Чтение онлайн

— Конечно, — пробормотал я. — Когда у господина тяжёлые времена, первыми худеют крестьяне.

Мужики сделали вид, что не услышали. Я вздохнул и обратился к ближайшему гвардейцу.

— Выделите им еды на три дня.

Крестьяне аж побледнели, а потом начали благодарить так, будто я подарил им по золотому руднику. Один даже попытался опуститься на колени, но я жестом остановил его.

— Не надо. Просто заберите еду и идите.

Они снова поклонились и отошли.

Я пошёл к площади, сел на лавочку и задумался.

В принципе, я мог бы дать еды хоть на всю их деревню. У нас запасов сейчас хватало. Не то чтобы прям изобилие, особенно с учётом того, что на моей шее внезапно повисло почти две сотни бывших разбойников. Уже появились если не проблемы, но напряги. Особенно по мясу.

Такими темпами скоро весь лес придётся выкосить. Хотя, надо признать, зверьё там почему-то не кончалось.

Но меня больше удивляло другое.

Как можно дойти до состояния, когда два мужика идут пешком девять часов, чтобы просить еды?

Хотя ладно. Я не местный. Тут, возможно, это вполне рабочая стратегия выживания.

Рядом появился Степан.

— Господин, я могу чем-то помочь?

— Можешь объяснить, почему крестьяне из соседней деревни выглядят так, будто их месяц кормили одной надеждой?

Староста сел рядом и тяжело вздохнул.

— Земли плодородной мало в наших краях, — сказал он наконец. — Вы же понимаете. Где она есть, за неё держатся. А если место хорошее, там и война может начаться.

— Ты же понимаешь, что за нашу однажды тоже начнётся война?

— Прекрасно понимаю, — спокойно ответил Степан. — Поэтому люди и работают. Стены делают, склады наполняют. Не только я это понимаю.

Да, он был прав. Это понимали все.

Вечером, когда я вернулся в имение, то созвал совещание.

Пришли Макар, Степан, Ильдар, Прохор, Леший, Герман, Тихон и ещё несколько людей, которые сейчас отвечали за важные дела. Я развернул на столе карту и ткнул пальцем в пустое место.

— Смотрите, я вот что-то не могу понять. Откуда там деревня взялась, если у меня на карте её нет? А там, оказывается, есть какая-то деревня. Девять часов ходу, шестьдесят домов. Кто-нибудь знает?

Люди переглянулись.

Леший почесал гладко выбритый подбородок и ответил первым:

— Деревни нередко новые возникают, господин, а старые пропадают. Я вот слышал об одной — богатая была, человек двести жило. Её разбойники полностью разграбили. Через год на карте деревня есть, а на месте только руины да кости.

— Весело, — хмыкнул я.

— Как уж есть, — пожал плечами он. — Новые селения тоже постоянно появляются. Люди бегут от чего-то, селятся в новых местах. Из городов иногда целыми семьями выгоняют, если перенаселение. Ну, или за проступки какие-то. Могут три семьи уйти, могут пять, десять. Обоснуются, поставят дома. А где деревня, там нужна защита. Значит, идут кому-то под крыло.

— Или кто-то сам крыло приносит, — хмуро добавил Прохор. — Бывает, какой-нибудь влиятельный сынок в городе накосячит, его вежливо просят побыть за стенами какое-то время. Берёт такой охламон отцовские деньги, покупает рабов, подбивает таких же дурней и селится в лесу. Начинает играть в войнушку, типа он крутой лесной аристократ.

— Вот-вот, — кивнул Леший. — На востоке, говорят, много деревень под властью Мирнограда. Люди пищу для города добывают, ремеслом занимаются. Из города туда часто ссылают. Но обычно оставляют людей типа свободными. Свободный человек больше работает.

— Всё верно говорят, господин, — добавил Макар. — Новые деревни появляются, старые исчезают. Никаких карт не напасёшься.

— Отлично, — сказал я. — Просто замечательно. Значит, у меня карта не карта, а художественное произведение на тему «примерно где-то что-то есть». Ладно. Давайте вспоминайте, какие деревни знаете, где они находятся, кто кому подчиняется, где дорога, где болото, где лучше не ходить. Хочу иметь более-менее актуальную картину.

Люди зашевелились. Кто-то подошёл ближе, кто-то начал спорить, где именно находится старый мост, которого, возможно, уже двадцать лет как нет.

Я дал им немного времени, потом сказал:

— И ещё. С этого момента в моём графстве действует новая политика. Если люди хотят у нас жить — они могут жить. Поэтому аккуратно намекните где можете, что мы принимаем людей.

Степан нахмурился.

— Господин, мы ещё с этими разбойниками толком не разобрались.

— Насчёт этого не переживай. С ними Леший справится.

Леший замер.

— Я?

— Ты.

— Ну да, конечно, справлюсь! — тут же взял себя в руки он.

Выглядел он при этом так, будто ему одновременно дали мешок золота и поставили нож к горлу.

Леший прекрасно понимал: чем полезнее будет, тем крепче его положение в моём маленьком, активно растущем безумии под названием «графство». И косячить ему теперь нельзя.

На следующее утро меня разбудили слишком рано.

Опять…

После моего разрешения в комнату влетел гвардеец, бледный и взъерошенный.

— Господин!

— Если это не пожар, нападение или жуки, то я кого-нибудь убью, — пробормотал я, садясь.

— На окраине владений… Там произошла какая-то полнейшая… я даже не знаю…

— Что?

— Полная хрень, господин. Лучше вам самому посмотреть!

— А конкретнее?

Гвардеец ответил. Я подумал что мне послышалось и переспросил:

— Жуки что сделали?

Гвардеец стоял в дверях и выглядел так, будто сам до конца не верил в то, что говорит.

— Вышли на поверхность, господин. И… строят себе дома.

Я несколько секунд молчал, потом медленно потёр лицо ладонями.

— Конечно. Почему бы жукам не строить себе дома. Мы строим, и они строят. Нормально.

— Правда? — с надеждой спросил гвардеец.

— Нет. Передай Ильдару и Герману, пусть готовят людей. Спецотряд в полном составе.

— Есть! — ответил парень и выбежал из комнаты.

Через десять минут во дворе уже началась суета. Катарина появилась сама. В плаще, с сумкой через плечо и выражением лица «даже не пытайся оставить меня здесь».

— Я еду, — сказала она.

— Я заметил. Но если тебя сожрут, я буду недоволен.

— Постараюсь не портить тебе настроение, — улыбнулась ведьма.