Чтение онлайн

Я не зря послал Малыша Хэрри на встречу с Рокко. Хотя семья Фаусти в основном не вмешивалась в дела, которые их не касались, если между семьями вспыхивали войны, или новые лидеры пытались заявить о себе, и возникало что-то подобное, они следили за ситуацией.

Посылая Хэрри, я отправлял Рокко сообщение: нет необходимости проверять меня снова. У меня все под контролем. У меня даже есть адвокат, который занимается тем, что разгребает за мной дела правового характера.

Шли многочисленные войны (или же только одна?), и никто не знал, кто их затевал. Все пять семей обвиняли друг друга. А в конце всего этого? Тупик. Поэтому все считали, что преступление совершил тот, кого они изначально винили во всех тяжких.

Мое чутье подсказывало мне, что кто-то специально затеял между ними ссору. Это был тот же, кто оказал мне «услугу», убив Кормика. И он рано или поздно придет ко мне за расплатой в виде некой услуги. И тот, кто убил Кормика, сделал это по вполне обоснованной причине: одолжения в этой жизни ценились очень высоко. И лучше бы держать их поближе к телу, чтобы при случае, когда понадобится «золотой билет» на свободу, быть готовым ими козырнуть.

Но тот, кто убил Кормика, был искусным стратегом. Он обставил все так, чтобы выглядело, будто я пришил Кормика. А это означало, что он решил втянуть меня в какое-то дерьмо. Человек должен убивать, когда должен, я же никогда не лишал жизни тех, кто этого не заслуживал, но тот, кто убил Кормика Грейди, объявил мне войну на своих условиях.

Малыш Хэрри прочистил горло, и я понял, что уставился на него. Я слегка подался вперед, положив руки на стол.

– Я доволен твоей работой.

— Стараюсь делать все возможное.

Он улыбнулся.

— Это точно.

Я кивнул.

— Но дело собственно вот в чем, малыш Хэрри. Мой старик всегда считал важным знакомиться с семьями тех, кто на него работал. Я поддерживаю эту традицию. Это переводит наши дела в личную плоскость. Ты же понимаешь.

— Понимаю, — кивнул он. — Но моя семья…

— Твои мама и папа сейчас проживают в Шотландии. А с ними живут два твоих брата. С ними познакомлюсь позже.

Я пренебрежительно махнул рукой.

— У тебя здесь живет брат.

— И сестра, — сказал он, кивая, прежде чем я успел закончить фразу.

— И сестра.

Я ухмыльнулся.

— Я бы хотел, чтобы ты договорился с ними о встрече. Мы можем приготовить ужин.

Малыш Хэрри сощурился, прежде чем поднять на меня глаза.

— Мой брат…

— В отъезде, — сказал я.

Малыш Хэрри на мгновение замолчал, прежде чем кивнуть.

— Что до моей сестры… — он сделал паузу. — В эти выходные она работает на ярмарке. Возможно, вам это даже понравится. Это средневековая шотландская ярмарка, проходящая в северной части штата Нью-Йорк. Кили -моя сестра - она свирепо обращается с луком и стрелами. Она собирается продемонстрировать, как на самом деле должна выглядеть стрельба из лука.

— Она сейчас там? — Мои слова вырывались медленно. — Это должно быть интересно.

Малыш Хэрри просиял.

— Да, она там… Трудно объяснить, насколько она точна. Кили действительно хороша, и ей это нравится, но она мечтает получить роль в пьесе на Бродвее.

— Великолепно.

— Мы могли бы встретиться на ярмарке.

Я протянул ему листок бумаги и ручку.

— Запиши всю необходимую информацию. Дату и время.

Он взял ручку и бумагу, записывая информацию, которая у меня уже была.

— Никогда не бывает слишком рано познакомиться с семьей, — сказал я. — Это позволит нам укрепить отношения. А этот бизнес? Он ориентирован на семейные ценности.

Малыш Хэрри посмотрел на меня и улыбнулся, затем пододвинул клочок бумаги ближе ко мне.

— Естественно.

Хороший мальчик.

— Пока ты не ушел.

Я открыл ящик своего стола, копаясь в нем. Когда я нашел то, что искал, я бросил это в Малыша Хэрри.

Он поймал ключи одной рукой.

— Как я уже сказал, я ценю вашу трудовую этику. Считай машину бонусом. Для своего возраста она очень неплохо урчит. «Додж Чарджер» 69-го года выпуска. Полностью восстановленный.

Он хотел вернуть мне ключи, но я поднял руку.

— Малыш Хэрри, если я принимаю решение, то считай, что оно уже принято. Если ты вернешь мне ключи, ты меня оскорбишь. Тогда у нас будут проблемы. Ты же не хочешь проблем со мной, не так ли?

— Нет.

Он прочистил горло. Затем поднял ключи вверх.

— Я ценю это, босс.

— Ты это заслужил. А теперь возвращайся к работе.

Я отпустил его взмахом руки.

— До встречи на ярмарке.

Рафф заявил, что ко мне посетитель, прежде чем я уехал на ярмарку.

Рокко Фаусти встал со своего места в приемной, поправляя дорогой костюм.

Он кивнул мне.

— Кэшел.

Никто не называл меня Кэшел, кроме членов моей семьи, так как предположительно это имя выбрала моя мать, но из уважения к Рокко и его семье я никогда его не поправлял.

Я протянул руку, и мы обменялись рукопожатием.

— Чем обязан?

Он оглядел меня с головы до ног.

— Я поймал тебя на выходе.

Рокко мог бы так сказать. На мне была обычная одежда, а не костюм, и всякий раз, когда встречались люди нашего круга, мы всегда надевали одежду, которая демонстрировала уважение к работе и к нам как к мужчинам. Это символизировало, что мы знаем свою ценность в мире, за жизнь в котором мы боролись изо всех сил.

Однако вместо того, чтобы обратить внимание на свою одежду, я пригласил Рокко в свой кабинет. Если внешне Фаусти и были чем-то похожи друг на друга, то только профессионализмом, но всякий раз, когда кто-то из них оказывался рядом, я чувствовал, как чувствительное место на шее — то самое, задев которое можно в одну секунду лишить жизни даже опасное животное, — вздрагивало от предупреждения.

Это возможно описать словами:

Они. Были. Не. Теми. Кого. Стоило. Наёбывать.

И точка.

— Прошу.

Рокко указал на дверь моего кабинета.

Они никогда не шли впереди, на шаг отставали. Не потому, что они тоже не считали себя вершиной пищевой цепочки. Все потому, что такие мужчины, как они, как я, знали ощущение этого жуткого покалывания.

Рокко принял из моих рук стакан отличного виски, а затем удобно устроился в кресле напротив меня.

— Расскажи-ка мне о своем «выпускном».