Мама, я рокера люблю!
Шрифт:
– Ой, скажи лучше: «У него такой большой внутренний мир!», - передразнил меня Андрей, но я так свирепо посмотрела на него, что он тут же в притворном испуге замахал руками и поклялся молчать.
– Что ж, - сказал он, когда концерт закончился. – Как я и говорил, это не моя музыка. Но я понимаю твой выбор. Тебя потянуло на острые ощущения. Конечно, не мне тебя учить, но надеюсь, тебе не придется об этом пожалеть.
– У меня есть один очень полезный принцип – никогда не жалеть о содеянном. Тем более, если это было мое собственное решение, - покачала я головой, поскольку у меня не было никакого желания, спорить с ним, особенно если учесть, что на часах была уже половина первого, и я едва ворочала языком – так мне хотелось спать.
– Ладно, не буду тебе надоедать, - проговорил Андрей, оценив мой сонный вид. – Поеду домой. То есть, в отель. Домой позже.
– Подожди, куда ты поедешь? Такси же не вызвали. Сейчас я позвоню.
Нам повезло – через десять минут такси стояло перед подъездом.
– Пока, - нежно поцеловал Андрей меня в щеку.
– Хотелось бы увидеться ещё, но наверное, не удастся. Завтра после обеда мы улетаем.
– Какая жалость. Я думала ты будешь здесь ещё пару дней, - огорчилась я и обняла его покрепче, спрятав лицо у него на груди, чтобы он не видел слёз, обжигавших мне щёки. – Прости, что всё так вышло. Я не хотела расстраивать тебя.
– Ну, ну, брось, - оторвал он меня от себя. – А то я забуду, что мы просто друзья.
– Я так завидую тебе, - всхлипывала я. – Завтра ты будешь в Москве.
– А что тебе мешает? Поехали вместе. Бросай все – и вперед. У тебя все получится. Если здесь вышло, то там, где все говорят на твоем родном языке, будет еще проще.
– Я не могу, - опустила я глаза.
– Из-за него? – спросил Андрей.
Я лишь виновато кивнула в ответ.
– Что ж, мне пора, а то такси уедет без меня.
– Подожди, я спущусь с тобой, - воскликнула я.
– Не стоит. Кто из нас двоих мужчина? Мне будет неловко, если ты пойдёшь меня провожать.
– Да при чем здесь это? Я хочу проводить тебя, и возражения не принимаются, - твердо проговорила я, и мы молча спустились вниз. Все темы для разговоров были исчерпаны, а начинать новые не было времени.
– Ну что? Я поехал, - повернулся ко мне Андрей. И я вновь повисла у него на шее.
– Передай от меня привет России, - прошептала я ему на ухо.
– Передам. Только ты уж сама возвращайся быстрее, а? – и поцеловав меня в губы, он сел в машину, махнул рукой и укатил. Какое-то время я стояла на улице, глядя ему вслед, а затем вернулась в свою квартиру, которая впервые за всё время показалась мне холодной и недружелюбной.
========== Глава 21 ==========
28 февраля
Проснувшись утром от яростного звона будильника, я умылась, а затем побрела на кухню завтракать. Я спокойно прихлебывала чай и смотрела по телевизору выпуск светских новостей, когда, после очередного репортажа о семействе Бэкхемов на экране появилось крупным планом лицо веселящегося от всей души Тома.
«Наверное, хотят рассказать о нашем новом клипе», - подумала я и увеличила громкость. Однако ведущая хитро подмигнула и стала рассказывать вовсе не о творческих успехах Тома, а о его любовных похождениях. И вскоре вместо лица Тома на экране появился изображение дискотеки и самого Тома, пляшущего в обнимку с какой-то мымрой.
«Том Тэндли, солист всеми нами любимой группы «Whitchstone Pictures», известный сердцеед, ни с одной девушкой его не видят дольше месяца».
– Ха-ха, - злорадно подумала я. – Со мной-то он уже скоро перевалит через этот срок!
«Вот и вчера, - продолжала между тем ведущая. – …он был замечен в известном в узких кругах клубе с какой-то таинственной незнакомкой, с которой они обнимались и целовались. В общем, похоже, у нашего Тома новое увлечение. Остановится ли он на этом или продолжит поиски своей единственной? Об этом наши корреспонденты сообщат вам в ближайшее время».
– Что за черт! – воскликнула я и с такой силой грохнула чашкой об стол, что остатки чая коричневыми брызгами разлетелись в стороны. Значит, вчера мой разлюбезный Том общался с кем-то из категории «кто попало» и даже думать забыл обо мне. Что ж, отличная новость, чтобы испортить мне настроение на весь день. Но каков мерзавец! Еще и перед камерами зажимается! Ладно, посмотрим, кто кого.
Кто кого стало ясно очень скоро, едва я пришла на работу и села за стол. Телефон тут же стал разрываться от звонков журналистов различных газет и телекомпаний. Всем не терпелось узнать, правда ли то, что показали в новостях и кто эта таинственная незнакомка.
– Мне известно не больше вашего. В мои обязанности не входит отслеживание личной жизни музыкантов. Если у вас есть вопросы об их творчестве, я смогу вам ответить, - в пятый раз за полчаса отвечала я и уже едва не плакала от обиды, когда в офис вошел Франк.
– Привет, - сказал он, затем внимательно посмотрел на меня и заботливо спросил:
– Что-то случилось?
– Нет, - энергично затрясла я головой. – Похоже, что по нас соскучились и теперь вот решили достать. Телефон прямо разрывается.
– Да выключи ты его. Давай спокойно посидим, попьем кофе. Ведь, как я понимаю, кроме меня никто еще не пришел?
– Правильно понимаешь. Мы здесь одни.
– Вот гады, - внезапно рассердился Франк. – Договаривались же! Знаешь что, а давай, я пока по своим делам смотаюсь? Мне максимум час нужен. Все равно раньше все не соберемся.
– Франк, какие проблемы? Скажу, что тебя срочно вызвали домой.
– Спасибо. Ты просто умница, - расцвел он, и я вновь осталась одна. И с почти мистическим ужасом смотрела на телефон, который, словно какое-то чудовище, был готов в любой момент разразиться пронзительным звоном и начать сыпать вопросами про Тома и его шлюху.
Чтобы отвлечься, я включила радио, где как раз передавали одну из моих любимых песен – “Every You Every Me” группы “Placebo”. Я так обрадовалась, услышав ее, что включила радио на полную громкость и запрыгала по комнате. Мне определенно нужна была разрядка и песня идеально для этого подходила. От танцев меня оторвало чье-то покашливание за спиной. Я подскочила на месте, обернулась и увидела Тома, несколько изумленного всем происходящим.
– А-а, привет, - протянула я, отступая назад. Я разрывалась между желанием спокойно и осторожно выманить у него всю информацию и просто наорать, сказав, как мне противно видеть его лижущимся с какой-то девкой, а потом еще рассказывать об этом всем лондонским журналистам.
– Танцуешь? Ну-ну, - нахмурившись, проговорил он.
– Да так, размяться решила, - ответила я.
– А где все? – не слушая меня, продолжал он расспросы.
– Никого еще нет. Франк заходил, но не дождался никого и выбежал по своим делам. Кажется, у него дома что-то стряслось, - затарахтела я, стараясь не касаться наших с ним отношений. Когда я договорила, Том, все это время думавший о своём и смотревший куда-то сквозь меня, вдруг взглянул мне в глаза и негромко, но твердо произнес: