Чтение онлайн

– Не будем платить - будем милицию звать. Будем платить - всё хорошо будет!

– Так нет у меня… - сказал Серега и заплакал, как ребенок.

Да он в сущности и был ещё ребенок, в свои девятнадцать! Что с того, что ростом метр восемьдесят пять, и сто метров за двенадцать секунд пробегает. Пацан пацаном… И помочь некому, в этом городе у него никого нет!

– Ну что, милицию зовем?
–  громко сказал официант.

И тут из-за соседнего стола встает человек. Да и не просто человек, а настоящий человек-гора! В коричневой кожаной куртке, каких тогда почти ни у кого не было, да ещё и с золотой цепью чуть ли не в палец толщиной!

– Что к парню пристал, Муртаз?
–  спросил он. Вроде бы тихо так спросил, а все услышали.

– Всё в порядке, Всеволод Михайлович, всё в порядке, - слащаво улыбнулся дядька, - вот, солдатик платить не хочет…

– И сколько на нем?

– Вот, пожалуйста, тридцать семь семьдесят…

– Ого! Один он, что ли, наел столько?

– Да нет, говорит с друзьями был…

– Что, парень, бросили тебя друзья?

– Да какие они мне друзья, - всхлипнув, ответил Серега.
–  Грузины какие-то… И деньги у меня забрали.

– Так-так… Грузины, значит… Имена знаешь?

– Арчил. Гочи…

– Арчил Высокий? В джинсе?

– Ну да…

– Ну Арчил, ну крыса! Солдатика кинул!
–  Человек-гора подошел к дядьке, - а ты, Муртаз, часом, не в доле с ними?

– Нет, что вы, Всеволод Михайлович, что вы! Я же всегда… И на общее дело жертвую… Я ведь с Азербайджана! Что мне какие-то грузины!

– А для меня вы все одно, - процедил Всеволод, доставая бумажник.
–  Понаехали к нам… Держи!
–  он швырнул официанту пятидесятирублевую бумажку.
–  Сдачу парню отдашь!

– Спасибо!
–  Серега снова пустил слезу.
–  Я верну! Только адрес мне можно…

– Пустое… Мне можешь не возвращать. Встретишь бедолагу какого-нибудь, вот ему и помоги. Понял?

– Понял!
–  ошеломленно ответил Серега.

– И ещё… В церковь зайдешь, свечку поставь за Севу Тучина… То есть за раба Божия Всеволода. В церковь то ходишь?

– Так это… Комсомолец же я! Правда, заходил пару раз…

– Ну, значит, ещё раз зайдешь. Только сразу не уходи, хоть постой там чуть-чуть…

– Да, Всеволод Михайлович, спасибо вам! Я побегу?

– Беги, парень, а то ещё и поезд свой упустишь, - добродушно усмехнулся человек-гора, глядя в его спину.
–  Если бы мне такой, как я сейчас, тогда встретился… Может и вся жизнь бы другая была…

К чести Сереги, не раз и не два ставил он потом свечку за раба Божия Всеволода. И всё хотел встретить его где-нибудь, помочь чем… Только не встречались они больше. А через двадцать с чем-то лет попалась Сереге на каком-то сайте подборка "Самые удивительные надгробные памятники". Там-то он и увидел трехметровую малахитовую глыбу с портретом своего спасителя. В полный рост, в той же куртке, с цепью, с ключами от "БМВ" на пальце. И с датой смерти "1993". Вот как бывает…

В общем, сел Серега на свой поезд, и даже некоторое время был счастлив, полагая, что всё позади. И только через пару остановок вдруг вспомнил, что на нем долг, а отдавать его нечем…

Ну, конечно, можно матери написать, она там найдет ещё денег, пошлет ему. Только не хочется что-то. Зарплата у неё маленькая, накопить никогда ничего не выходит. Да и родственники все у них небогатые. Вариант, конечно, но только на самый крайний случай.

Своей крошечной зарплатой сто рублей никак не наскрести. Советское государство аж восемь рублей платит в месяц старшему стрелку! Целый год надо копить…

В принципе, можно было бы и накопить… Да только уволится Серега через три месяца! А повезет, так и через два. Это вообще не вариант.

Остается только просить того парня подождать, чтобы после дембеля отослать деньги ему домой. Только вряд ли он согласится. Ему тоже осенью увольняться. И сотня эта ему сейчас нужна, а не через полгода. Шинель новую справить, ботинки, шапку новую. Точно не согласится!

О том, чтобы "молодых" напрячь, Серега даже не думал. Не то воспитание. Отбирать деньги у младших нельзя! Это он твердо знал. Чем тогда он будет лучше этих грузин!

Нахлынула жгучая ненависть. Вот ко всем этим, которые понаехали сюда! Зачем они здесь? Сидели бы у себя, в горах! А лучше вообще их всех забомбить! За Берию, За Сталина! За мои сто рублей!

– Вот же сволочи!
–  процедил он сквозь зубы.

– Кто?
–  спросил кто-то.

Тут-то и увидел Серега, что он не один сидит в купе общего вагона. Так задумался, что и не заметил соседа своего.

Дед, лет шестидесяти, старый совсем. Серый пиджачок, потертые брюки, кепочка. Армейский вещмешок с каким-то добром на коленях…

– Нет-нет, я не вам, извините, - быстро сказал Серега.
–  О своем я…

– А что стряслось, солдатик?
–  усмехнулся дед. Голос у него был хриплый, но какой-то добрый. Располагающий голос, одним словом.
–  Служба в тягость стала?

…И прорвало Серегу! Вот бывает так, никому: ни матери, ни друзьям не стал бы рассказывать о своей глупости. А случайному попутчику, которому во внуки годится, всё рассказал.

Долгий получился рассказ… Когда закончил, уже и темнеть начало. Хорошо хоть дед попался спокойный, не перебивал, выслушал всё.

– А давай сходим покурим, - предложил дед.

Серега не курил. Спортсмен, во-первых, да и пример отца, что в сорок лет сгорел от рака горла, поспособствовал. Но пошёл, что называется, за компанию.

…Звали деда Юрий Данилыч.

– Ты, главное, не унывай, Серега, - говорил он.
–  Деньги - дело наживное! Сегодня есть, завтра нет, а послезавтра окажется, что они тебе уже и не нужны! Я вот в твои годы на заводе почти задаром работал, по четырнадцать часов. Когда на фронт забрали, только и выспался…

Оказывается, дед ещё и воевал. Правда, только один год, последний год войны.

– Вот идем мы за немцем, а вокруг живого места нет, всё порушено. Люди меж тем радостные, что хоть живые остались, улыбаются нам! А ты денег жалеешь…

Заболтались они в тамбуре, а когда вернулись в свое купе…

Ветер гуляет по вагону, а на том месте, где сидел Серега, лежит здоровенный булыжник. Хулиганы какие-то бросили в поезд… Там, где Серегина голова была, огромная дыра в стекле. Если бы курить не пошли, снес бы камень голову парню напрочь. Ещё и осколками бы поранил.