Чтение онлайн

Он лежал на кровати и негодовал на то, что заставило его получить столь мерзкое удовлетворение от тех проституток.

Где она сейчас? С кем она? Он тут же подавил нахлынувшие воспоминания, сожалея о том, что ушло навсегда, что стало недосягаемым.

Маршалл открыл глаза и посмотрел на измятую постель, напоминающую о только что закончившейся оргии. Проклятье! После стольких лет он все еще не нравится самому себе.

Чтобы отвлечься от только что пережитого кошмара, он попытался думать о Ронейне, о своем задании. Но мысли рассыпались осколками.

Женщина. Та, уродливая, с пальцами. Интересно, какова она в постели? За свою жизнь он перепробовал много дешевых проституток, и страшных, и толстых. Но такой безобразной, как эта, у него не было. Что привлекало его в этих грубых, грязных женщинах? Все они имели болезненный вид, будто полжизни провели в нечистых постелях с мужчинами, сменяющими друг друга. Он усмехнулся своим мыслям, всей этой чуши.

В дверь постучали.

Вскочив с кровати, он кое-как расправил простыни, взял с тумбочки револьвер и пересек комнату. Стал в стороне от двери – на случай, если сквозь нее начнут стрелять.

– Кто?

– Ронейн.

Он узнал голос и понял, что с той стороны двери больше никого нет. Условный сигнал был прост: «Ронейн» – значит «все в порядке», «Привет! Это Ронейн» – означало «я не один, возможна опасность». Он отпер дверь и впустил гостя.

– Все готово, – сказал Ронейн, шевеля усами.

– Как будем действовать?

– Очень просто. Ты проигрываешь с полной рукой тузов.

Арки железнодорожного моста Нот-Милл

Манчестер

Пространство возле арок старинного, почерневшего от сажи, кирпичного железнодорожного моста было оцеплено полицией.

Внутри арок, заложенных с одной стороны глухими стенами, размещались гаражи и складские помещения с широкими двустворчатыми дверьми. В этом обычно тихом месте сейчас было полно полицейских, их внимание привлекала большая куча мусора.

Армитедж заметил черный «ягуар», пробирающийся сквозь толпу зевак, и направился к нему.

– Стивен, – окликнул он стоящего поблизости полицейского, – Пойдемте со мной.

Старший суперинтендант Стивен Уайт, руководитель оперативной группы поддержки уголовно-следственного отдела манчестерской полиции, последовал за Армитеджем. Франтовато одетый, сорока с небольшим лет, Уайт любил красивую жизнь и следил за модой. Кроме того, он был хорошим полицейским, замечательным детективом, обладающим тонким нюхом.

– Черт! Ну и зрелище! – выругался он. – Над ним еще и крысы поработали. Но почему отрублены ступни?

– Некуда бежать. И негде укрыться, – последовал таинственный ответ. – Так ведь в песне поется?

Пройдя полицейский кордон, Соулсон приблизился к своим подчиненным.

– Китаец, да? Что вы об этом думаете, Стивен?

– Мы пока не опознали труп. И нет никаких указаний на то, что здесь замешаны Триады.

– Я не репортер, Стивен. Что вы действительно думаете?

– Я бы не удивился, если бы это оказались Триады. Странно, что они так долго не давали о себе знать.

– А кто способен соперничать с ними?

– Только черные.

– Они не желают работать с китайцами?

– Они им не доверяют. Возможно, бывают кое-какие сделки, но ничего серьезного. То, что те и другие – иммигранты, еще ничего не значит. Только мы, коренные жители, принимаем это во внимание. – Уайт понял, что его цинизм не вызвал сочувствия. – В Мосс-Сайде черные чувствуют себя в безопасности. Китайцы их там не беспокоят. Если дело дойдет до войны, город Дракона здесь, в центре Манчестера, окажется более уязвимым.

(В Манчестере находится крупнейшая китайская колония в Европе, образующая обширный район – Чайнатаун. Это один из четырех городов Дракона, находящихся вне пределов Китая, в свое время ему был передан в дар церемониальный дракон из метрополии. Остальные три города – Сан-Франциско, Ванкувер и Гонконг. Чайнатаун, со множеством ресторанов и магазинов, не мог не привлекать преступные элементы и превратился в пристанище для банд Триад. Традиционно в сферу их деятельности входила проституция, азартные игры, вымогательство и, в небольших объемах, наркотики. Основной поток наркотиков в Европу шел вне рамок их обычного бизнеса, так как Триады имели дело прежде всего с китайским населением. В отличие от Мосс-Сайда, Чайнатаун был культурным и увеселительным центром, охотно посещаемым всеми жителями: Манчестера. И если бы там началась война между бандами, мог бы пострадать любой случайный прохожий. В то время как Мосс-Сайд туристы вообще не посещают.)

Армитедж подвел Соулсона к куче мусора, вокруг которой столпились полицейские. Увидев шефа, они посторонились, освобождая проход.

Его глазам предстало жуткое зрелище.

Среди гниющих отходов лежал обнаженный труп мужчины. Цвет кожи и запах разложения свидетельствовали о том, что он здесь находится уже несколько дней. На голове и верхней части тела не было заметно ни пулевых, ни ножевых ранений, ни переломов, ни каких-либо других повреждений, ставших причиной смерти. Обычно именно в эти места наносят удары убийцы.

На месте полового органа зияла вздувшаяся кровавая рана. Кровь, вытекшая из паха, смешалась с мусором и образовала густой темный ручей. На лице жертвы застыла гримаса боли и ужаса. Крысы, проникшие внутрь тела через рану, успели сожрать почти все кишки и желудок.

Отрубленные ступни в ботинках аккуратно стояли рядом, словно какая-то мрачная шутка.

Соулсон взглянул на труп и отвернулся: все необходимое можно будет узнать из доклада патологоанатома. Подняв глаза, он увидел Тессу. Она стояла рядом с молодой женщиной в штатском, в которой Соулсон узнал сотрудницу разведывательного центра из Стрэтфорда.

– Тебе не следовало бы здесь появляться, – сказал он, подходя к дочери.

– Почему? – возразила она. – Я тоже работаю в полиции.

– Да, конечно, – согласился он, не желая спорить с дочерью в присутствии посторонних. Чтобы сменить тему, Соулсон повернулся к ее напарнице: – Вы из разведотдела?

– Так точно. – Это была привлекательная двадцатидевятилетняя женщина невысокого роста с волнистыми черными волосами и зелеными глазами, глядя в которые хочется поведать все свои секреты. – Джилл Каплз. Детектив, сэр.

Теперь Соулсон вспомнил: она была в группе полицейских, которых посылали на стажировку в Америку. В свое время все они были ему представлены. Она показалась умной, задавала серьезные вопросы. Кроме того, трудно было не запомнить ее привлекательную внешность.

– Вы ездили в Вашингтон, не так ли? – спросил он.

– Да.

– Когда это было? – Соулсону отчаянно хотелось поговорить с Тессой, но сейчас он не мог себе этого позволить. Пусть тогда хоть окружающие видят, что он в курсе всех дел и интересуется жизнью подчиненных.