Чтение онлайн

— Сколько их там? — поинтересовался Байардель.

— Имеете в виду тварей, которых нам приказано остановить? — уточнил тот. — Хм, поди знай! Тысячи две-три! А может, и вдвое больше, кто знает, не исключено, что к ним уже присоединились негры из Каз-Пилота и Ламантена!..

— Ну что ж, — заметил капитан, — по правде говоря, затея мне по нутру, остановить двумя отрядами этакую тучу черномазых — такой фокус стоит того, чтобы им заняться! И черт меня побери, Лагаренн, если мы его не покажем! Да-да, мы им покажем этот фокус, потому как если не нам с вами, такому бравому командиру ополченцев, как вы, и старому, прокопченному порохом солдату вроде меня, то кому еще по плечу подобное дельце!.. И пусть я сожру свои сапоги вместе с подметками и голенищами, если нам это не удастся!

— Послушайте, Байардель, — заметил Лагаренн, — вы, наверное, уже заметили, что эта часть города, Якорный квартал, меньше всего пострадала от пожаров, потому что защищена от ветра. Здесь огонь не перекидывался на другие постройки. Так вот, в уцелевших домах осталось еще немало жителей. И нет никакой возможности выкурить их оттуда…

— Какого черта они там засели?

— Поди знай! Боятся всего — мародеров, полоумных, негров… Забаррикадировались за своими бамбуковыми заборами, вооружились до зубов и теперь ждут, когда кто-нибудь постучится к ним в дверь, чтобы пустить в него пулю и уложить на краю дороги! И ничего с ними не поделать, с этими осатаневшими идиотами! Ни приказы, ни уговоры — ничто на них не действует, все впустую! И это еще не считая тех обитателей квартала, которые шляются по улицам. Интересно, что им там нужно, чего они ищут?! Как раз перед тем, как вам появиться, я послал патрули. Так, Ладоре обнаружил в кустах парочку, которая занималась любовью, будто Монтань-Пеле на Мартинике все равно что рисунок у меня на ладони! Ладоре окликнул его, тот поднялся, приставил ему прямо к носу пушку величиной с добрую мачту, а потом тут же снова как ни в чем не бывало продолжил свое дело! Матерь Божья, и что только делается на этом свете, тот же самый Ладоре поймал двух подонков, которые обшаривали дом, совсем не пострадавший от пожара. Эти бандиты успели зарезать женщину, которая оказалась в этом доме, и приготовились расправиться тем же манером и с мужчиной, пытавшимся защитить свой мешок с монетами. Ладоре уложил на месте обоих… ясное дело, этих подонков!..

Теперь выстрелы стали раздаваться все чаще и чаще. С каждой минутой приближались и делались громче.

Байардель представил себе, как должно выглядеть это стадо осатаневших негров, вооруженных одними лишь мачете, чтобы обратить в бегство обученных солдат, ведущих стрельбу картечью. Правда, тех было куда больше, и они брали числом. Всякий раз, когда от пуль погибал десяток, на их место заступала сотня других.

— Похоже, — снова заговорил Лагаренн, — этой ночью изнасилованным женщинам числа не будет…

— Что ж, тем лучше! — отозвался Байардель. — Не знаю, кто первым сказал, будто добрых колонистов делают только в постели, во всяком случае, теперь он сможет убедиться, что глубоко заблуждался! Думаю, этой ночью на дорогах и в кустах зачали ничуть не меньше новых колонистов, чем в супружеских постелях! Да, все к лучшему!.. Что ни говори, а надо же, чтобы кто-то пришел на смену тем беднягам, которые отдали Богу душу!

Лагаренн слегка покашлял, потом заметил:

— Ладно, похоже, нам пора решать, что будем делать. В какую сторону вы намерены отправиться со своим отрядом?

Байардель в задумчивости почесал подбородок. Задача, которую перед ним поставили, казалась выше человеческих сил, надо быть совсем уж безмозглым кретином, чтобы не понимать столь очевидной истины… Однако он не хотел ничем выдавать своих печальных размышлений, особенно перед солдатами, которым предстояло выполнять его приказы. Точно так же в глубине души думал и Лагаренн.

Теперь настал черед Байарделя покашлять, дабы еще потянуть время и не отвечать на вопрос. Однако в тот самый момент солдаты, которые стояли дальше всех от двоих офицеров, вдруг заорали что есть мочи.

