Чтение онлайн

– Да, герр Ютнер, я вас понимаю. Налоги могут любой бизнес уничтожить.
– с этими словами Райка протянула ему деньги.

Иногда бывает достаточно лишь одного мельчайшего движения руки, чтобы стало явным то, что человек не хотел бы обнародовать. Так было и Вилли Ютнером. Он взял деньги, а мне показалось, что он их схватил. Огромное брюхо вдруг всколыхнулось, головка, обрамленная венчиком седых волос, склонилась над кассой. Ютнер разглаживал и без того почти новые купюры так, словно это были не деньги, а первые морщинки на лице любимой женщины. Не удивлюсь, если при этом он испытал что-то наподобие оргазма.

Вот это да! Такой жадности я еще в жизни не видела. Ох, есть, наверное, где-то на небесах мой ангел- хранитель. Скорее всего он ленивый и нерадивый, как и я сама, судя по тому, как часто я попадаю в неприятные ситуации. Но честь и хвала ему за то, что он уберег меня от Вилли Ютнера в качестве жениха. Ну, Виктор! Ну, друг! Ну, мерзавец! Мог бы по телефону-то сказать, сиди, мол, Марина, в Киеве и не дергайся. Нет, все же хорошо сложилось: и денег не было на поездку к Ютнеру и немцы пачками гибли.

Райка тем временем укладывала купленное в пакеты, а Вилли Ютнер пытался отсчитать сдачу. Это было трудно, почти невозможно. Похоже, что деньги тоже испытывали к нему нежные чувства. Они никак не хотели с ним расставаться. Монеты выскальзывали из его пальцев и с радостным звоном падали назад в отсек кассового аппарата. Бумажные же деньги вообще невозможно было вытащить. Там, в ящичке кассы есть такая штучка, которая прижимает купюры. Так вот эта штучка никак не хотела освободить денежки. Она прижала их насмерть и грозила сломаться, если ее и дальше будут насиловать.

– Оставьте, герр Ютнер. Не мучайтесь. У вас может давление подняться. Если хотите, я попрошу мужа отремонтировать ваш кассовый аппарат.

– О, фрау Райза, я буду вам очень благодарен. Заходите еще, будьте любезны. Я всегда вам рад.

Еще бы, подумала я, сдачу не требует, бесплатные услуги по ремонту кассового аппарата предлагает.

– Забавный старикан, - Райка снова рванула с места, как заправский спринтер со старта.
– У него все время работает какая-нибудь дамочка из наших краев. И как он только этих дур находит? Они у него и в магазине и по дому вкалывают. И каждый раз все заканчивается тем, что его обокрали. Он обращается в полицию. Тут оказывается, что у очередной дамочки просрочена виза, и ее высылают из Германии по суду с пожизненным запретом въезда в шенгенскую зону.

Она замолчала, переключая скорость и перестраиваясь в правый ряд.

– Нет, на Аллу бы я никогда не подумала! Представляешь, доцентша из Минского университета. Интеллигентная, обходительная, по- немецки говорит, как дикторша с ЦДФ. Не знаю, что она могла там украсть И могла ли вообще. Тут до нее одна Ирка была. Оторва, а не девка. Пыталась деда шантажировать, чтобы он на ней женился. Ютнер сопротивлялся из последних сил, так Иркин дружок из немцев отделал его под грецкий орех. Месяца полтора, наверное, Ютнер отлежал. По-моему, Карамель говорила, что эта Ирка тоже из Киева. Но точно не знаю. Я с ней не общалась, уж больно она льстивая была и хитрая. Без конца Карамели плакалась, что жизнь не сложилась, что нищая, что возвращаться домой не хочет, потому что ничего хорошего ее там не ждет... В конце концов, отбыла благополучно. И слава богу! Из-за таких Ирок в Европе наших баб и считают шантажистками и вымогательницами. Вдоволь уже насмотрелись все на невест из России...

Опять Ирина. И скорее всего та самая. Мистика какая-то. Не Бад Кройцнах. А немецкий филиал Киева. Здесь живут Райка, Вадим, жила Карамель. А теперь еще выясняется, что и красавица Ирина здесь тоже побывала. У меня, впрочем, не было ни капли сомнений, что это она.

– Чего приуныла, подруга?
– Райка вырвала меня из моих подозрений и недобрых мыслей.

Ее девчонки мирно посапывали, убаюканные ровным гулом мотора. Машина шла плавно, что неудивительно при таком качестве автобана.

– Долго еще?

– Минут через десять будем на месте.

Когда мы въехали на дорогу, по обеим сторонам которой толпились сосны, и запахло свежестью и хвоей, я заерзала на сиденье. Так захотелось нырнуть в просвет между стволами и исчезнуть среди деревьев. Давненько я по лесу не бродила.

Райка, уловив мое нетерпение, улыбнулась.

– Помню, помню, как на экскурсии в Святошинском лесу мы тебя всем классом искали.

– Нашла, что вспомнить, вредина! Маленькие же совсем были. Я тогда за бабочкой с полянки сиганула. Бабочка улетела все равно, а я так испугалась - вокруг никого, что разревелась от страха. Потом еще и Клавдия Васильевна мне выписала.Обещала двойку по поведению за четверть.

– Вот мы и дома.

лЮЬХМЮ остановилась перед деревянным домом, выкрашенным в зеленый цвет. Вокруг простиралась очаровательная солнечная полянка.

– Давай перенесем девчонок в детскую. Они еще часок - другой проспят. А у нас будет время, чтобы осмотреться, разложить все и приготовить что - нибудь на обед.

Малышки и вправду спали мертвым сном. Мы с Райкой уложили их на кроватки в детской, а сами принялись за дела насущные: разобрались на кухне. Особо утруждаться не пришлось, обед был практически готов. Как - никак у Ютнера отоварились. рПЕЯЙНБШИ ЯЮКЮР выложили в тарелку, ЯСО из коробочки разбавили кипятком, Цыплят разогрели в микроволновке. При этом я подумала, что при таком уровне кухонной цивилизации можно иметь троих детей. Времени на полноценный обед ушло не больше, чем на приготовление кофе в турке. На сладкое предполагалось фисташковое мороженое. Заодно и я его попробую. Раньше не доводилось. И вообще гастрономическое изобилие небольшого немецкого городка меня обескраживало. В Киеве после совкового стандартного набора в каждом магазине я считала, что мы уже живем при полном продуктовом коммунизме - двенадцать сортов колбасы - это уже кое-что, пусть даже на вкус они не отличаются друг от друга.

– Можешь теперь пробежаться вокруг дома. Далеко не уходи. Леса ты этого не знаешь, а вокруг километров на десять ни души.

– А чего это вы в такую глушь забрались?

– Иногда хочется побыть там, где не мельтешат перед глазами соседи. Что ни говори, а Германия перенаселена.

– Заелась ты, Сидорова! Киев вспомни! Пятнадцать квартир в подъезде. Слева пьянка, справа драка, сверху с балкона помойное ведро на твое белье вывернули, а на лестничной площадке прямо перед твоей квартирой наркоманы расположились - очередную дозу усваивают. Вспомнила? Стало стыдно перед подругой? Ладно, я пошла на разведку.

Лес был совсем не лесной. Парк какой-то. Вместо стихийных тропинок аккуратно проложенные дорожки. Муравейник в оградке из частокола. Под соснами плотно слежавшаяся хвоя. Чисто, как в палисаднике у хорошей хозяйки. Никаких признаков пребывания неорганизованных туристов - ни бутылок, ни пластиковых стаканов, ни смятых сигаретных пачек. Словно и не ходит никто в этот, с позволения сказать, лес. И я походила - походила и решила, что мне здесь скучно.

Перед домом уже буйствовали Райкины дочурки. Обе непременно хотели играть облезлым мишкой, хотя вокруг был разложен ассортимент не бедного магазина игрушек. Они тянули тряпичного медведя каждая в свою сторону и голосили при этом не хуже самодеятельного ансамбля народной песни. Увидев меня, они бросили мишку. Я поняла, что теперь они намереваются делить меня, и быстренько ретировалась в дом под Райкину защиту.

Райка с кем-то говорила по мобильному телефону. При моем появлении на пороге кухни она торопливо попрощалась, отложила трубку в сторону и сказала:

– Садись, поешь.

По голосу я поняла, что она чем-то расстроена, но расспрашивать ни о чем не стала. Если захочет, сама расскажет.

– Я, наверное, ограничусь мороженым.

– Как тебе окрестная природа?

– Слишком причесанная.

– А ты, конечно, тайгу здесь найти думала! Зря. В Европе все леса такие. Здесь даже грибы не растут.