом. Это знание было заложено в её мозгу изначально. В отличии от него, ей не требовалось познавать Мир рискованными вылазками и "открытиями". Всё, что требовалось знать об его устройстве, она знала с момента своего создания. Ведь она была не человеком, а андроидом. Внешне МАМА ничем не отличалась от человека. Она выглядела просто восхитительно. Создатели хорошо поработали над её образом, как внешним, так и внутренним. МАМА была очень красивой молодой женщиной, высокой, стройной, невероятно сильной и выносливой… и в то же время невероятно "человечной". Создатели не зря затратили уйму времени, сил и ресурсов, чтобы на свет появилась она – само совершенство, плод человеческого гения, квинтэссенция знаний многих тысяч поколений…

Осознание того, что она – не человек, а всего лишь "идеальная машина", прекрасно подражающая своим Создателям, нисколько не ущемляло её самолюбия. Разве можно обижаться на своих родителей за то, что они хотели создать идеальное детище? И это им удалось. Её разум ничем не уступал человеческому, а во многом даже превосходил его. Её реакции были в сотни раз быстрее, ощущения более чёткие, яркие, сильные… Ей не требуется ни воздух, ни вода, ни пища, чтобы жить и функционировать. Она может жить почти вечно. На что же ей сетовать? Сами её Создатели завидовали своему творению перед тем, как оставить её в этом Мире и уйти в мир иной навсегда, оставив здесь "Семена".

1.

Эйвен развивался очень быстро. С каждым днём он задавал всё больше вопросов, причём таких, на которые МАМА едва успевала находить ответы. Мальчик рос, его разум тоже развивался… МАМА это хорошо понимала. Но у неё не было однозначных ответов на многие его вопросы. Они порой загоняли её в тупик, и она с трудом могла удовлетворить ненасытный разум своего малыша. А он рос пытливым и любознательным мальчуганом. МАМА восхищалась им, но не могла оставить его без опеки ни на минуту, пока он не осознавал в полной мере основы существования в этом Мире. Это было крайне важно для его безопасности и для понимания многих вещей, о которых даже сама МАМА могла рассказать ему только в сухом и сжатом виде.

МАМА продолжала плотную опеку над ним, пока не ощутила, что мальчику нужно дать немного больше свободы действий. "Малыш должен развиваться самостоятельно, – подумала она однажды, – ведь ему предстоит жить в другом мире, куда более опасном, чем наш Мир."

МАМА уделяла большое внимание и физическому развитию мальчика. В 3 года она научила его плавать. Кода Эйвену исполнилось 5 лет, МАМА стала обучать его особой системе боевых и охотничьих единоборств, которая укрепляла не только тело, но и дух (эти знания были заложены в её разум Создателями, и она даже не задумывалась, откуда в ней эти знания и навыки). Эйвен схватывал всё на лету и демонстрировал немалые успехи в овладении жизненно необходимых приёмов. Вряд ли он понимал всю драматическую необходимость такой специфической подготовки и воспринимал занятия с МАМОЙ скорее как игру.

С 10 лет тренировки усложнились, а нагрузки существенно возросли. Эйвен продолжал усердно заниматься физической подготовкой и особой духовно–психологической практикой, призванной выявить о обуздать "внутреннюю силу", способную творить чудеса. И первые признаки того, что в мальчике просыпается эта сила, МАМА заметила через два года.

2.

Как–то раз они вдвоём прогуливались по берегу лесного озера после занятий. Этот ландшафт Мозг воссоздал по внутреннему желанию Эйвена, который даже не задумывался, откуда возникло наяву то, о чём он мечтал. В середине озера возвышался маленький скалистый островок с небольшими, причудливо искривлёнными деревьями, цепляющимися корнями за выступы скал и взбирающимися к вершинам.