Чтение онлайн

– Надолго ли?
– подумала Любовь Ивановна. Но первый раунд выигран. Время для продолжения борьбы было. Павел пошел спать. Взвинченные показухой нервы и не утихающее чувство неудовлетворенного самолюбия, смешанного с любовью к потерянной навсегда Вере не утихали.

– Почему потерянной?
– подумал Павел.

Поразмыслив, он вспомнил, как они стояли в обнимочку с Василием, смотрели на гостью, а думали друг о друге. Он же видел их короткие взгляды, нежный Верин, обращенный к сопернику, и любующийся своей невестой, Василия, подлого друга. И прежде чем уснуть он представил себе как на глазах у Веры убивает Василия, а, потом и её, изменницу, которой нет пощады. Сцены были ужасные, то простреленные головы, то нож в сердце, то перерезанное горло. Это уже было высшее выражение эгоизма, страшного, кровавого, безудержного. У него стучало сердце и кровь пульсировала в висках. Весь в поту, Павел садился в постели, вскакивал на ноги, ходил, потом снова ложился и эти безумные мысли не давали ему уснуть. Разум от ревности стал бесконтролен.

– Ты спишь, сын?
– раздался за дверью голос отца.

– Нет, папа, заходи.

Отец вошел, чувствуя настроение сына, он поставил на столик поднос с коньяком, двумя рюмками и закуской.

– Составишь компанию?
– спросил он сына, - Что-то не могу спать. Сегодняшняя мудрость отца успокоила бешено настроенного Павла и после его ухода он уснул.

Утро не принесло долгожданного душевного облегчения. Его лихорадочный мозг постоянно и напряжённо работал в поисках средства жестокой мести, такой, чтобы содрогнулись два счастливца, оставивших его ни с чем. Павел не мог успокоиться от того, что его соперник, лучший друг, которому он доверял, на деле оказался предателем, женихом сделался тайком от него и двадцать четыре года дружбы пошли под хвост собачий. Почему, почему Вера предпочла его скромного, отбросив как ненужный элемент, любимца женщин, красавца, богатого, не знающего ни в чем отказа? Почему? Он страстно хотел это выяснить, но как? И тогда ему в голову пришла мысль использовать свою Барби, подсунутую на кризис отцом, чтобы как-то утихомирить его взбунтовавшееся самолюбие. Отец даже поездку отложил из-за сына, так беспокоился о его самочувствии.

– Юля, - спросил он её вечером, когда они ехали в машине, - ты могла бы для меня выяснить один деликатный вопрос у Веры?

– Валяй свой вопрос, - без заминки ответила Юля?
– Тебя шокирует, что она вышла замуж за другого?

– Дура, - крикнул он, - дура, не смей так говорить со мной. Я не предлагал ей никакого замужества, поняла?

Он начал трясти девушку за ворот так, что голова стукалась о боковое стекло.

– Мне больно, оставь меня, - Юля попыталась сбежать.

Она выскочила из двери машины, которая к счастью не была закрыта и побежала неизвестно куда. Он догнал её, повалил на землю, начал пинать ногами. Она закрывала лицо и пыталась что-то говорить, а он бил и бил ногами в живот, голову, руки, закрывавшие лицо, пока не обессилел. Опомнился, достал сигарету, руки дрожали и он не мог прикурить. Тогда достав сотовый телефон он позвонил в охрану отца и попросил Заура. Тот был на месте.

– Это я, Павел, мне нужна твоя помощь. Сейчас же. Ничего не говори отцу.

И он назвал место, где сейчас находился с машиной. Заур приехал быстро. Увидев лежащую на земле девушку, он не спрашивая, погрузил в свою машину и только тогда послушал пульс.

– Жива. Надо в больницу. Срочно. Иначе погибнет.

– А может не надо в больницу?
– спросил его Павел.
– Я не могу её видеть.

– Хорошо, - сказал телохранитель отца, я увезу девчонку в укромное место, вызову надёжного врача и твою маму. Она решит.

– Езжай, - безразлично ответил Павел.
– Езжай ко мне на дачу. Там надёжнее будет. Бабки получишь завтра. Сколько?

– Смотря по обстоятельствам. Будет жива, придется платить и ей. До завтра.

