Чтение онлайн

На прогулку по городу я успел пригласить и Веруню, которая сразу же приняла это мое приглашение. Моя будущая супруга не была коренной москвичкой, но и за короткое время проживания в этом городе, она сумела от всей души полюбить Москву и москвичей. Она, как верная подруга, была, в принципе, готова вместе со мной пройтись по улицам и проспектам этого великого города. Но бессонная ночи, наше неожиданное посещение храма Петра и Павла в Лефортово внесли большие изменения в эти наши предварительные планы на сегодня.

Сразу же после завтрака меня посетил Виктор Путилин и поведал мне грустную историю из нашей сегодняшней жизни. Он рассказал о том, что семья убитого мною спецназовца Святого по мановению руки командира ее мужа оказалась в ужасном положении.

По причине, непонятной всем бойцам группы, сразу же по возвращению его группы ликвидаторов на базу прапорщик Малашенко своем рапорте отчете написал о том, что выполнение боевого задания группы было сорвано по причине неудачных, не профессиональных действий пары спецназовцев Юшки и Святого! Руководство ФСБ РФ тут же принимает решение и в этой связи был подготовлен и подписан срочный и ничем не мотивированный приказ о срочном и о позорном увольнении Юшки из ФСБ РФ. Этому спецназовцу было отказано в получении пенсии госслужащего Российской Федерации, после увольнения из ФСБ ему было запрещено в дальнейшем работать или служить в организациях государственной службы. Словом, он был занесен в черный список чуть ли не изменников родины, а его старость необеспеченными и непредсказуемыми, повисло на волоске!

Разумеется, руководство ФСБ РФ по многим причинам не могло с семьей погибшего спецназовца Святого поступить таким же образом, как только что оно поступило с офицером спецназовцем по кличке Юшка! Семье погибшего Святого Российская Федерация выплатила единовременное пособие в одну тысячу американских долларов и предоставило бесплатный гроб для захоронения тела. Причем, похороны Святого должны были пройти по гражданскому ритуалу, а не военнослужащего, то есть без почетного караула и троекратного салюта боевыми патронами, а также без присутствия друзей по службе, которым было запрещено в день похорон покидать казарму., в которой служил

– Ты, понимаешь, Руслан! Командование части, в которой служил боевой офицер Святой уже передало письменную просьбу его вдове, в которой потребовало служебную квартиру освободить в недельный срок! Парень добросовестно служил своей родине, погиб на этой службе, а его командование тут же лишило государственной пенсии, служебной квартиры и никаких выплат на поддержании семьи!
– Рассказывал мне Виктор Путилин, а я в этот момент лежал на постели и, уткнувшись лицом в свои руки, тихо плакал.

– Виктор, давай учредим благотворительный фонд, скажем, в десять миллионов долларов. Его основной задачей поддержание людей, ставших жертвами несправедливости! Чуть позднее сам поеду к вдове, предложу ей помощь этого фонда в воспитании ее дочерей. Этот фонд приобретет ей квартиру и безвозмездно передаст ее в пользование.

– Только ты, Руслан, не должен с этой вдовой сам встречаться. Никто не знает, как она себя с тобой поведет, когда узнает, что это именно ты убил ее мужа. Пусть, твоя Вера станет делами твоего благотворительного фонда заниматься, и пусть она с вдовой встречается и с ней решает все вопросы по похоронам. Я надеюсь, что женщины быстро найдут общий язык даже и в таком скорбном деле! А помогать Вере назначь Клавдию, эта деваха очень умна и решительно настроенная женщина, она в миг наладит работу этого фонда! Заодно капитана Звонарева с этими женщинами пошли, может быть, ему удастся наладить контакт с сослуживцами Юшки и Святого!

Веруня и Клавдия в сопровождении Звонарева уже давно отправились к вдове Святого устанавливать с нею контакт, а я еще пару часочков подремал, затем поднялся на ноги и стал собираться на прогулку по Москве.

