Чтение онлайн

Кто-то спросил у моего отца: «Как Вы относитесь к Пастернаку?..» А. А. ответил: «Я всегда относился к нему как к женщине — то обожал, то ненавидел, то восхищался, то презирал…»

Целый день был замотан: пресс-конференция, телевидение и т. д. Тонино удивительный человек — приехал с Лорой на один день из Рима специально нас встретить. Беспокоится, все контролирует, помогает. Вечером на автобусе едем в Турин, оттуда на поезде в Рим. Здесь солнце, горы, остатки снега. Еще катаются на лыжах.

Ильин (наш «Совэкспортфильм» в Риме) прогулял премьеру.

Приехали в Рим. Поезд удобный, удобные постели. Рим видели пока из окна такси. В одиннадцать за нами приедет автомобиль, чтобы везти нас к Тонино. Звонила Лора и сказала, что уже вышли две газеты со вчерашними интервью. Одна из них дала заголовок: «Знаменитый режиссер „Рублева“ будет снимать в Италии». Как посмотрят в Москве на такие заявления? Не будет ли скандала…

Вернулся в Москву из Италии — и сразу неприятности. Дома, в моей комнате, гости, накурено, гремит музыка, на столе вино, коньяк. В общем, мерзость.

Италия прекрасна, Рим мощен и мужествен. Чистый воздух (даже в городе), фабрик и заводов нет — они сосредоточены на окраине. На улицах цветут глицинии, сливы, иудино дерево. Удивительный свет. В мой день рождения Тонино со своим приятелем Франко возили меня в провинцию: Перуджа (чудесная площадь в центре), Пьенца (город, построенный одним архитектором единовременно в честь папы Пия V), Ассизи — город, в котором похоронен Франциск Ассизский. Двойной собор на двойном уровне — потрясающие фрески Джотто. Удивительный Монтепульчино. Пейзаж и старинные города на скалах — удивительны. Давно не испытывал такого сильного впечатления.

Виделся с Антониони, Рози, Феллини. У Рози с Тромбадори — коммунист, член парламента произнес громовую речь, где изобличал нас и объяснял расхождения ит. коммунистов с нашими.

А это — гостиница, где мы жили в Сант-Винсенте и где была пресс-конференция, после чего мы уехали на автобусе в Турин, а из Турина на поезде в Рим:

Итальянцы предложили выставить «Зеркало» на премию Донателло (Академия) и обещали ее дать. Наши отказались и предложили вместо «Зеркала» какой-то фильм Лотяну. В Риме все в недоумении.

NB. Придумали с Тонино сценарий, по-моему, замечательный:Конец света — II fine del mondo. Один человек в ожидании конца света заточил себя в собственном доме вместе со всей семьей. (Отец, мать, дочь и сын.) У нее рождается еще один сын. Отец религиозен. Проводят они взаперти около сорока лет. В конце концов полиция и скорая помощь увозят их, каким-то образом узнав об их существовании. Они в ужасном состоянии. Старший сын говорит отцу, что тот совершил преступление, скрывая от него в течение стольких лет настоящую жизнь. Когда их увозят, маленький говорит, оглядываясь вокруг: «Пап, это конец света?»

Вчера вечером звонил Тонино. Говорит, что все очень хотят помочь мне с «Путешествием по Италии». Сегодня попросил Ларису сказать Шкаликову, что я намереваюсь писать письмо Зимянину с жалобой по поводу «[Давида] Донателло».

Во время полемики по поводу сдачи «Сталкера» Павленок заметил: «Зачем употреблять слово „водка“? Оно слишком русское. Ведь водка — символ России».

Я: «Как это символ России? Бог с Вами, Борис Владимирович, что Вы говорите!»

< image l:href="#"/>

Ну и идиот! Да и вообще, весь уровень обсуждения — убрать «водку», «посошок на дорогу», «ордена несут» (как у нас!), «Весь этот мир им помочь не может» (а мы, страна развитого социализма?). Какой-то ужас.

«Голос Америки» якобы вещал, что американские врачи едут в СССР лечить Брежнева и берут с собой аппарат для исследования опухолей головного мозга. Боже мой! Что будет, когда он умрет? Что начнется? Куда пойдем? Одному Богу известно. И еще то известно, что лучше не будет, а только хуже.

Кажется, с фестивалями «Сталкеру» «не светит».

Все русские гении думали о том, что их величие не может идти от плоской, бессмысленной почвы, и называли свою страну Великой, а будущее мессианским. Они чувствовали, что они «глас народа», и не хотели быть «гласом вопиющего в пустыне», а хотели воплотить в себе суть если народа, то только Великого, и если страны, то только с великим будущим. Пушкин — скромнее других («Памятник», письма Чаадаеву, в которых говорил о предназначении России только как о буфере для Европы). И только потому, что гений Пушкина — гармоничен. Гений же Толстого, Достоевского, Гоголя — гений дискомфорта, дисгармонии, воплощенный в конфликте авторов с желаемым в их замысле. Достоевский не верил в Бога, но хотел. Нечем было верить. А писал о вере. Пушкин выше всех оттого, что не вкладывал в Россию абсолютного смысла.

Ермаш звонил в Комитет по печати и в «Искусство», чтобы не очень прижимали «Сопоставления». Может быть, это только для красного словца. Рассказать Ольге Сурковой.

Энн Реккор прислал рукопись Кросса для сценария. Правда, перед этим он переделал договор с 6 тыс. на 4 тыс… Попросить Ларису позвонить. Обидно. А я как-то не сообразил, что и прошлый сценарный договор должен был быть на основе современной эстонской прозы. Почему же вдруг срезать сумму договора? Не дело. Надо переиграть.

Может быть, есть смысл заняться эстонским сценарием — все-таки деньги. Ермаш настаивает на «Идиоте». Надо во что бы то ни стало делать в Италии «Путешествие».

Вечером, 15-го. Сегодня приходил Фридрих Г[оренштейн]. Через 2–3 года он (если уедет за границу, на что надеется) станет знаменитым.

Мама, Отец: вот в чем вопрос.

А что если поставить Кастанеду «Дона Хуана»?

А «Сталкер», кажется, получился самым лучшим из всех моих фильмов. Коля Ш[ишлин] и Станислав К[ондрашов], по-моему, не поняли. Наверное, не могут поверить в мою наглость и находятся в недоумении.

Ответить на телеграмму из Ташкента. Попросить Аркадия переделать финал.

Надо позвонить Сурковой насчет звонка Ермаша в Комитет по печати и «Искусство» по поводу «Сопоставлений».

Большое количество несчастных случаев после детских прививок: из-за недоброкачественных вакцин, из-за грязи. Даже врачи своим знакомым и близким не рекомендуют делать детские прививки.

Картина сдана, несмотря на усилия Бондарчука. Это касается комитетского обсуждения «Сталкера».

Опять Ольга приходит в десятом часу ночи! Ох, будет Лариса плакать горючими слезами, да будет поздно! Распустила она доченьку.