— Что там еще случилось? — удивился Лагаренн.

И, передаваемый из уст в уста, вскорости до него дошел ответ:

— Там какая-то карета, запряженная четверкой лошадей.

— Карета?! — в полном ошеломлении переспросил капитан.

— И откуда, интересно, она едет? — поинтересовался Байардель.

— Со стороны Карбе! Небось карету стащили рабы.

— Что ж, поглядим…

Байардель взял под руку Лагаренна и повлек его за собой. Теперь, среди все еще достаточно далекой стрельбы, явственно слышалось цоканье по каменной дороге четверки запряженных лошадей. Судя по всему, к ним приближалась тяжелогруженая карета. Увидев в ночной мгле столпившихся на перекрестке солдат, извозчик тут же натянул поводья и резко остановил лошадей. Удар оказался таким сильным, что внутри кареты раздались громкие крики, а с крыши скатилась небрежно привязанная бочка, сразу разбившаяся о камни мостовой.

— Ром!.. — хором воскликнули солдаты.

Судя по запаху, не оставалось ни малейших сомнений касательно природы этого напитка.

— Целая карета, запряженная четверкой лошадей и груженная ромом! — воскликнул Байардель. — Ну и дела!

Он подошел к дверце. Внутри кареты при слабом свете луны он разглядел мужчину в весьма преклонных годах и трех полуодетых молодых женщин.

— Кто вы? Откуда путь держите?

Старик, точно черепаха из панциря, вытянул морщинистую шею и ответил:

— Меня зовут Баркес… Никола Баркес, я из Питон-Желе.

— А кто эти женщины?

— Моя жена и две дочери. Да пропустите же нас, ради всего святого! Рабы уже совсем близко!

— Тысяча чертей, но как вам удалось сюда добраться? Объясните же нам наконец!

— Да что тут объяснять! — удивился старик. — Как только в Питон-Желе начались пожары, рабы помогли нам нагрузить карету… Но не успели они закончить, как из окрестных имений появились взбунтовавшиеся негры и принялись подстрекать моих. Жена с дочерьми тут же прыгнула в карету, а мой добрый Даниэль не мешкая стеганул лошадей… К счастью, негодяи не кинулись нам вдогонку, потому что в доме еще оставалось изрядно рому!

Байардель стукнул себя по лбу, потом схватил за рукав Лагаренна.

— Тысяча чертей! — воскликнул он. — Кажется, мне в голову пришла одна идейка! Мы остановим их, этих черных тварей! И увидите, каким манером нам это удастся…

Потом хлопнул в ладоши и позвал:

— Эй, кто там! Четверо ко мне, живо!

И, чтобы не терять попусту времени, сам указал пальцем на тех, кто оказался поближе.

— Проводите карету до самой пристани, понятно или нет?

Потом просунул в дверцу лицо, нарочно придав ему свирепое выражение, и предупредил тех, кто находился внутри:

— Если хоть один из вас попытается удрать, мои солдаты будут стрелять без предупреждения! Вы слышите, без всякого предупреждения! Что же до вас, братцы, — обратился он к солдатам, — то вы сдадите этих людей с рук на руки офицеру, что ведает погрузкой беженцев на корабли. Скажете, что таков приказ капитана Байарделя! Пусть посадят на лодку вместе со скарбом, но кучер Даниэль должен вернуться сюда, и карета тоже. Все ясно? Вопросов нет?

Вместо ответа солдаты утвердительно закивали головами.

— И на все это у вас только десять минут, и ни минутой больше!.. Потом вы до зарезу потребуетесь мне здесь. Все, а теперь в путь, быстро!

Солдаты вскочили на подножку кареты, а один из них, кому не хватило места, вскарабкался верхом на лошадь. Даниэль щелкнул кнутом, и карета галопом понеслась прочь.

В полном ошеломлении, Лагаренн удивленно уставился на Байарделя.

— Так, одна идейка! — пояснил капитан. — Просто мне пришла в голову одна занятная мыслишка, вот и все! Потом сами увидите!.. А теперь скажите-ка мне, Лагаренн, нет ли здесь где-нибудь поблизости какого-нибудь амбара с ромом, какой-нибудь винокурни, не слишком пострадавшей от пожаров и уцелевшей от грабителей?