Чтение онлайн

Я посмотрел на свои руки. За эту неделю я сильно изменился: тело, которое раньше было хилым и слабым, теперь выглядело более подтянутым, мышцы уже проступали под кожей, плечи расправились, а спина выпрямилась (или это я сам себя так видел). Я больше не назвал бы себя хиляком — скорее худощавым, но жилистым подростком. Жива и даже такие недолгие тренировки дали свои плоды.

Но этого недостаточно.

Я вспомнил Варна, затем огромного Джарла, и Грэма, который даже будучи больным мог скрутить в бараний рог Гарта. А затем я вспомнил Морну и ее хищную природу.

Да, пожалуй именно в сравнении с ними, с Охотниками, я ощущал себя слабым. Конечно, моя сила в другом: через эликсиры, через растения и через Дар я знаю, что стану сильнее, но хотелось и простой банальной физической мощи. Пожалуй, это было примитивное чувство — мужское соперничество. Я уже, честно говоря, и забыл, когда испытывал что-то подобное — разве что в прошлой жизни, еще в юности и всё. Потом это казалось неважным, глупым, но в этом мире сила была мерой всего и это имело значение.

Сейчас моя основная сила — это Виа. Хищная лоза развивалась быстрее, чем я. Вчера я влил в неё девять единиц живы и она выросла, стала сильнее и опаснее. Её потенциал эволюции достиг пяти процентов, и если продолжать в том же темпе…

Я прикинул в уме: для полной эволюции нужно было около трехсот единиц живы (три моих полных резерва духовного корня), звучало вполне реализуемо. Конечно, скорее всего, с каждой новой эволюцией ей придется еще больше охотиться и искать ресурсы для роста, но с этим она точно справится.

Ладно, хватит самокопания.

Я поднялся, разминая затекшие мышцы. Подошел к корыту и осторожно ополоснулся холодной водой, стараясь не мочить закалённые участки. Вода обожгла разгорячённую кожу на солнце, но это было приятно и освежающе.

Мой Дар рос: вчера я снова до самой ночи тренировался на семенах и поднял управление живой на три процента, Дар подрос на один процент, ну а утренняя подпитка растений, которую я совершил затемно, до тренировки, дала еще по проценту Дару и навыку. Для меня это очень медленно, но, скорее всего, большинству Одаренных такие темпы роста и не снились.

Я продолжил выводить буквы на земле и отвлекся только когда скрипнула калитка.

Грэм вернулся с Кромки.

Я поднял глаза. Старик определенно выглядел лучше, чем вчера, и даже шел увереннее.

— Вижу, грамоте учишься, — хмыкнул он, садясь рядом на крыльцо.

— Давно пора. — вздохнул я.

— И как?

— Запоминается.

Грэм кивнул.

— Это хорошо. Травнику без грамоты никуда. Когда помру — не пропадешь.

— Дед… — начал было я.

— Я ж не сказал, что сейчас. — усмехнулся Грэм, — Но когда-нибудь все там будем. Рано или поздно ты останешься один.

Я отложил палочку и поднялся.

— Ты куда? — спросил Грэм.

— Сейчас, подожди.

Зайдя в дом, я взял с полки одну из бутылочек, которые сварил вчера вечером. Успел сделать две варки и приготовить восемь бутылочек отвара на продажу Морне. Теперь будет семь. Грэму нужно постоянно их пить — они хоть немного, но дают ему дополнительные силы. Вернувшись наружу, я протянул бутылочку Грэму:

— Вот. Тебе не помешает.

Старик покачал головой, но взял бутылочку.

— Опять поишь меня.

— Ну, раз это помогает, — пожал я плечами.

— Немного. — согласился Грэм и одним махом осушил бутылочку.

После застыл и довольно кивнул.

— Даже лучше, чем вчера. Расскажи я кому постороннему о том, как ты с нуля дошел до такого качества, никто бы и не поверил.

— И не надо: чем меньше людей знает, тем меньше вопросов к нам.

— Тоже верно. — согласился Грэм.

Седой, увидев Грэма, пошел к нам. Интересовал его, правда, не сам старик, а ступеньки. У него пока еще была с ними проблема. Он попытался взобраться, оступился (левая лапа пока еще явно хуже слушалась) и плюхнулся вниз. Он, конечно же, возмущенно запищал. А потом попробовал снова. И снова. И снова.

Грэм тихо рассмеялся, глядя на его упорство.

— Характер! — сказал он. — Характер у него есть — это я уважаю.

— Бывший вожак, все-таки. — заметил я и снова поднялся. Было одно дело, которое я вчера не успел.

Вчера, возвращаясь от Морны, я целенаправленно собирал незнакомые мне растения, чтобы показать их Грэму.

Взял корзину и вернулся на крыльцо. Внутри лежала целая куча растений, которые я вчера не рассортировал.

Я начал выкладывать их на крыльцо, раскладывая рядами.

Грэм наблюдал за мной с недоумением.

— Это ещё что?

— Забыл сказать. Мои знания, мягко говоря, «ограниченные» — слишком многие растения мне неизвестны. Вот я и решил: соберу всё, что не знаю, и спрошу у тебя. Ты ведь должен знать большинство из них?

Грэм хмыкнул.

— Должен, — согласился он. — Пятьдесят лет в лесу — хочешь не хочешь, а выучишь.

Он наклонился к разложенным растениям и прищурился:

— Ну давай, спрашивай, какое интересует — а я заодно и свою память проверю.

Я взял первое растение — это была веточка с мелкими синими цветками и продолговатыми листьями.

— Это?

Грэм повертел её в пальцах.

— Это синеглазка полевая. Бесполезная дрянь: ни в отвары не годится, ни в еду… разве что на корм скоту, но и то, если ничего другого нет.

Я кивнул, отложил растение в сторону к «бесполезным» и взял следующее — пучок травы с серебристыми стеблями.

— А это что?

— Это мышиный хвост — от него чесаться всё будет. Мы в детстве его закидывали тем, кто слишком много себе позволял — в основном ребятам постарше. Тебе это не нужно.

Дальше он уже сам брал растения и складывал направо полезные, а налево бесполезные.

— Этот бесполезен, выбрось. — Он отложил в сторону пушистый стебель с рыжеватыми соцветиями. — А это… хм… сонник серый. Помогает снимать мышечное напряжение, но эффект слабый. Не стоит возни.

Ещё один стебель полетел в «бракованную» кучу.

— Вот этот корень — кислица пограничная. — Грэм повертел в руках колючий отросток. — Ягоды у неё кислые до невозможности, но бодрят хорошо, особенно ночью, когда стоишь на страже. Он отлично помогает бороться с сонливостью.