Чтение онлайн

Хозяин кабинета потупился, но с ответом не медлил:

— Моя вина. Докладывали о людях со странным оттенком кожи, замеченных в подозрительной деятельности как на нашей, так и на сопредельной территории, но довлеет злоба дня — заварушка в Зарундии, напряженность в отношениях между странами... Основные силы задействовал на приоритетных направлениях, с этим же решил разобраться позже. Выходит, ошибся, — он сокрушенно вздохнул. — Мелькала же мысль о заморских шпионах, но, к сожалению, посчитал отголосками пропаганды Совета — тогда часто сомнительные акции проводили под лозунгом: «Будь бдительным — враг за морем не дремлет!» И военный бюджет увеличивали, и комендантский час в рабочих районах вводили, и диссидентов арестовывали.

— Плохо ты о нем думал, — укорил я внутренний голос, — мужику просто времени и людей не хватило, а ты: «Прохлопали! Проспали!»

— Придется поднимать архивы, искать тот доклад и офицера, что его делал, — задумался Раскун. — Хотя ничего страшного — в госбезопасности ДРН документы не теряются. А тот лейтенант, помнится, даже имена и адреса проживания указывал. Чего тогда отмахнулся — прямо затмение какое-то нашло!

— Ничего страшного, — утешил я, — найдется. Предлагаю всех скопом не брать, а организовать «игру».

— ???

— Агентов под плотный контроль и пусть гонят дезинформацию своим. Мол, в Империи все спокойно, никто ничего не знает — Манулу императрица не поверила. Надеюсь, слухи о вторжении из вашей конторы не расползаются? Ролану и Традорна предупредил — обсуждение наших планов пока идет в самом узком кругу. Все приказы отдаются под прикрытием больших имперских учений «Гроза» с участием всех родов войск, включая флот и спецназ.

— Это вы хорошо придумали, — восхитился министр. — И с «игрой», и с учениями. А из моего министерства утечек никогда не было и не будет, — последнее добавил уже обиженно.

— Кстати, с учениями повторяетесь, — елейно продолжил Раскун. — С этого начиналась наша авантюра с Империей. Помните? Объявили, что ловим заморских шпионов и закрыли границы области? — тут он поперхнулся и вытаращил глаза.

Мне тоже стало как-то не по себе — бывают же в жизни такие совпадения? Ехидство собеседника пропало даром: вместо того, чтобы упрекнуть меня в плагиате у самого себя, получилось, что польстил моему гениальному предвидению.

Раскун досадливо крякнул, оценив свою оплошность, и спросил:

— С агентами понятно, а что будем делать дальше с ….

— Стоп! — он перебил сам себя. — А как же совместное заявление императрицы и президента ДРН? Мы же там говорим, что страны перед лицом опасности объединяются… угроза вторжения… только вместе мы сможем… и так далее по тексту? Весь континент уже знает о Вилянге?! Какая, к карудару, секретность?!

— Все не так страшно, — успокоил я. — Ваш покорный слуга вовремя спохватился, текст подкорректировали, теперь там указаны совсем другие причины. О врагах ни слова.

Собеседник молча похлопал в ладоши.

— Может, не будем тратить время? — спросил он, похлопав. — Вижу, у вас есть готовый план действий. Поделитесь, Сергей.

— И правда! — поддержал внутренний голос. — Что ты все стесняешься? «Профессионал», «опыт работы» — мы ничуть не хуже!

— Что же, — ответил я, — вы правильно мыслите. Есть у меня одна идея. Как вы смотрите на то, чтобы не только сделать противника слепым и глухим, обезвредив его шпионскую сеть, но и нанести ответный удар?

— Каким образом?

— Послать наших людей на соседний континент. Колдовское радио у нас есть, оперативники с подходящим опытом работы, надеюсь, тоже, — я подмигнул Раскуну, — с трудом верится, что в Империи не работали ваши шпионы, а?

Собеседник развел руками — какой смысл отрицать очевидное?

