Массовка
Шрифт:
– Ты это зачем подкрадываешься? – недовольно спросил Артемий. Поднялся на ноги и начал было отряхиваться. Но сразу же подумал: заботиться о чистоте казенной робы глупо.
– Да я и не подкрадывался, – сказал парень. – Хотел посмотреть: чего ты там прячешь?
– А какое твое дело, что я прячу? – сердито спросил Артемий.
– Не кричи на меня, – жалобно сказал парень. – Чего все здесь на меня кричат?
– Наверное, есть за что, – сказал Артемий.
– Домой хочу, – неожиданно заявил парень.
– Да ты что? – с издевкой сказал Артемий. – Зачем? Здесь же так здорово. Такие интересные люди, одежда красивая – и все на халяву.
– Смеешься? – сказал парень. – Плохо здесь. Злые все. Сначала были хорошие, веселые – а теперь вдруг стали злые…
«А парень-то не в себе», – подумал Артемий. А тот продолжал бубнить, теребя мочку большого оттопыренного уха:
– Страшно очень: сначала люди как люди, а теперь – злые, страшные…
– А почему? – осторожно спросил Артемий. – Почему так случилось? Их мучают, этих людей?
Парень встал на четвереньки и ловко переполз через нары. Теперь он сидел на полу рядом с Артемием.
– Они сами друг друга мучают! – испуганно округлив глаза, сказал парень.
– А зачем? – так же округлив глаза, спросил Артемий. Он не столько передразнивал парня, сколько пытался подыграть ему.
– Не знаю, – сказал тот, обхватив руками колени. – Странно это. Все ехали в кино сниматься. Было весело. А потом нас решили не отпускать. И все разозлись. Только почему-то не на охранников, а друг на друга…
– Действительно, странно, – сказал Артемий. – А почему никто сбежать не хочет?
– Так ведь здесь денежки платят, – грустно сказал парень. – Очень даже хорошие денежки.
– И ты тоже из-за денег остаешься? – спросил Артемий.
– Нет. Просто боюсь, – признался парень.
– Как звать-то тебя?
– Глист.
– Что?!
– Так меня здесь называют. А тебя – Арт, я знаю. Тебя уже вся массовка знает – и то, что тебя урки били, и что Хозяин вызывал, и что Камин дружбу тебе предлагает. А я – просто Глист…
– Ладно, хм… Очень приятно, Глист.
Пожимать холодную липкую руку человека с таким прозвищем на самом деле было не очень-то приятно. Но Артемий умел бороться с предубеждениями. Без этого в жизни никак…
Глист вдруг метнулся к Артемию – и тот инстинктивно сжался.
– А я знаю, кто хочет сбежать! – прямо в ухо шепнул Глист. Дыхание у него было отвратительное. – Вон те, трое… Я слышал, они шептались. Видишь? Только не говори, что это я рассказал…
– Спасибо, Глист, – тихо сказал Артемий, отстраняя того подальше. – Иди, иди…
Глист быстро отполз в сторону. Только, наверное, повинуясь не словам, а увидев того, кто, приблизившись, уселся напротив на корточки. Новый «посетитель» был коротко стрижен, небрит, во рту держал замызганную спичку.
– Налоговая, – с ленцой сказал он.
– Арт, – сказал Артемий, протягивая руку.
– Шутим, – понимающе кивнул небритый. – Это хорошо. Бабки гони.
– Не понимаю, о чем вы, – честно сказал Артемий.
– Ага, ты ж новенький, – сказал небритый перекидывая языком спичку из уголка рта в другой. – А то я уж хотел понимание наладить… Тогда прощаю, на первый раз.
– Так чего надо? – спросил Артемий.
– Завтра, после получки, отдашь двойной налог. Я запомню.
– Какой еще налог?
– Ты, что, дурак? Деньги за работу в массовке получаешь? Значит, надо налоги платить. Чтобы спать спокойно…
– Ах, вот оно что…– понял Артемий. – Вы – местный рэкет?
Небритый фыркнул:
– Это у государства беспредел и рэкет. А у нас все четко и справедливо: получил – заплатил. И свободен, радуйся жизни.
– А если не заплатил?
– Тогда нечему будет радоваться.
– Спасибо, что предупредили. Вы, наверное, на Камина работаете?
Небритый смачно сплюнул:
– Этот лох тоже платит. Все, хватит базарить. Завтра платишь двойной налог.
– А обычный – это сколько?
– Половина. Значит, завтра отдашь всю получку.
– Ну, куда ж деваться…. – сказал Артемий. Уже в спину уходящему «налоговику».
Забавно: тут все сложнее, чем казалось поначалу. Даже у бандитов такая иерархия, что лишь черт разберется. Интересно, они и в ТОМ мире – уголовники? Или это массовка так на людей действует?
Артемий усмехнулся: не прошло и суток, как нормальный мир он стал называть «тем». Что же такое происходит, а?
Одно ясно: не сидеть надо, в ожидании «получки», а срочно делать ноги… Где эти смельчаки, о которых говорил Глист? Главное, не спугнуть их…
Артемий неторопливо прошелся по проходу между нарами.
Здесь продолжалась своя странная жизнь. Нельзя сказать, чтобы статисты в полосатой одежде выглядели слишком уж несчастными. Они разговаривали, смеялись, играли в карты, читали газеты, штопали полосатые штаны – словно не были вырваны из реальности сумасшедшей волей богатого безумца.
Словно не маячила за решеткой окошка труба крематория, и не копали день за ним зловещий котлован.
И кто же после этого безумнее – Хозяин или эти идиоты-статисты?!
Артемий свернул в закуток, напоминающий купе плацкартного вагона. Его встретили три пары настороженных глаз.
– Привет, сказал Артемий, – меня Арт зовут.
– Здорово, – настороженно, но вполне дружелюбно сказал старший из троицы. – Роман. А это – Леша и Макс.
– То есть, у вас нет этих… погонял?
– Мы люди, а не скоты. Нам кликухи не нужны.
– Это хорошо, – тихо сказал Артемий. – Я тоже не хочу быть скотом. Слышал я, что вы собираетесь… того…
– Чего? – деревянным голосом спросил Роман.
– Ну, это… за «колючку»…
– Ребята, чего это он? – невинно поинтересовался Леша.
– Ну, сбежать… – растерянно сказал Артемий.
– Я не знаю, о чем он, – произнес Роман. – Приятель, что ты хочешь этим сказать? Вы что-нибудь понимаете, а?
– Я понимаю, – зло сказал здоровяк Макс, и даже под робой было видно, как дрогнули мышцы. – Он провокатор. Я видел, как его урки обхаживали!