Мастер Марионеток строит Империю
Шрифт:
Я начал ходить по складу. Туда-сюда. Кусака следил за мной взглядом, вертя головой.
— В моё время, — заговорил я, — всё было просто. Ты залез в чужой дом, ты принял последствия. Тебя убили? Твоя вина. Не надо было лезть.
— Это было две тысячи лет назад! Сейчас есть суды, тюрьмы, исправительные учреждения…
— Хреново они работают! — я остановился. — Если бы они работали, зачем мне ставить ловушки?! Я ставлю их потому, что стража не успеет! Суд не накажет! Вор выйдет через год и придёт снова!
Арли открыла рот. Закрыла.
— Ладно, — признала она. — Система не идеальна. Но это не повод превращать свой дом в мясорубку!
— Почему?! Мой дом, как хочу, так и обустраиваю. Может быть, мне уютнее в мясорубке, — я хмыкнул. — Засыпается легче, сон крепче.
— Хозяин… — она замялась. — Но ты же не хочешь быть таким, как они? Убийцей?
Я посмотрел на неё долгим взглядом. И вздохнул.
— Арли. Я убил больше людей, орков, эльфов, демонов и прочая, прочая… больше, чем ты можешь сосчитать. На войне. В Бездне. До Бездны. Меня с раннего детства учили сражаться и использовать магию в бою. А в первый раз я увидел смерть человека в пять лет. Это как раз был вор, забравшийся в наш дом и заглянувший в детскую. Мой отец успел вовремя и снес ему заклинанием голову.
В памяти невольно прокрутились те далекие воспоминания, неожиданно яркие и четкие. Тот момент я запомнил на удивление хорошо. Запомнил брызги крови, попавшие мне, мелкому сопляку, прямо в лицо. Запомнил человеческое, обезглавленное тело, рухнувшее на пол. Кто знает, что бы тогда случилось, если бы отец не успел вовремя?
И вот теперь я слышу какое-то блеяние про «гуманизм».
— В общем, — я подвел итог. — Ещё один вор? Мне честно говоря, плевать.
— Хозяин…
— Жизнь ребёнка — бесценна. — Я кивнул. — Жизнь мастера, который что-то создаёт — важна. Жизнь целителя, который спасает других тоже важна.
Я сделал паузу.
— Но жизнь идиота, который решил украсть мои кристаллы? Она имеет отрицательную величину. Он — паразит. Он берёт, ничего не давая взамен. Мир станет лучше без него.
Арли молчала. Смотрела на меня широко раскрытыми глазами.
— Твои взгляды устарели на две тысячи лет, — прошептала она наконец.
— Они всё ещё лучше лицемерия, которое предлагает этот новый мир.
Она вздохнула и потёрла виски.
— Ладно. Допустим, ты прав. Допустим, вор заслуживает смерти. Но есть проблема.
— Какая?
— Тебя посадят, хозяин. И тогда некому будет делать собачек. И участвовать в тендере. И зарабатывать сто тысяч золотых.
Я скривился, словно проглотил лимон. Уже понял, куда она клонит.
— Даже если тебе плевать на «гуманизм» и «священность жизни», хозяин… тебе не плевать на свои планы. Верно?
Да, она была права. Какой смысл защищать мастерскую, если из-за этой защиты я потеряю всё остальное?
— Ну тут не поспоришь, — неохотно процедил я сквозь зубы. — Пока я слаб, придется играть по правилам этого безумного мира.
Арли облегчённо выдохнула.
— Предлагаю нелетальные ловушки! Такие, которые обездвиживают, но не убивают!
— Например?
— «Липкая Паутина»! Мгновенное обездвиживание. Вор влезает и застревает как муха в смоле. Лежит и ждёт, пока стража приедет.
Я поморщился.
— Скучно.
— «Руна Паралича»! Болезненно, но не смертельно. Все мышцы сводит судорогой. Вор падает и корчится, пока действует заклинание.
— Уже лучше.
— «Сеть Ночного Кошмара»! Вызывает галлюцинации. Вор видит своих худших страхов и в панике пытается убежать. Прямо в объятия стражи!
Я задумался.
— А если у него слабое сердце? И он умрёт от страха?
— Э… тогда это естественные причины. Технически…
— Технически я всё равно виноват?
— Скорее всего. Но доказать сложнее.
Я вздохнул. Посмотрел на незаконченные руны на полу.
— Ладно. Перенастраиваю.
Следующий час я провёл, переделывая ловушки. Вместо «Кольца Испепеления» поставил «Липкую Паутину». Прозрачная, почти невидимая сеть из магических нитей. Шагнёшь… и прилипнешь намертво.
Вместо «Шипов Потрошителя» тускло мерцала «Руна Паралича». Болезненная, да. Очень болезненная. Но не смертельная. Технически.
Вместо «Удушающей Петли» закрепил на потолке «Сеть Захвата». Падает сверху, опутывает, обездвиживает. Вырваться невозможно.
Арли наблюдала за работой, периодически комментируя.
— Вот эту руну чуть левее… Нет, слишком левее… Вот так… Идеально!
Наконец я закончил последний контур. Выпрямился, отряхивая меловую пыль с рук.
— Готово, — объявил я. — Теперь любой вор, который сюда полезет, будет лежать и гадить под себя, пока стража не приедет. Это достаточно гуманно? Или меня всё равно посадят за загрязнение озонового слоя?
Арли проигнорировала сарказм.
— Вполне гуманно! По крайней мере, тебя не посадят. И никакой нервотрепки в суде!
— Утешает.
— И вор получит по заслугам! Просто… менее радикально.
— Менее эффективно.
— Зато легально!
Я хмыкнул и двинулся к выходу из склада. Арли летела следом, продолжая просвещать меня на тему современных законов и прочего цирка.
И тут сверху донёсся крик:
— КАРРРР!!!
Резкое и пронзительное карканье, сигнал тревоги. Кара засекла чужаков и предупреждала нас.
Мы с Арли переглянулись.
— Кажется, у нас первые посетители, — я стряхнул остатки мела с рук.
— КАРРРР!!! — повторила Кара. Настойчивее.
— Хозяин, это плохой знак?
— Зависит от того, кто пришёл.
Я направился к главному залу, на ходу подключаясь Нитями к автоматонам.
— Врата-1, Врата-2, боевой режим.
— Принято, хозяин Маркус, — синхронный ответ.
Кусака потрусил следом, уже переключившись в режим охраны. Глаза горели оранжевым.
— Надеюсь, это не из налоговой, — пробормотала Арли.
— Надеюсь, это не от князя Карла, — ответил я.
— А что хуже?
Я задумался.
— Сложный вопрос. Но на всякий случай отлуплю всех. Может быть некоторые даже выживут.
— Хозяин…
Глава 24
Мы просто… поставим его перед фактом
Я вышел во двор, готовый к чему угодно. Хоть к наёмникам князя Карла, хоть к инспекторам из налоговой. Да даже к очередной твари из Бездны или к апокалипсису, наконец. После всего, что случилось за последнюю неделю, я бы не удивился.