Чтение онлайн

Но отдельной строкой с пометкой стояла позиция воина. Осознавая, что враг с куда большей охотой предложит ему несоизмеримо большую цену за его услуги, ратник остался верен… даже не присяге. Он её не принимал. Но настаивал на подписании обязующего документа, под которым был готов поставить своё имя. А раз он собирался взвалить на себя ярмо… Кое о чём это да говорит.

А ещё говорит об этом Берислав. Древний Архимаг Путей изумительно разбирается в людях. Его уже несколько десятков лет просят занять пост руководителя Тайной Канцелярии или трон: но он открещивается как от короны, так и от погон. Для Великого Архимага Путей политика неинтересна. Но это не мешает ему с восхитительной точностью видеть в людях необходимые качества. И действия старца говорят о том, что в пришлом наёмнике он увидел очень и очень многое.

Собираясь на аудиенцию к Императору, Ростислав Поликарпович сложил для себя картину. Однако, руководствуясь опытом и здравым смыслом, всё же, представлять Императору будет не своё видение, а фактический расклад. Александровский должен принять решение сам. Пусть и опираясь на доклад офицера.

* * *

Ночная работа может вымотать кого угодно. Несколько ночей напролёт могут работать многие, но не все осилят продуктивно выполнять свою работу. Исключения незначительны. Отдых нужен всем, так или иначе.

Великий Император Всероссийский таким исключением был. Безусловно, его продуктивности завидовали целыми отделами. Молодой, активный, полный сил и энергии, Александр Александрович мог неделю кряду заниматься государственными делами, уделяя себе лишь несколько часов в сутки. Но и он не железный. Организм может быть сколь угодно крепким и энергичным. Но даже ему нужен перерыв.

В один из таких недолгих ночных перерывов, когда молодой правитель отдыхал прямо в зале для аудиенций, к нему с разрешения распорядителя прибыл с докладом руководитель Тайной Канцелярии.

— Александр Александрович, — обозначил своё присутствие полковник Протопопов.

Военная привычка не изменила старому офицеру. Передвигаться бесшумно он умел и по полю, и по лесу, и по дворцовым коврам, и по паркетам.

Александровский отошёл от размышлений над имперской картой и ныне восседал на церемониальном троне, на котором, откинувшись на его спинку, отдыхал в полудрёме.

— Ростислав Поликарпович, — выдохнул, не открывая глаз, молодой Император. — Вы как всегда бесшумны. Тень Тайной Канцелярии, не иначе.

— Бросьте, Ваше Величество, — усмехнулся полковник. — Льстите старому служаке. Из меня тень — как из сумерек капустница. А вот Алина Святогоровна опять на коне. Причём, в этот раз почти буквально.

На последних словах Александровским открыл глаза, чуть заспанный взором окинув зал в поисках озвученного офицером. Ожидаемо, ни Алины Святогоровны, ни коня молодой правитель не увидел.

Руководитель Тайной Канцелярии подошёл к трону ближе. Пусть входная дверь и закрыта, но это не повод горланить секретную информацию на весь Двор.

— Бериславская? — переспросил Император.

— Бериславская, — хмыкнул полковник. — Только что убыла отдыхать со своим протеже. Да, государь. Бериславским удалось осуществить призыв. В наш мир прибыл гость, который с нашим действительным тайным советником сейчас отдыхает.

Великий Император Всероссийский испустил тяжёлый вздох.

Сотни лет поисков информации о давно затерянной Магии Путей. Десятки лет поисков носителей этой силы. Годы подготовки на зов. Древний Архимаг при содействии молодой помощницы умудрился на склоне своих годов призвать себе преемника. И, судя по самодовольной мине офицера, этот самый преемник не прочь поучаствовать в мероприятии. Особенно, если знает, зачем его позвали.

— Языковой обмен налажен? — спросил Александровский.

— Даже больше, — подтвердил полковник. — Провели предварительные переговоры. Пришлый гость оказался молодым ратником. Мы почти что выдрали его с полей сражений. Он согласен помочь нам в означенных ему рамках и запрашивает полное снабжение, довольствие и соразмерную оплату.

— О каких размерах идёт речь?

— С его слов, в своём мире получал до миллиона рублей в месяц. В пересчёте на наши деньги — порядка двадцати тысяч.

Александр Александрович поморщился.

— Дюже больно даже для наёмника.

— Так и случай уникальный, — заметил Ростислав Поликарпович. — Не каждый наёмник владеет Магией Пути.

Слух Александровского зацепился за настоящее время в изречении собеседника.

— «Владеет», вы сказали? То есть, уже? Мы призвали ещё одного мага Путей?

— Без поспешной радости, да, — подтвердил офицер. — Со слов Алины Святогоровны, наёмник успел вернуться в свой мир и обратно, принеся с собой некие инструменты из его арсенала.

— Всё равно. Двадцать тысяч… Это, между прочим, ваше жалование, Ростислав Поликарпович.

Полковник пожал плечами.

— Запросим Казначейство. Но я предлагаю прежде решения учинить гостю смотр. Он хочет обернуть всё как типичный договор найма. Мы — наниматели, он — наёмник. Стало быть, мы вправе знать, кого нанимаем. Пусть, скажем, выполнит какое-нибудь ваше поручение. А там и посмотрим. Но, помяните моё слово, Александр Александрович, может статься и так, что мы ещё сверх того ему назначим пенсию с пособиями.

— Настолько перспективный? — поинтересовался Император.

Молчаливый кивок согласия.

— Да будет так, — решил Великий Император Всероссийский. Какое там у вас самое нездоровое дело, более всех прочих вам докучающее? Поручите его гостю на правах демонстрации. Да сообщите, что не праздных зрелищ ради. Работа будет оплачена сообразно прейскуранту. Как справится — так и будет разговор о денежном довольствии. В остальном же содействие разрешаю. Он же человек, в самом-то деле. Есть, спать и одеваться ему необходимо не меньше нашего с нами. И документы личности… Уже справили? Не забудьте его зачислить в Императорскую Академию. Будь он хоть трижды уникальным, но обязан знать хотя бы устройство нашего мира. Иначе порушит всё по незнанию, и дай Бог, чтоб мы не увидели последствий этого.

— Понял, государе. Разрешите исполнять?

* * *

Остаток ночи провели в апартаментах Алины. Пусть я и был условно чистым, ибо совсем недавно имел водные процедуры, но перед сном ещё раз ополоснуться не грех.

Тем паче, что среди всех привычных мне благ цивилизации нашлось место и горячей воде. И до смесителей местные додумались, и до душа, и даже до канализации. Так что больших затруднений помывка не вызвала. Тем паче, что Алина подала чудеснейшее махровое кипенно-белое полотенце, аналогичное по материалу её халату. Быстро вытереться — и на боковую.