Чтение онлайн

Хемах в свойственной ему учтивой манере несколько раз предложил мне поспать после применения лечебной магии, но я отказалась. Похоже, в этом мире за сон платишь приступом паники. Хватит, наспалась по самые уши. Легко поднялась и направилась к выходу. Решительно распахнула дверь и зашагала в сторону лестницы. Мне было искренне не понятно поведение Хемаха, еще в начале он мне угрожал. А сейчас принялся выказывать знаки внимания. Хотя в этом месте все не так, как мне бы хотелось. Оставалось только порадоваться тому, что я все же что-то могу. Смогла заглушить боль и взять себя в руки. Может быть, если такие сны будут сниться мне часто, то я научусь превращать собственный кошмар в рай, а то и эротическое приключение. Надо об этом подумать, когда будет возможность.

Тело буквально дрожало в нетерпении. Хотелось бежать куда-то и срочно что-то сделать. Чувствовала себя скакуном перед стартом на скачках. Кровь кипела в жилах. Настроение резко взлетело с нулевой отметки к заоблачным высям. Груз вины и страхи за собственную жизнь отступили. Я никогда не была сторонницей самоубийства, во мне всегда главенствовал здоровый рационализм. Я могу пожертвовать собой, но не из-за героизма или минутного порыва. А по максимально трезвому расчету. Именно благодаря ему я решила, когда горела, что пусть лучше горю я, чем десяток невиновных существ. Поэтому я спрашивала, почему меня не убили, если я опасна. Жить мне, как и всем хочется, но желания выжить любой ценой точно умерло во мне очень давно. Я не стою любой цены, скорее всего, я не стою даже малой стоимости.

Ничего не изменилось и сейчас, но после того, как нервы успокоились, а мозг снова заработал в штатном режиме, собственная смерть не пугала. Во-первых, потому что, скорее всего, я не умру, а просто проснусь. Во-вторых, потому что все происходит слишком непонятно. Да, я знаю, что все вокруг сон, но персонажи моего видения сейчас для меня такие же живые, как и я сама. В реальности, я никому бы не позволила пострадать из-за меня. Так почему во сне должно быть иначе? Не стану изменять своим принципам, ни при каких обстоятельствах. Человек должен оставаться человеком, даже если он маулихакт.

Хемах молча шел за мной, пока мы не дошли до лестницы и не послышались голоса:

— А я не думаю, что стоит ей сохранять жизнь! Ее нужно убить, пока она не убила нас!

— Наставник решил иначе! — мелодично ответили на повышенных тонах. — Убить ее мы всегда успеем, и лучше сделать это во сне. Может оказаться, что она сошла с ума. Маули без хакта — верный признак беды!

— Как вы можете? Разве не видели, что она сделала? И после такого ее убить? Да как только у вас языки поворачиваются такое говорить? — вскрикнули явно женским голосом. — Мы бы все уже были в чертогах Велера, если бы не она.

— Наставник спас ее, но это не значит, что нам можно ей доверять!

— Если Хемах прав, и наставник уйдет по вине этой проклятой, я сам вырву ей сердце!

Я нарочито медленно повернулась к стоящему за моей спиной Хемаху.

— Значит "мне все благодарны", да? — уточнила я его слова. — Значит, я могу вам доверять?

На краснокожего было страшно смотреть. Его лицо застыло, глаза округлились и, кажется, он побледнел.

— Маулэя…

Я только махнула рукой. Никогда никому не верила за свои двадцать пять лет, еще с тех пор, как дворовые дети дразнили и унижали, а уж теперь и подавно!

Я громко принялась спускаться по лестнице. Обеденный зал выглядел так, словно пожара и не было. Правда, кое-где виднелись темные пятна копоти, но это только если сильно придираться. Столы чистые, лавки целые. Соглашусь с Лиамером. Он не преувеличивал, когда говорил, что все так же, как и было. Картина целой корчмы меня настолько обрадовала, что я нервно и облегченно рассмеялась.

