Чтение онлайн

— Настоящее состояние, если подумать, — заметила она. — И отряды там совсем не последние, это видно. Очередное подтверждение богатства Великих домов.

— А то, что они доставили сюда столько материалов и построили укреплённый форт, не показывает этого? — мы спустились с возвышения и пошли по удобной и широкой дороге, явно обустроенной под нужды караванов.

Приблизившись к главным воротам, чьи створки сейчас были закрыты, мы остановились. Ва’йан, как обычно пристроился у меня в рюкзаке, прячась от любопытных взглядов. Места там было немного, и фамильяр не испытывал восторгов от сидения там.

— Поднять руки с браслетами, замереть! — нас остановили почти у самого входа. Над вратами появились сразу четыре Изменённых.

На этот раз облачены они были в более лёгкие варианты боевой брони. «Кирасы» и «Рубежи». Правда, с какими-то непонятными мне модификациями. К слову, у Рэм как раз была «Кираса», и она утверждала, что для Изменённого боевого типа с упором на скорость это почти идеальный вариант.

Что же до «Рубежа», то, если мне не изменяет память Антона, главным преимуществом этой брони были модули маскировки и крайне удачно получившийся экзоскелет ног. Иными словами, это боевая броня разведчика и диверсанта. Ну а стоимость этого комплекта была даже выше, чем у большинства тяжёлых вариантов брони.

Мы подняли руки, демонстрируя свои браслеты — мой белый, оранжевый — Рэм. Надо бы после этого рейда уже подать прошение на смену браслета на зелёный — требования по пятнадцати спускам я выполнил, а вопросы к цвету есть.

Вон, как на меня уставились наёмники. Чувствую их удивление, даже несмотря на то, что лица скрыты за полными шлемами. Ещё бы, по сути, новичок оказался на четвёртом ярусе в компании с наёмницей, у которой, судя по браслету, больше полусотни спусков (и это минимум, оранжевый браслет — это до ста двадцати рейдов).

— Всё в порядке, проходите! — после паузы в пару секунд калитка в огромных вратах открылась, пропуская нас внутрь форта и, по совместительству, перевалочного пункта.

Внутри нас встретил один из наёмников, спустившийся с ворот.

— Раз вы в первый раз тут, сразу обозначу правила — не бузить, не устраивать драк, не наглеть, хозяев уважать, слушать охрану. Если что-то из этого нарушите — выкинем отсюда, и больше сюда попасть не сможете. За попытку кражи или проникновения на склады Арзов — смерть. Предупреждаем сразу. Даже разбираться не станем. Всё понятно?

— Предельно, — ответил я ему. Стоящая рядом Рэм кивнула, снимая свой шлем и тут же привлекая всеобщее внимание своими рыжими волосами.

— Кхм, — немного замявшись, продолжил говорить мужчина. — Так вот. Поспать можно в гостином доме в северной части лагеря, там вывеска с нарисованной кроватью, не ошибётесь. Простовато, но зато в безопасности. За вещи можете не беспокоиться, у нас краж тут нет. Большинство Искателей отдыхают в местном кабаке, там же можно сносно поесть, но цены кусаются, сразу предупрежу. Администрация форта находится в центральном здании, такое трёхэтажное здание, не пропустите. Но рекомендую отвлекать Арзов только в крайнем случае, они не очень любят, когда Искатели им мешают работать. В северной части форта находятся склады, выглядят, как вытянутые ангары. Очень не рекомендую шляться рядом с ними. Наши сильно не любят этого.

— Есть вопрос. Мы разыскиваем стаи скальников. Вы видели их последнее время? Может, знаете, где они гнездятся, или знаете, у кого можно спросить?

— Я не справочное бюро, — мрачно ответил на это мужчина, но глянув на Рэм, смягчился. — Попробуй поспрашивать у своих коллег — Искателей в кабаке. Поблизости от базы скальников давно не видели, а на всё остальное мне плевать.

— Спасибо за объяснения, — поблагодарил я его, когда стало очевидно, что на этом перечисление местных правил закончилось.

Наёмник лишь мотнул головой, принимая благодарность, и направился обратно к своему посту. Ну а мы двинули к кабаку.

Сам кабак представлял собой своеобразное зрелище. Эдакая каменная коробка с двумя этажами. Внутри было большое пространство с множеством столиков, а в дальней части был установлен длинный обеденный стол с лежащей на нём в специальных углублениях едой. Накладывай, чего хочешь, только платить не забывай. Для этого слева сидел важного вида мужчина, принимающий оплату. Было тут и горячительное, но ничего серьёзного — разбавленное вино. Собственно, почти все присутствующие тут Искатели и наёмники пили именно его, не беря себе еды.

Ну и стоило мне только взглянуть на местные цены, как становилось понятно, что они даже не кусаются, а способны сожрать меня и Рэм одним махом и даже не подавится. Еда была бесплатной для всех, кто служил Арзов, а вот пришлым нужно было платить.

— Вот что, Антон, — сказала вдруг остановившаяся рядом Рэм. — Понимаю, что ты босс и всё такое, но давай сбором информации займусь я. А то с этой белой побрякушкой тебя тут никто серьёзно не воспримет. Вот честно, не хочу застрять тут на несколько недель, пока ты всем не внушишь, какой ты сильный и важный.

— Сарказм убавь, — сухо ответил ей, но понимая, что в чём-то Рэм права.

Меня будут отговаривать, выспрашивать, как я сюда добрался, предлагать вернуться, смеяться, шутить и прочие прелести не самого равного общества Искателей. Так что решил согласиться:

— Но, по существу я понимаю, о чём ты пытаешься сказать. Действуй. Я посижу за вон тем столиком.

Против меня, стоит признать, играл ещё и возраст. Двадцатилетний пацан (а в том, что большинство битых жизнью Искателей именно так меня и будут воспринимать, я нисколько не сомневался) хочет охотиться на скальников, считающихся главной опасностью четвёртого яруса.

Говорить ему, где те обитают, — всё равно что отправить на смерть. Ну и так далее, и тому подобное. Всё это проходил Антон, будучи слабым, не способным выжить нигде, кроме первого яруса. Да и там умудрился лишь чудом выжить, благодаря чем я и оказался у него в теле.

Присев за свободный столик, я поставил рюкзак на соседний стул так, чтобы Ва’йану было видно весь зал. Краем глаза я отметил, как Рэм подсаживается к какой-то небольшой компании Искателей, уже держа в руках кружку с разбавленным вином и с улыбкой о чём-то с ними переговаривается. Секунда, и над столиком разносится смех, и девушка без всякого смущения присоединяется к нему.

Стоило признать, она умела легко и непринуждённо держать на лице какую угодно маску, искусно скрывая свои эмоции. Если бы только наш контракт не помогал чувствовать её настроение, я бы и сам мог быть обманут её поведением и словами.

Как минимум, было очевидно, что девушка ничего не забыла и не простила. Я говорю про смерти её товарищей. Ненависть вперемешку с яростью из неё давно ушла, сменившись холодным желанием в будущем обязательно отомстить. И пока это не было какой-то проблемой.