Машина Заура исчезла. Павел стоял, прислонясь к багажнику. Его сердце разрывалось от дурноты своего поступка, но одновременно он чувствовал, что это несколько утишило его другую боль - душевную. Домой он вернулся поздно вечером.

– А ведь так можно и убийцей стать, - подумал Павел.

– Почему так долго? Я беспокоилась, - сказала мать так просто, как будто ничего не произошло.
– Ужинать будешь?

– Нет, - бросил он и прошел к себе.

Мать вошла следом за ним.

– Родители Юли беспокоятся. Заур заехал и я отправила Юлю в больницу, она пока без сознания, нужно следить, чтобы не наговорила лишнего. Вы с ней нигде не были. Ты был со мной и нашим замом, мотались за визой, делали покупки. Вот тебе список по минутам, где мы находились. Юлю попробуем уговорить. Ты там не появляйся. Утром в шесть ваш самолет. За границей вы с отцом будете месяц. Я тут сама всё устрою.

Утром Павел с отцом и двумя сотрудниками вылетели в деловую поездку.

Наступил день свадьбы Веры и Василия. Нарочный принёс к ним в дом корзину роскошных цветов и несколько коробок с шампанским и закусками. Там была записка:

– Счастливым молодоженам от друга. Сожалею, что не могу присутствовать лично. Павел.

– Не забыл, - сказала Анна Ильинична..

– Молодец, - откомментировал Василий.

– Куда такую прорву всего наприсылал?
– удивился Андрей Иванович.

– Как всегда в своем амплуа, - задумчиво произнесла Вера.

Веру не удивил шальной поступок Павла. Но почему он отсутствует сам? Часов в восемь вечера в дверь позвонили. Это были её родители.

– Проходите, гости дорогие, - приветствовала их Анна Ильинична.

– Дочка, ты даже не звонишь, почему?
– спросил расстроенный отец.

– Папа, давай не будем сегодня выяснять отношений. Я уже замужем, у меня своя семья и теперь отвечаю перед мужем.

Ей было жаль отца, но она не хотела слышать нравоучений матери. Прошли в комнату. Начали собираться, чтобы отметить праздник в кафе, недалеко от дома. Праздник, то бишь свадьба, прошла без эксцессов. Старики спорили о былом, молодые танцевали и отчаянно флиртовали. Все закончилось чуть заполночь. Жизнь Василия и Веры вступила в новую фазу.

К Любовь Ивановне Крутых неожиданно пришел Василий. Он был в форме.

– Вы помните, Любовь Ивановна, ту девушку, с которой приходил к нам Павел и сказал, что это его невеста.

– Юлю? Конечно помню. Красивая девушка, ничего не скажешь.

– Она случайно не уехала в командировку?

– Что ты, Васенька, Юля оказалась вертлявой девчонкой и после того визита не появилась. Искать мы её не стали, тем более что женитьба - это просто шутка, чтобы вас рассмешить. Вы же знаете, он ни с кем не встречался, был всегда с вами.

– Когда она исчезла?
– поинтересовалась Любовь Ивановна.

– Из больницы двадцатого. Утром.

– И наши уехали двадцатого, вернее рано утром двадцать первого, но мы все были дома.

– И она ни разу вам не звонила, вы ничего о ней не слышали?
– потихоньку настаивал Василий.

– Какой упрямый, - подумала Любовь Ивановна, - а сама расплываясь в улыбке, ответила, - я не думаю, чтобы у неё была причина звонить нам после одной-единственной встречи.
– А ты не находишь Васенька, что эта слишком яркая девушка, по-моему легкодоступная? Могла уехать с любым, поманившим её чудаком?

– Кто знает?
– вопросительно произнес Василий.
– Мы постараемся раскрыть эту загадку.

В больнице ему отвечали одно и тоже.

– Привез её человек с бородкой, немолодой, сказал, что нашёл у дороги и уехал, не сказав кто он. Дежурная сестра утверждает, что в четыре часа утра она ещё видела больную в палате, а в шесть тридцать, пришла поставить ей укол, но больной не оказалось на месте. Как и с кем она ушла, непонятно. Да и ходить не могла, была без сознания. Видимо девушку просто похитили. Если бы Павел не уехал с отцом, ему пришлось бы давать показания в милиции.