— Как вы это себе представляет? — спросил он. — На кораблях? Сомнительно. Если у них мощный флот, как вы говорите, то побережье хорошо охраняется.

— На летучках. Пройдем на большой высоте вдоль континента, скопления десантных барж хорошо видны с воздуха, высадим мобильные отряды неподалеку. Как только начнут грузиться на корабли, наши агенты выйдут на связь. Кстати! — меня осенила замечательная идея. — Вместе с армией вторжения можно отправить наши истребители — пусть незаметно сопровождают и докладывают о скорости и направлении движения. Тогда нам не потребуется распылять наши военно-морские силы вдоль всего Норэлтира. Вот только… — я задумался. — А сколько может длиться непрерывный полет? Что-то упустил в свое время этот вопрос.

— До тех пор, пока не спит пилот, — ответил Раскун. — Как только заснет, летучка мягко опускается на землю и ждет следующей команды.

— Наша яхта преодолела расстояние между материками за трое суток. Скорость наших истребителей гораздо выше, но не на столько… А если комплектовать двойным экипажем? Одна смена отдыхает, а вторая у штурвала? Только придется сократить состав разведгрупп.

— Зачем? — пожал плечами собеседник. — Просто отправим больше летучек.

— Действительно, — заметил внутренний голос, — здесь ты лопухнулся.

Я полупоклоном одобрил сообразительность министра и продолжил:

— Можно расширить круг задач наших людей — не только разведка, но и диверсии. — Вспомнил пожар, устроенный в порту Вилянги в ночь нашего бегства. — Склады с боеприпасами, стратегические мосты. Традорн говорил, что у нас появились боевые пловцы. Чем они занимаются? Можно пустить на дно несколько дредноутов врага. Уж больно опасные это корабли. Огневая мощь потрясающая! Ничего сложного для человека, хорошо умеющего плавать: ночью на небольшом плотике заряд взрывчатки к борту и ба-бах — огромная дыра ну уровне ватерлинии!

Хозяин кабинета забарабанил пальцами по столу. Нахмурился, покрутил головой и задумчиво произнес:

— Это объявление войны. Они же не дураки и догадаются, кто виноват. Одно дело, когда неизвестные поджигают правительственные учреждения и вступают в конфликт с полицией. Тогда можно списать на местных экстремистов и подпольщиков. Если же мишенью становятся стратегические объекты, то слепому понятно, что это диверсия противника. Вилянга с обиженным видом будет вынуждена «защищаться». Никого не будет интересовать, что удары нанесены по войскам, изготовившимся к захвату чужих территорий. Развернут мощную пропаганду, будут вдалбливать в голову каждому солдату, что он защищает свою Родину: «Они первые начали! Мы мирно сидели и ловили рыбу, а эти злобные норэлтирцы потопили два наших корабля! Умрем за императора!» Утрирую, но что-то в этом духе обязательно будет.

— И что?

— Как что?! — возмутился Раскун. — Во-первых, это поднимет боевой дух противника, а то нам не хватает ее численного превосходства?! Во-вторых, мы окажемся в положении агрессора, и ситуация с настроением имперской армии будет прямо противоположная!

— Вы не понимаете, господин министр, — мягко не согласился я. — Вилянгцы не нуждаются в поводе для вторжения — они сами и есть его причина. Их слишком много. Континент не в состоянии прокормить всех. Судя по карте, он гораздо меньше нашего, рельеф местности как в Зарундии — сплошные горы и джунгли, посевных площадей совсем чуть-чуть. Каждому солдату обещан участок земли в Норэлтире, так что гибель товарищей только обрадует — меньше конкурентов. Их несколько лет обрабатывала имперская пропаганда: «За морем пустой материк! Воин! Приди и возьми свой кусок земли!» Плевать им на то, кто первым начнет. А что касается наших... — тут я сделал многозначительную паузу и продолжил. — Господин Раскун, когда вы в последний раз читали свежую газету Вилянги?