Чтение онлайн

Оглянувшись по сторонам, мы еще раз убедились в том, что у дома больше никого нет, и начали действовать.

Зия положил мешок с мертвецом рядом с моторной лодкой и постарался отдышаться.

– Зия, что, очень тяжелый?

– Нормальный.

– У тебя, что ни спроси, все нормально.

– Светлана, мы скинем труп прямо в мешке?

– А как лучше?

– Но ты говорила, что нужно примотать на шею груз. Я считаю, что это не нужно. Все равно труп не всплывет.

– А я считаю, что нужно. Ради собственного спокойствия, – не уступала я.

– Для меня слово женщины – закон, – выдал свою коронную фразу Зия и принялся развязывать мешок. – Светлана, оставайся на берегу. Я недолго, – сказал он, примотав тяжеленный камень на шею мертвеца.

– Зия, даже не хочу это обсуждать, – покачала я головой и прыгнула в моторную лодку.

Избавившись от трупа, мы молча поплыли к берегу. На слова у нас просто не было сил. Я всматривалась вдаль в надежде увидеть берег, но его не было видно. А затем заморосил мелкий дождь… Такой мелкий и такой неприятный…

Я подтянула к подбородку колени и обхватила себя руками в надежде унять дрожь.

– Тебе холодно?

– Нет, это просто нервы.

– Не нервничай. Уже все позади. – Зия снял легкую летнюю куртку и накинул мне на плечи.

– Просто как-то на душе нехорошо… Неспроста все это… Неспроста… Я не думаю, что все самое страшное уже закончилось. Мне кажется, что самое страшное еще только начинается. – Я говорила и смотрела на восхитительное, красивое, накачанное тело Зии.

– Почему ты так думаешь?

– Если кто-то подкинул нам труп, значит, этот кто-то вряд ли оставит нас в покое…

Зия набрал мужчин, которые изъявили желание работать в нашем борделе, и подписал с каждым контракт. В документе оговаривались четкие сроки, своевременная оплата и строгое неразглашение коммерческой тайны. Все мужчины отличались высоким ростом, крепким и красивым телосложением, южным загаром и приятными чертами лица. Они жили в апартаментах правого крыла дома и при встрече со мной смотрели на меня с обожанием.

Я не просто упивалась властью над работавшими у меня мужчинами – я сдавала их состоятельным женщинам, которые в силу своей занятости, положения, нежелания заводить долгие романы или вынужденного одиночества нуждались в мужских ласках, и получала за это хорошие деньги.

Я решила съездить на пару дней в Москву, чтобы проведать своих близких и провернуть одно дельце. В центральном местном универмаге я стала опустошать прилавки и набивать багажник подарками для детей и мамы. Внезапно кто-то положил руку мне на плечо. Я вздрогнула и слегка дернулась.

– Ты чего? – Рядом со мной стоял Гоша, и если кто-нибудь и принял бы выражение его лица за улыбку, то я увидела только оскал.

– А ты чего людей пугаешь?

– А ты что, из пугливых, что ли?

– Из пугливых.

– Ну, тогда привет.

– Привет. Давно не виделись.

– С той самой ночи, когда ты хоронила своего павлина. А я как раз должен был тебя сегодня встретить.

– Зачем?

– Петрович с тобой поговорить о чем-то хочет. Велел тебя к нему доставить на разговор.

– Вот еще, – фыркнула я и выронила плюшевого медведя. – Что значит велел? Передай ему, что я женщина свободная и делаю только то, что считаю нужным.

Гоша поднял плюшевого медведя.

– Он поужинать с тобой хочет и кое о чем потолковать. Я бы тебе не советовал с Петровичем конфликтовать.

– Ну да, он же криминальный авторитет! – не задумываясь, выпалила я.

Гоша закрыл мне рот потной ладонью и оглянулся по сторонам:

– Тише.

– Убери ладонь, – промычала я, брезгливо морщась.

– Извини.

Гоша убрал свою ручищу, я попыталась отдышаться.

– Ладонь у тебя вонючая.

– Да я таким одеколоном душусь, что тебе и не снилось, – обиделся Гоша.

– И какой же это одеколон, что он мне не снился? «Шипр», «Тройной» или «Саша»?

– Да пошла ты…

– Сам пошел.

Гоша холодно бросил:

– Поехали.

– Куда?

– Тебе два раза повторять?

– Я сейчас не могу. Я в Москву уезжаю.

– На сколько дней?

– На пару. Вот вернусь, тогда поговорим. – Я нагрузила Гошу мягкими игрушками и направилась к своей машине. – Ну что стоишь? Помоги донести.

Гоша поплелся за мной, не понимая, зачем мне понадобилась такая уйма плюшевых зверей.

– Ты что, до сих пор в игрушки играешь?

– Нет, милый. Я уже давно играю только во взрослые игры.

– А кому же тогда все это?

– Детям.

– Каким детям?

– Моим.

– А у тебя что, есть дети? – как лошадь, заржал Гоша, подходя к моей машине.

– Есть.

– И много?

– Много. Двое.

– А чо не трое?

– Третьего не успела родить. Муж умотал, – ледяным тоном сказала я и побросала игрушки в багажник.

Захлопывая багажник, я чуть было не прихлопнула Гоше руку. Браток слегка взвизгнул и чудом успел отскочить.

– Ты чего?

– Ничего! У меня времени нет. Меня дети дома ждут.

– Где?

– В Москве.

– Брось трепаться. Нет у тебя никаких детей.

Я уперла руки в боки и со всей торжественностью, на какую я только была способна, произнесла:

– Я мать двоих несовершеннолетних детей. Что, не похожа?

– Не похожа. А муж твой где?

– Умотал!

– Куда?

– Налево.

– Врешь ты все. Нет у тебя никаких детей. Водишь меня за нос.

– Дети у меня есть, и если такие, как ты и тебе подобные, помешают мне их навестить, я за себя не отвечаю… Я за своих детей перегрызу горло любому! Усек?