За большим столом в центре зала расположились гном, эльф и девушка с крыльями. Ни безликого, к моей радости, ни Лиамера в зале не было.

Тройка уставилась на меня, а я на них. Только они взирали на меня с явным подозрением, если не страхом, а я с интересом обеспокоенной наседки. Ни у одного не было признаков ожогов или других травм. Выглядели они вполне здоровыми, и это подняло мне настроение. Значит, хоть в чем-то, но мне не солгали, и правда, никто не пострадал от моей дурости.

Молчание затягивалось, поэтому я сделала шаг на встречу — отвесила шутовской поклон и, широко улыбаясь, поздоровалась:

— Здравствуйте, господа! Мы не были представлены друг другу. По глупому стечению обстоятельств я не знаю ваших имен, но это легко поправить. Я Ника, и все ваши товарищи уверены, что я маули. Не сочтут ли за грубость, уважаемые, представиться?

Разрыв шаблона — это зло, скажу я вам! В своей реальной жизни я никогда не стремилась привлечь в себе внимание масс. Мне была непонятна тяга некоторых к сцене или шумным компаниям. А вот сейчас захотелось просто посмотреть на реакцию слушателей. И оно мне понравилось. Изумление на лицах я запомню надолго.

— Запах крови! — отмер эльф первым.

— Да она же вся в крови! — добавил гном.

— Это наставник? — прошептала девушка.

— Хемах! — обратилась я к краснокожему. — Это что, черта моего народа — никогда не отвечать на вопросы? Что не спроси, все время реакция одна — треп обо всем, только не по сути вопроса!

— Хемах, манеер что, пытал ее? — вскочила со своего места девушка. — Ты же сказал, что это от черной магии она так кричит!

— Да вы не только мне лжете, благородный господин Хемах, но и напарникам! — хохотнула я, вспомнив обращение, которое употребила Веорента к нему. И повернулась к девушке. — Госпожа, уверена, что это не мое дело, но разве можно оспаривать решение своего наставника, обсуждать его поступки за спиной? Если уж вы так его уважаете, как пытаетесь показать, то вам должно быть глубоко плевать, что он делает с арестованной, не так ли? Даже если он меня на ленты для волос пустит, вам должно быть все равно. Или я что-то не понимаю в вопросах чести маулихакти? Если так, то простите великодушно. Но ваш наставник спас ваши жизни. Кто вам дал право осуждать его действия? Насколько я помню произошедшее, если бы его не было здесь, то и вас бы не было! — не знаю, почему мне вдруг захотелось вступиться за безликого, но вышло как-то само собой. Наверное, потому что терять мне нечего.

— Но… — начала было девушка. Ее точеное, чуть угловатое, но невероятно красивое в своей резкости лицо исказилось гневом. Вот еще секунда, и точно вцепится мне в волосы.

Только сейчас я заметила, что она была именно девушкой. Высокой и статной. Такими, наверно, были древние египтянки. С резкими, чуть надменными чертами лица, как у статуи, а не у живого существа. Меня удивило, что перья не казались именно перьями, а были как бы двухмерными. Красивый рисунок на рукавах, не более, но я была уверена, что перья самые настоящие, а их вид — только иллюзия.

— Без "но"! — взревел Хемах. — Маулэя Ника права. — Рты прикрыли, пока я вам языки не укоротил!

Девушка опустилась обратно на лавку и виновато потупилась. Эльф величественно поднялся и вышел из-за стола. Ох, красив паршивец! Во всех романах эльфы были сродни богам. Идеальная кожа, величественные благородные манеры, прекрасные воинские заслуги и непрошибаемый самоконтроль. Этот был не хуже персонажей прочитанных книг. Высокий, статный, с точеной фигурой, длинными ногами и греческий профилем. Прямой нос, широкие скулы, пухлые губы и… вертикальные серые зрачки. Волосы на этот раз были просто убраны в хвост и свисали волнами по правому плечу.