Чтение онлайн

– А главврачу говорили, что вам страшно?

– Конечно! А он только отмахивается. Единичный случай да единичный случай. Мол, убийца никакого отношения к персоналу не имеет. Это сторонний человек. И не касающиеся нас криминальные дела пациентов. Но…

Лидочка еще ниже склонилась над столом, демонстрируя свою грудь уже до бюстгальтера. И он разволновался. И тут же задался вопросом: она одинока или нет? Муж имеется? И вообще какие-либо отношения? Если он ее пригласит сейчас к себе…

– Но? – тряхнул он головой, прогоняя неожиданное наваждение.

– Но мы-то знаем, что это не так! Мы-то знаем, что убийца из наших.

Она тут же села ровно, грудь ее заняла привычное место под халатом. Николай сразу сделался серьезным.

– И кто из наших, по-вашему, мог убить девушку в гинекологии?

И не то чтобы это его страшно волновало. Особенно после ночного дежурства. Особенно после трех незапланированных операций. Он просто нес ответственность за своего пациента, которому неосмотрительно дал волю, а тот теперь температурил.

– Вы знаете, Лидочка?

– Знаю, только доказать не могу. А вот Вера… – Левая щека Лидочки раздулась от блинчика с начинкой, она принялась жевать, невнятно приговаривая: – Вера – моя напарница. Мы с ней всегда дежурим вместе. Она молодая, почти без опыта, потому завотделением и поставил нас вдвоем, ее как стажера. И мне в помощь. Она видела убийцу, Николай Фомич! Видела, знает его, но отказывается говорить с полицией.

– Почему? – Он доел котлеты, приступил к блинам со сметаной. – Что за обиды? Были приводы?

– Нет. Не в этом дело. Просто не хочет связываться. Чего-то опасается, а чего – я толком не поняла. Вот вы бы с ней поговорили, Николай Фомич. – Лидочкина грудь снова красиво расположилась на столе, взгляд сделался умоляющим. – Я не могу на нее давить. Она уже послала меня. Дважды! А вот вы…

– А что я? Я какое отношение имею к полиции? – изумился Николай, рассеянно находя блины со сметаной восхитительными, а Лидочкину грудь неприлично соблазнительной. – Кстати, вы замужем, Лида?

– Я? Нет. А при чем тут… – Она растерянно оглянулась, заморгала. – Я пока не хочу замуж.

– А парень у вас есть?

– Расстались недавно. А что?

Она вдруг рассердилась. Взмахнула столовыми приборами, и висевшее на вилке яблочко из начинки упало рядом с тарелкой Николая. Но Лида этого словно и не заметила.

– Считаете, что я от одиночества несу всякую пургу? Сейчас посоветуете мне заняться личной жизнью? Вместо того чтобы…

– Посоветую, Лида, – перебил он ее. – Посоветую вам заняться личной жизнью. Со мной!

Его мозг отказывался воспринимать серьезную информацию о полиции, убийствах, о Верочке, не желающей сотрудничать. Его мозг сигнализировал о том, что у него уже давно не было женщины. А очень соблазнительная женщина как раз сидела сейчас напротив. И она была одинока. И вот если она, как и он, с ночного дежурства и если она без тех самых скрипучих принципов, диктующих непременный конфетно-букетный период перед сексом, то он…

– Что?! – приоткрылся ее ротик, когда он выдал ей все то, о чем сейчас думал. – Вы предлагаете мне сейчас переспать? У вас дома?

– Да.

– То есть секс без обязательств?

– Да. Но с возможной перспективой. Обстановка покажет. Я дико вымотался, Лидочка. Информация, которую вы доносите до меня, очень ценная. Но я ее просто не воспринимаю на фоне вашей… – Он передумал упоминать грудь: – Красоты. Я вас хочу. У меня сто лет не было секса.

– И у меня, – нехотя призналась она и схватилась за стакан с чаем. – Но это не значит, что мы можем так вот запросто…

– Можем, Лида. Еще как можем.

Два часа спустя они отключились на его широкой кровати, не успев даже толком поговорить. Нет, о чем-то они болтали, но не о важной информации, утаиваемой Верочкой. Просто смеялись и подшучивали друг над другом.

– О серьезном после пробуждения. Хорошо? – спросил Николай прежде, чем отключиться.

– Хорошо, – не очень внятно ответила Лидочка. – Вере я написала, что вечером встречаемся в нашем с ней кафе. Поедешь?

– А как же…

Он пообещал, даже не поняв, куда и зачем должен поехать. Уснул.

А проснулся, как всякий нормальный мужик, от вкусных запахов с кухни. Тут же вспомнил, что у него в гостях Лидочка. И она, видимо, что-то готовит. И он с удовольствием сейчас это попробует.

– Чем так вкусно пахнет? – спросил он, заходя на кухню в одних трусах.

Лида была в джинсах и футболке, слава богу, в своей. Он не выносил, когда женщины после секса натягивали на себя мужские рубашки, футболки. Столбили территорию, как он считал. Редко у какой возникало желание просто приготовить пожрать.

– Спагетти под грибным соусом. Разбежаться в твоем холодильнике особенно не с чего. – Лидочка смутилась при виде его трусов. – Давай к столу. Вера перенесла встречу на час раньше. Да и мне домой пора. У меня кот некормленый.

– А мне с тобой можно?

– Куда? На встречу с Верой? Нужно!

– А на встречу с котом?

Она размышляла мгновение, кивнула согласно.

– Но он очень вредный. Если что не так, гадит в ботинки, – предупредила Лида, взялась за вилку с ножом. – Приятного аппетита, Николай Фомич…

Вера ждала их в кофейне в трех кварталах от их больницы. Худенькая девушка невысокого роста грызла ноготь большого пальца правой руки, когда они подошли к столику, который она для них для всех заняла. Лиде обрадовалась. С ним поздоровалась настороженно.

Он помог Лиде снять курточку, повесил их одежду на треногу рядом со столиком, заказал всем кофе. И сразу перешел к делу, как уселся.

– Что вы видели в ночь убийства в гинекологии, Вера? Вы видели кого-то ночью?

– Да. Видела. – Она неуверенно пожала плечами. – Но это не значит, что этот человек непременно убийца.

– Это уже не вам и не нам рассуждать. В этом пусть полиция разбирается.

– Не будет никакой полиции! – Она сердито глянула на Лиду. – Я же предупреждала тебя! Чего ты снова начинаешь! Дура я, что пооткровенничала с тобой!

– Так, стоп, – остановил он поток ее упреков взмахом ладони. – Дело серьезное. Вы не понимаете, что делаете? Сокрытие улик, информации – это преступление, которое преследуется по закону.

– Да что вы! – насмешливо отозвалась Вера. – Доказать придется, что я что-то знаю.