Чтение онлайн

Эрвин усмехнулся.

– Потому что Империи хватает своих проблем. Бароны воюют друг с другом, секты конкурируют за влияние, а Туманный Лес расширяется. Степи слишком огромны и слишком далеки от центра, чтобы пытаться начать тут строить что-то настоящее.

– Спасибо, – сказал я, выпрямляясь. – Можно я возьму эту карту? Или перерисовать?

– Нет, – покачал головой Эрвин. – Только смотреть, книги и карты нельзя трогать посторонним.

Да ты прикалываешься? Я посмотрел в глаза старику, но ему было абсолютно плевать на моё мнение и скепсис. Он просто свернул карту и унес ее обратно, а затем занялся своими делами, переписывая что-то из одной из раскрытых перед ним книг.

В Северном Порту даже газеты печатают! А тут? Хуже, чем средневековье. Расстроенный я собрался было вернуться домой, но в итоге зашел в таверну поел, готовить у старика Грома на печи не хотелось, да и видеть этого засранца тоже, плюнет еще в кашу. Поэтому сытый вернулся домой, где меня ждал кусок шкуры Этерофага и остатки лазуритовых камней. Да и сегодня последняя ночёвка у этого говнюка, завтра я переберусь на другое место. Я уселся на кровать и взял шкуру.

Первым порывом было сделать что-то практичное. Браслет? Пояс? Может, усилить рукоять какого ножа? Но чем дольше я смотрел на этот трофей, тем яснее становилось что я понятия не имею, на что он способен.

– Надо было коготь требовать. – сказал я сам себе вслух. – Там бы точно руну смог нарисовать.

Я развернул шкуру на столе, придавив углы камнями, чтобы не сворачивалась. Поверхность была неровной с двух сторон, с выступами костяных пластин и впадинами между ними. Первым делом нужно было сделать хотя бы одну сторону пригодной для нанесения рун.

Достал из рюкзака инструменты дяди. Напильник, несколько шлифовальных брусков разной зернистости, резцы. Работа предстояла кропотливая.

Начал с грубого бруска, методично стачивая самые заметные неровности. Костяная пыль сыпалась на стол мелкой крошкой, оседая на пальцах. Материал был твердым, гораздо тверже обычной кости. Напильник скользил по поверхности, оставляя лишь неглубокие царапины.

– Ладно, значит, придется повозиться.

Час ушел только на то, чтобы выровнять центральную часть кожи размером с ладонь. Мышцы рук затекли, пальцы онемели от монотонных движений. Но результат того стоил, гладкая площадка начала проступать сквозь шершавую поверхность. Еще полчаса и центральная площадка засияла почти зеркальным блеском. Провел пальцем, идеально гладко.

Я достал флакон рунной краски. Обмакнул тонкую кисть и попробовал нанести простую линию на отполированную поверхность. Краска легла ровно, в первые мгновения, а потом сама взяла и размазалась, в поверхность она не впитывалась, и в итоге я просто стер ее пальцем, так словно ничего и не было. Зараза.

– Да должен же от тебя прок быть какой. – прошептал я, касаясь Камня Бурь на груди и ложа руку на кожу. Это уже помогало, помогло и в этот раз. Я понял, что краска тут не поможет, живое к живому.

– Интересная концепция. Мастер про такое не рассказывал.

Вытащил нож с пояса, секунду колебался, затем полоснул по кончику указательного пальца. Неглубоко, но достаточно, чтобы выступили капли. Боль была резкой, но терпимой.

Обмакнул кисть в кровь и попробовал начертить простейшую руну – Малую Искру. Линии ложились четко, ярко-красные на бледной кости. Я закончил символ и отложил кисть, наблюдая.

Кровь не высыхала. Линии медленно темнели, становясь почти черными, но не теряли влажного блеска. Словно материал впитывал её, но не до конца.

Сердце забилось быстрее. Я сжал Камень Бурь на груди, настраиваясь на медитацию. Привычное тепло разлилось по телу, артефакт отозвался, начиная качать этер.

Я направил поток в начерченную руну.

Боль ударила мгновенно. Не такая острая, как в склепе, когда я разбивал табличку, но жгучая, пульсирующая. Этер шел не просто через руну, он тек через мою кровь, используя её как канал.

Руна вспыхнула. Ярко-красное свечение пробежало по линиям, затем погасло. Я разжал пальцы, отпуская Камень Бурь. Голова кружилась, в глазах мелькали черные точки.

Кровь полностью впиталась в заготовку, оставляя после себя темно-бордовые линии, словно выжженные. Провел пальцем, сухо, не размазывается.

– Работает, – выдохнул я. – Черт возьми, это работает.

Теперь нужно проверить активацию. Я взял кожу, и щелкнул пальцами над руной. Ничего. Затем используя Камень Рун как передатчик.

Ничего. Еще раз. Тишина.

– Да что такое, – откинулся я к стене, не понимая, что происходит. Руна была мертвой. Этер не задержался в ней, прошел насквозь и рассеялся. Материал не держит заряд?

Может, дело в структуре? Этерофаг был духовным зверем. Его тело насыщалось этером при жизни. Возможно, материал привык к постоянному потоку энергии и просто не умеет её удерживать статически?

Тогда нужна руна, которая работает непрерывно, пока есть подпитка.

Я снова порезал палец, старая царапина уже затянулась, и начертил рядом с первой руной другую. Свет. Простейшая руна постоянного действия. Снова медитация. Снова жгучая боль. На этот раз я не отпускал Камень Бурь сразу, продолжая подпитывать руну тонкой струйкой этера.

Кожа вспыхнула мягким белым светом. Точно таким же как в мастерской у дяди. Хорошо!

Отпустил артефакт. Свечение продолжалось еще секунду, две… затем начало меркнуть и погасло совсем.

– Значит, работает только при активной подпитке, – пробормотал я. – Накопителя нет.

Это было ограничением, но и подсказкой. Если этот материал не держит статический заряд, но отлично проводит активный этер, он идеален для тестирования рун. Я могу начертить любую руну, запитать её минимальным количеством энергии, просто чтобы увидеть эффект, и она не взорвется, потому что не накопит критическую массу.

– Ну, по идее. – я попытался стереть руны, но это было бесполезно. – Ага, полем для эксперимента ты уже не станешь. Теперь у меня есть кусок дорогой шкуры с двумя рунами, которые даже не работают нормально.

Попытка снова запитать руну света не получилась. Как я и думал. Одноразовое изобрете… А если? Я снова прислонил окровавленный палец к руне и взялся за Камень бурь.

Эффект был мгновенным. Этер потек не через руну в материал, а через мою кровь – словно по живому проводнику. Руна вспыхнула ярким светом, и я закрыл глаза чтобы не ослепнуть. Убрал палец и руна погасла.