Прежде чем покинуть свои апартаменты, я немного покопался в покупках, сделанных Веруней еще позапрошлой ночью, у нее пока еще руки не дошли до того, чтобы их разобрать. Все эти пакетики, мешочки, чемоданчики с подарками и в большинстве своем с ненужными вещами так и продолжали стоять неразобранными в гардеробе. Среди этих покупок я однажды совершенно случайно наткнулся на пакет, как мне показалось, с демисезонной курткой мужского фасона. Тогда мне еще понравилось, что эта куртка имела капюшон, то есть в случае дождя мне не надо было бы искать еще и головного убора, словом, пошел дождь, натянул капюшон на голову, и любой дождь сразу же по боку!

Искать эту куртку мне долго не пришлось, она, как лежала, так и продолжала лежать в том же самом пакете, который я специально отложил немного в сторону. Чтобы долго не гадать, подходит или не подходит эта куртка мне, я ее сразу же натянул на свои плечи, а затем пару минут всматривался в свое отражение в зеркале. В принципе, эта куртка на мне смотрелась вполне прилично, она идеально подошла мне по своим размерам, а главное в этой куртке я почти ничем не выделался среди московского народа. Сегодня была суббота, а по воскресным дням всегда довольно-таки много москвичей появлялось на улицах своего города ради шопинга или просто прогуляться, или, как и я, прогуляться по его улицам и проспектам. Затем я проверил, в кобурах ли находятся мои верные "Desert Eagles", имеются ли к ним запасные обоймы, тоько после этого направился к выходу из апартаментов.

Уже проходя гостиничным коридором к лифтам, я нос в нос столкнулся с каким-то пожилым мужчиной, который был раза в два толще и на полголовы выше меня. Увидев меня в коридоре, мужчина вдруг разволновался почти до слез, он остановился посредине коридора и, вежливо склонив голову, у меня поинтересовался:

– Руслан Авдотьевич, очень рад вас снова увидеть после столь долгого периода времени вашего отсутствия! Почему же вы тогда мне, вашему лучшему московскому другу, заранее не прислали весточки о вашем возможном возвращении в Москву. Мы бы вас на перроне вокзала почетным караулом встретили бы!

От полной неожиданности встречи со стариком Мовсаром, который на сегодняшний день был одним из смотрящих по Москве я не знал, как себя вести и как мне реагировать на эту встречу. На всякий случай я чисто машинально рукой коснулся рукоятки одного из своих пистолетов. Ну, знаете, просто хотел проверить, на месте ли он находится, так как не понимал всей сути сложившейся ситуации. Не должен был старик Мовсар так лебезить перед авторитетом Катом, слишком уж высокую позицию он перед ним занимал!

– Вы что, Руслан Авдотьевич, меня совсем не помните и не узнаете? Да и правда, с нашей последней встречи прошло, наверное, не менее пяти лет! Но она получилась настолько интересной, отдельные из нее эпизоды сохранились в моей памяти. Ты мне тогда мне говорил о том, что ненадолго уезжаешь из Москвы, но обязательно в нее вернешься и вернешься другим человеком! Тогда я не совсем понял, что этими словами ты хотел мне сказать?! Но сейчас, глядя на тебя, могу сказать, что с возрастом люди обычно стареют, ты же помолодел, на тебя любо дорого посмотреть! Так что я искренне рад тебя снова приветствовать в нашей Москве!

Я стоял перед стариком Мовсаром и не совсем понимал, что же он хочет получить от меня. Вернуть назад общаковские деньги? Ведь, тогда он был среди тех, кто голосовал категорически против моего предложения превратить эти воровские деньги в инвестиции на год и только после года использовать их по прямому назначению, на поддержку зеков в тюрьмах и на поддержку семей тюремных арестантов. За год я обещал воровскому сходу в полтора раза приумножить этот воровской капитал. Для этих целей зарегистрировал в Москве и в Лондоне компанию "Русские Медведи". Деньги практически сразу же начали работать, в течение трех месяцев они прибавили в весе до пятнадцати миллионов долларов, а затем пуля-дура пробила мне голову