Чтение онлайн

— Этого и не требуется, — процедила напарница. — Тебя призвали ради иной цели. Но если поправится Злата… если не придумаю, как тебя вознаградить… ты будешь владеть всем, что у нас есть, включая нас с нею. А если ещё и матушка…

Я только покачал головой, а Алина уже осеклась.

— Состояние твоей досточтимой родительницы даже моя нынешняя медицина не умеет исправлять окончательно и бесповоротно. В наших силах дать ей второй дыхание и энергии для полноценной жизни. Я могу поставить её на ноги, чтоб она в свои… (сколько ей лет? Выглядит на тридцать-сорок, очень красивая) годы могла дать фору твоим сверстницам. И коня на скаку остановит, и горящую избу по брёвнышкам раскатает. Но это всё симптоматически и не навсегда. Прекратил ежедневный приём препаратов — и через несколько дней всё вернётся на круги своя. Что же до тебя и Златы… осади коней, моя дорогая.

Понимаю, что разноглазка на эмоциях и уже грезит полным завтрашним выздоровлением сестры, но так можно и дров наломать.

— Лечение твоей ненаглядной сестрёнки — дело не нескольких дней. А ты уже собираешься всучить мне всё, чем владеешь, и сестру в придачу, даже не спросив её саму, будто бы она уже поправилась! Если тебя это осадит от необдуманных растрат казённого и семейного имущества, то эти три упаковки препаратов обошлись мне всего в пятнадцать тысяч. В переводе на ваши деньги — около трёхсот рублей. Не думаю, что вы готовы променять всё, что у вас есть, на эту сумму.

— Здоровье Златы превыше всего, — на глазах соратницы опять начинало делаться мокро. — На него за десять лет потрачены десятки тысяч… Если твои снадобья помогут… Им цены не будет! И ты сказал, что лечение продлится годы. Триста рублей? В год это уже больше трёх с половиной тысяч!

— И всё же, это куда дешевле, чем ты собираешься мне впихнуть, — напомнил я. — Пойми, я не против принять благодарность. Доброе слово и кошке приятно. Но сейчас ты в точности повторяешь ошибку Морозовых. Ты буквально пытаешься продать мне свою сестру!

— Она уже твоя! — всхлипнула Алина. — Как и я…!

Резко шагнув в мою сторону, полторашка уткнулась мордочкой мне в грудь и крепко прижалась.

Вот, и как прикажете реагировать на такое? Попросить подписать дарственную? Или сразу ошейники на них надеть?

Хм.

Кстати.

Насчёт ошейников, может быть, и перебор, но… допустим, какая-нибудь брошка, колье или кольца… надо подумать. Всё равно скоро должны приехать (если уже не приехали) шмотки, которые выбрала себе разноглазка.

* * *

За молодыми людьми закрылась дверь, их удаляющиеся шаги уже не слышны в коридоре, а в рабочем кабинете главы семейства всё ещё висела тишина.

Чета Бериславских молча созерцала дары (а иначе это было и не назвать), что принёс спутник их старшей дочери, и буквально не находила, что сказать. И отец, и мать были настолько ошарашены в положительном смысле слова, что ещё минуту после ухода детей сидели, не в силах вымолвить не слова.

— Мне кажется, дорогой… — подала голос Яна. — Или наша семья спасена? После стольких лет поражений и неурядиц… после всего того, что нам выпало на долю… Я сплю или мне мерещится от отчаяния? Излечение младшей дочери… обретение Силы старшей… дары, сулящие исцеления нашим болезням и хворям… Или это лишь мне кажется?

— Не тебе одной, — отозвался Святогор. — Этот наёмный ратник… право слово, когда Алина сказала, что с Бериславом призвали из иного мира помощь, я думал, что они с предком на пару переутомились. Магия Путей… Вот уж не думал, что Великому Архимагу это удастся… И тут мы не просто видим воочию результаты их трудов. Призванный сам по зову сердца и доброте душевной предложил помощь своего мира, видя, что нам не в силах помочь наш…

Яна начала загибать пальцы на руке.

— С его появлением Алина обрела Силу. Уже чудо, хоть и не полностью исключающее само себя. Были прецеденты. С её же слов, он спас сначала девочек Морозовых, а после помог отразить нападение на их дом, вопреки молениям хозяев. Увидев пребывающую в блаженстве Злату, за какой-то час сделал то, что никто не мог уже многие годы. И вместо того, чтобы выставить счёт, одарил страждущих…

Супруга главы семейства вымученно улыбнулась.

— Знаешь, Святогор… Они с Алиной неплохо смотрятся вместе.

— Я не одобряю ремесла этого Мастерова, — напомнил он. — Наёмные гриди — не те, за кого я хотел бы отдавать своих дочерей. Но не могу не признать, что всё это…

Мужчина обвёл взглядом разложенные на столе предметы.

— … заставляет задуматься. Я понимаю, к чему ты клонишь. Едва на горизонте появилась возможность исключить отказ от Златы, как ты тут же порываешься устроить будущее Алины.

— Девочка уже сама всё устроила, — с озорной искоркой во взгляде напомнила жена. — Я с ней, конечно, поговорю на тему развратного блуда до свадьбы. Но если она с Бериславом правы, и именно союз с Мастеровым одарил её Силой… Согласись: и без того крепкие позиции рода Бериславских стали ещё прочнее, раз старшая наследница семьи стала одарённой. На некоторые детали можно закрыть глаза.

— Бесспорно, — твёрдым голосом возразил муж. — Я не могу лукавить, будто не рад, что старшая дочь обрела Силу, в то время как младшая может избавиться от своего блаженства. Проповеди же Алине можешь оставить для кого-нибудь другого. Если припомнишь нашу бурную молодость… мы с тобой и сами далеко не безгрешны. Но видеть своим зятем наёмного дружинника и знать, что в любой день дочь можешь овдоветь молодой… Мне тяжело принять это.

Яна повела бровью.

— Ты был готов отказаться от Златы и отдать её в дом милосердия, но тебя заботит долголетие Мастерова, который ещё даже не принят в род?

— Я не о нём пекусь, — буркнул Святогор. — Безусловно, Александр Александрович показывает себя в невероятно выгодном свете. Такому человеку, как он, желаю долгое лето. Но представь, что будет с Алиной, случись ему сложить голову? А с его ремеслом это лишь вопрос времени. Я уже вижу, что между ними что-то большее, чем служебные нити и мимолётное влечение.

* * *

По возвращению в рабочий кабинет родителей Алина максимально постаралась сделать вид, будто не плакалась мне в жилетку, а просто выходила утрясти ряд рабочих моментов.

Я же никаких видов делать не старался, лишь, пропустив вперёд себя девушку, прикрыл за собой дверь помещения.

Глава семейства подождал, покуда мы с девушкой займём свои места, и продолжил с того места, где остановились:

— Признаться, Александр Александрович, вы умеете поражать. Пока что исключительно в самом положительном ключе сего изречения. Пока что, пребывания в изрядной растерянности от услышанного, мы не можем подобрать подходящих слов… потому пока я от имени всей семьи выражаю вам самую искреннюю благодарность за то, что вошли в наше положение и оказали посильную помощь.