Мастер расплаты
Шрифт:
– Прошу прощения за беспокойство, кузен. Я разберусь с проблемой.
– Проблема может подождать, – холодно отвечает Дамиано. – Все обратно в гостиную. Сейчас же!
Все мое тело дрожит, но каким-то образом мне удается поправить платье на бедрах и пригладить волосы. Кожа головы ноет там, где вырвались пряди.
Собравшись как могу, я прохожу мимо Стефано и следую за Дамиано в гостиную. Я изо всех сил стараюсь не пялиться на черную ткань рубашки Дамиано, которая плотно облегает его мускулистую спину.
Когда мы входим в гостиную, я нахожу убежище за креслом, и менее чем через минуту моя семья и Стефано смотрят на Дамиано, затаив дыхание.
– Я принял решение, – глухо произносит Капо деи Капи.
Мое дыхание застывает в горле, и сердце сжимается.
– Ты даёшь своё благословение, кузен? – спрашивает Стефано.
Глаза Дамиано встречаются с моими, и снова они сужаются, когда он на меня смотрит.
Я поднимаю подбородок и сжимаю челюсти, удерживая взгляд человека, который убивал людей ради удовольствия ощущать, как их кровь сочится сквозь его пальцы – человека, который сейчас готов обречь меня на жизнь в аду.
Его губы раздвигаются, и через мгновение одно-единственное слово разрывает напряжённую тишину.
– Нет.
– Что? – ахает мать.
– Кузен? – Стефано произносит с недоумением.
– Синьор Фалько? – слышу голос отца.
Он сказал «нет».
Воздух вырывается из моих лёгких, и облегчение такое сильное, что мне приходится положить руку на сердце, чтобы оно не выпрыгнуло из груди.
Я не буду вынуждена выходить замуж за Стефано.
Он не получит мою девственность.
Мои глаза закрываются от нахлынувшего счастья, от которого я чувствую слабость.
Когда я слышу движение, мои глаза распахиваются, и я вижу, как Дамиано наливает себе выпивку.
Мне почти хочется поблагодарить его за то, что он не дал своего благословения, но что-то подсказывает мне молчать.
Дамиано бросает взгляд на своего охранника. – Пусть люди соберут вещи Габриэллы. Мы уезжаем.
– Сделаем, – отвечает охранник и уходит выполнять приказ.
Что?
Мать ахает, а рот отца открывается и закрывается, как у рыбы, выброшенной на берег.
Стефано первым приходит в себя и, качая головой, осмеливается спросить:
– Что ты делаешь?
Дамиано залпом допивает бурбон и суёт стакан в руку Стефано. Не сказав ни слова, он выходит из гостиной.
Все застывают на мгновение, а затем жизнь взрывается оглушительным хлопком.
Мать бросается ко мне, улыбка расползается по её лицу.
– Не могу поверить, что Капо деи Капи проявил к тебе интерес.
Что?
Это единственный вопрос, который без конца повторяется в моем взбудораженном сознании.
– Чёрт возьми, – тяжело дышит Санто, качая головой в неверии.
Отец, выглядя озадаченным, спрашивает:
– Синьор Фалько забирает Габриэллу?
– Дамиано! – кричит Стефано, догоняя своего кузена. – Что это всё значит?
Мать снова хватает меня за запястье, и меня тащат из гостиной. Когда мы мчимся через холл и поднимаемся по лестнице, я слышу, как голос Дамиано, словно огонь и серный дым, гремит:
– Я забираю эту женщину. Это не обсуждается. Найдите себе другую невесту.
Чёрт возьми.
Дамиано в миллион раз хуже Стефано. Невозможно предсказать, что он со мной сделает.
Прежде чем я успеваю услышать продолжение разговора между Дамиано и Стефано, меня затаскивают в мою спальню, и через несколько секунд в комнату врываются пятеро мужчин, грубо бросаясь паковать мои вещи в сумки.
Я не могу связать ни одной мысли, пока мать суёт мне в руки одежду, а затем толкает меня в ванную.
– Переоденься. Быстро, – приказывает она, захлопнув дверь.
Я слышу, как мою спальню переворачивают вверх дном, пока я стою, уставившись на дверную ручку.
Это не может быть правдой.
– Быстрее, Габриэлла, иначе я зайду и одену тебя сама, – угрожает мать.
В состоянии полного шока я начинаю раздеваться и быстро надеваю светло-розовый брючный костюм. Брюки длиной до щиколоток хорошо сочетаются с чёрными туфлями на каблуке в пять дюймов.
Мать забыла дать мне блузку, но я накидываю пиджак и застёгиваю две пуговицы. Из-под него слегка виднеется чёрное кружево бюстгальтера.
Взяв паузу для себя, я мою руки и быстро расчёсываю волосы, затем открываю шкафы, чтобы достать косметички. Я быстро пакую парфюм, туалетные принадлежности и средства для ванны и ухода за кожей.
Я не могу поверить, что уезжаю с Дамиано Фалько. У меня нет ни малейшего представления, что это означает для моего будущего, и это ужасает меня до глубины души.
Но я тороплюсь, потому что не смею заставлять его ждать.
Если я задержусь слишком долго, он может убить меня за то, что потратила его время.
Дио.
Мой страх умножается с каждой секундой, когда я осознаю, что буду на милости Капо деи Капи Коза Ностры. Я оставляю свою жизнь на Сицилии, чтобы начать новую в Нью-Йорке. Всё будет чужим и опасным.
Дверь в ванную резко распахивается, и, увидев, что я занята упаковкой, мать присоединяется ко мне.
Когда я выхожу в спальню, она выглядит так, будто по ней пронёсся торнадо, ящики и шкафы стоят распахнутыми.
Охранник, который был с синьором Фалько с момента их прибытия, держит открытую сумку и приказывает:
– Бросай свои туалетные принадлежности сюда.
Я делаю, как сказано.
– Есть что-то, что мы пропустили и что ты хочешь взять с собой?
Я быстро проверяю все ящики, шкаф и ванную, поражаясь, как быстро была собрана моя жизнь.
Когда я качаю головой, мать протягивает мне чёрный мешочек.
– Здесь твои личные документы. Не потеряй.
– Я возьму, – говорит охранник, выхватывая мешочек из рук матери.
Когда она снова хватает меня за запястье, охранник произносит: