Чтение онлайн

— Спасибо! — пробормотал я. — Погоди с поздравлениями — оценим результат.

Гаругх сгорбился на своей табуретке. Шпион не выглядел раздавленным и деморализованным, нет — перед нами сидел сильно уставший человек. Хотя не стоит судить о его душевном состоянии по внешнему виду. Профессия у него такая — изображать на лице наиболее подходящие для текущего момента чувства. Просто дождусь ответа.

Отпущенная на размышления минута подошла к концу. Я уже открыл рот, известить об этом Гаругха, но коварный шпион меня опередил:

— Думаю, время истекло, не правда ли? — утвердительно спросил он.

Оставалось только кивнуть головой. Противник перехватывает инициативу — нехорошо.

— Аплодирую проделанной работе, — ровным голосом продолжил вилянгец. — Пока не догадываюсь, каким образом вы получили информацию, но знатно разложили по полочкам, знатно, восхищен. Разве что, в звании ошиблись: я — полковник, а не майор, а в остальном все верно. Кстати, на чем мы прокололись? Хотя зачем я спрашиваю?! Вы уже дали ответ на вопрос — вернулся Манул Ее Величества. Можете мне не верить, но, прочитав в газете о чудесном возращении, понял: пора сворачивать работу — скоро за нас возьмутся. Чувствовал же слежку, но отмахнулся, — Гаругх досадливо дернул подбородком, — уверял себя, что нервы шалят…

Я победоносно посмотрел на лоториню. Чертовски приятно выстрелить с закрытыми глазами в сторону мишени и попасть в яблочко! Все-таки сделал гениальный анализ при столь скудной информации — вон, только со званием не угадал!

— Так какой вариант выбрали, господин Гаругх? — Молчание затянулось, а время шло.

— Четвертый.

— ??? — Моему удивлению не было предела. — Это какой же, хотелось бы знать?

— Почему вы считаете, что наше сотрудничество невозможно? — вопросом на вопрос ответил арестованный. — Потому что сами не уверены в победе? Огромный численный и технический перевес моей страны делает ее невозможной?

Он задал сложный вопрос, терзавший меня последнее время. Действительно, не лучше ли начать переговоры и выторговать для нас почетные условия капитуляции? Император Вилянги далеко не дурак — с радостью согласится на оккупацию Норэлтира без военных действий в обмен на гарантии жизни и свободы для правящей верхушки Империи.

Вот только как мы потом будем смотреть в глаза своим гражданам? Для чего они воевали с республикой за свою независимость, платили налоги, содержали огромную армию и флот? Только для того, чтобы их правители при первой же угрозе обменяли их свободу на свои жизни? Положение для Империи очень серьезное, но не безысходное. Мы будем драться!

Я уже открыл рот, собираясь дать гневную отповедь полковнику вражеской разведки, но он снова меня опередил:

— Извините за глупые риторические вопросы. Аналитики Генштаба строили все расчеты именно на том, что вас нет в Норэлтире. Видели бы бал, что устроил во дворце император, когда пять лет назад поступила информация о том, что Манул Ее Величества бесследно исчез! Эх, да что теперь сожалеть, — Гаругх тяжело вздохнул. — Вы вернулись и, действительно, все изменилось…

— Так вот, четвертый вариант, — продолжил арестованный после небольшой паузы. — Почему вы считаете, что наше сотрудничество невозможно? Да, завтра начнется вторжение. Но теперь я неуверен в его успешном завершении. Не считайте меня трусом и предателем — Вилянга не столь едина, как это кажется со стороны. У нас есть серьезная оппозиция правящей династии, и я один из ее лидеров. С прошлыми правителями Норэлтира нам не о чем было договариваться, а вот с Манулом… — он задумчиво сузил глаза. — Здесь есть над чем подумать.

— Вот это да! — восторженно зашептал внутренний голос. — Наши шансы растут! Если мы сможем отбить первый удар, то потом, при нашей поддержке, внутренняя оппозиция нанесет вторжению удар в спину!

— Полагаю, вы — представитель опальной ветви дворянства Вилянги, потерявшей трон в результате дворцового переворота или в силу каких-либо других причин? — полутвердительно спросил я. — Например, у «вашего» императора не было наследника, и власть захватил представитель конкурентов. Так?

— Вот поэтому я еще две недели назад предложил своим соратникам начать переговоры с вернувшимся Манулом, — слегка невпопад ответил Гаругх. — Кроме вас, никто бы так блестяще не смог воссоздать ситуацию трехвековой давности по одной только фразе об оппозиции к правящей династии.

— Раскун бы смог. — Не надо тянуть одеяло на себя, пусть противник боится нас всех!

— Может быть, — задумчиво ответил арестованный.

Хотя мне было приятно. Но не буду же ему говорить, что высказанные мной варианты характерны для любой земной монархии?

Настя сильно пихнула меня в бок, в ответ лишь дернул плечом, мол: «Не мешай — процесс пошел!»

— Вы понимаете, что ваши слова мы будем проверять? — спросил я, дав понять, что считаю наше сотрудничество свершимся фактом.

— Безусловно! — согласился Гаругх, — иначе перестал бы вас уважать.

Лоториня перешла от толчков к щипкам, пытаясь привлечь внимание — я продолжил игнорировать. Беседа шла к логическому завершению, меня все устраивало, чего ей еще надо?!

— Вот и славно! — подвел я итог переговорам. — С вашего позволения откланяюсь. Дела, понимаете ли. У офицеров госбезопасности, — кивнул в сторону стола, — есть к вам ряд вопросов. Будьте любезны, удовлетворите их любопытство. Ну что?! — это я уже не выдержал издевательств со стороны Насти и обернулся к лоторине. — Что случилось?

— Ты ничего не упустил? — яростно прошипела она мне на ухо.

— Что ты имеешь в виду?

— Он сказал, что вторжение завтра, олух! — Последнее слово, к счастью, девушка произнесла еще тише.

— !!!! — Сердце екнуло, сжалось и кольнуло болью.

— Господин Гаругх, — волевым усилием я заставил голос не дрожать, — фраза о том, что вторжение завтра — оборот речи, или так и есть на самом деле? Вам известна дата начала операции?

— Ну да, по плану Генштаба Вилянги завтра эскадра должна выйти в море. И завтра же вечером мы, хм, — он смущенно кашлянул, — все активные и законсервированные агенты начнут действовать.

Видя мое удивление, пояснил: «Подрыв мостов, диверсии на складах боеприпасов и вооружения, саботаж на военных заводах — обычные мероприятия в тылу противника перед началом войны».

На стене за спиной Гаругха явственно проступала огненная надпись: «Мене, текел, фарес» 2. Я моргнул глазами — пламенеющих букв на шершавых камнях не было, но их присутствие ощущалось в самом воздухе подвала.

— Началось, — прошептал внутренний голос. — Куда метнуться: к Традорну — узнать насколько мы готовы к войне, или к Ролане — «порадовать» известием и начать утешать?

— К Главкому, — твердо решил я. — Оборона сейчас важнее нервов императрицы.

Внешне постарался ничем не выдать душевного смятения, но внутри все мелко подрагивало и тряслось.

— Господа офицеры, — обратился я к чекистам, — Берите с собой нашего, хм, гостя и бегом к Раскуну в координационный центр — беседу продолжите там. Нельзя терять ни минуты! Забудьте пока все ваши вопросы, главное сейчас — имена и адреса агентов. Надо предотвратить волну терактов по стране. У меня все. Исполняйте! Да, не забудьте развязать господина Гаругха, — полковник подчеркнуто благодарно кивнул.