Чтение онлайн

– Видишь, теперь я уже не имею права разочаровать всех, кто кинулся по домам. Представь: они ушли с улицы, и вдруг оказалось, что все зазря.

Я старался говорить легким тоном, но можете мне поверить, внутри я совсем не чувствовал себя легко. Конечно, мне нужно было выйти. Они будут ждать, это им надоест, и они придут по мою душу, а я тем самым подвергну опасности Германа и Молли. Выйти на улицу было моим делом, но мне нужен был план, поэтому я быстро продумал расположение людей Тейлора.

– Ждать не имеет смысла, - сказал я, - но не давай кофе остыть, я через пару минут зайду выпить еще чашечку.

Молли подошла ко мне с шестизарядником старика, который я у него отобрал.

– Возьми, - сказала она, - лишний тебе не помешает.

Какая дальновидная девушка!

Я положил руку на дверную ручку. Мне надо как можно быстрее убраться от двери. Один быстрый шаг и...

Никто не смог бы сделать это скорее и лучше меня. Одним молниеносным движением я проскочил в дверь с револьвером в руке.

Они потянулись за своими, и тут я увидел пятого, и неожиданно в поле моего зрения появился шестой, у него была винтовка.

Глава двадцать пятая

Когда я выскочил на улицу и увидел всех парней разом, то подумал, что получил бесплатный билет на небеса. Человек, стоявший ко мне лицом, был тот самый, с широко расставленными ногами на другой стороне тротуара. Я ни разу не стрелял в человека с удовольствием, но сейчас нажал на спуск с чувством, близким к удовлетворению.

Из кармана его рубашки виднелся кисет, моя пуля обрезала нижний его край. В это время я услышал сверху и над собой грохот, напоминающий буханье пушки - выстрел из "Шарпс" 50-го калибра.

Человек в центре улицы упал на колени, попытался встать и опять упал, а потом раздалась пальба дальше по улице, и я увидел, что в людей Тейлора стреляют Пабло и Фелипе. Еще раз бухнул "Шарпс", и улица вдруг оказалась пустой, за исключением убитых и моих друзей.

Повернувшись, чтобы посмотреть, кто стрелял из "Большой пятидесятки", я заметил, что окно на втором этаже закрылось.

На дороге лежало четверо, один из них пытался встать, другим же уже было ни до чего.

Ко мне подошли Пабло и Фелипе, Пабло сказал:

– Все. С ними покончено.

– А Ролон Тейлор?

– С ним тоже покончено. Приехал Шелби и сжег его ранчо. Тейлор воровал коров, угонял лошадей, ранил меня. Шелби сказал ему: "У тебя есть десять секунд, чтобы выметаться вон или повиснуть вон на тех деревьях". Они ушли. Все ушли.

Я посмотрел на Фелипе.

– Ты тоже работаешь на Шелби?

Он зажег потухшую сигарету в зубах и сказал сквозь дым:

– Я ни на кого не работаю.

– Ну... Спасибо, Фелипе.

Он бросил спичку на землю.

– Por nada. Не за что.

Он дотронулся пальцами до края сомбреро и зашагал в сторону "Золотой шпоры".

На улице люди с опаской выходили из домов, некоторые не отрывали взгляда от лежащих на дороге тел, некоторые торопливо уходили. Пабло направился вслед за Фелипе. Я повернулся и пошел в отель.

Когда я закрыл за собой дверь, портье посмотрел на меня.

– Пока вы здесь не появились, это был скучный городишко, - сказал он.
– Никогда не думал, что захочу, чтобы он опять стал скучным, но вот так уж получается.

– Хотите, чтобы я уехал?

Он пожал плечами.

– В любое удобное для вас время, - сказал он, а я поднялся в свой номер и лег на кровать. Заложив руки за голову, я уставился в потолок. Что мне сейчас хотелось больше всего - это разматывающаяся передо мною тропа, пролегающая по земле без начала и конца.

Я долго лежал так, и наконец, мои глаза закрылись. Когда я снова открыл их, они глядели на гардероб, где Молли что-то спрятала.

Потом я подумал о "Большой пятидесятке", грохотавшей со второго этажа. Арканзасец Том Бегготт. Это, наверное, был он. Но почему?..

Глаза опять закрылись, но я не спал, просто отдыхал. Я медленно расслабил мышцы, стараясь не думать о человеке, которого убил. Я не знал, как его зовут, не знал, откуда он, но отлично знал этот тип людей. Куча высокомерия и самодовольства, погоня за приключениями, неприятностями и славой ганфайтера. Он не понимал, как пуста и коротка слава, купленная револьвером.

Там, в шкафу, может лежать решение всех наших проблем. Молли не сказала, но я подозревал, что это было то, что забрали из сейфа Натана Альбро после его убийства. Я не знал, что это, но у меня появилась идея.

Молли... Мне надо повидаться с Молли. И с Германом. Потом я мог уехать на запад, в Сан Хуан. У меня там были какие-то дальние родственники, у которых было ранчо к западу от гор Сан Хуан.

А что с Энн? Тейлор был с ней заодно и, вероятно, работал на нее, теперь она его потеряла, а с ним - всех его людей. У нее оставался Сэм со своим ружьем, полная женщина и тот пижон, судя по виду, приехавший из города. Кто он?

Я снова подумал о Натане Альбро, умнейшем человеке, который знал, как делать деньги, как строить железные дороги и открывать широкие просторы с пользой для себя и для дела, но который был очень одинок. Он искал любви, не зная, как найти ее, а потому не нашел.

Исключение - Молли, дочь домоправительницы.

Что бы предприняла Энн? Хитрая, с твердым характером. Что предпримет она в этой ситуации?

Она считалась дочерью Натана, хотя была только приемной дочерью. Если нет завещания, она унаследует все, однако она боялась, что завещание существует, может быть, даже знала наверняка.

Если есть завещание, она должна сообразить, что наследница - Молли.

Поэтому она должна уничтожить Молли.

Однажды они захватили ее, очевидно, с намерением узнать, где находится завещание и золото, поскольку они думали только о золоте, золотых монетах и слитках.

Молли - единственная, с кем они будут иметь дело, и Молли беззащитна.

Джефферсон Хенри? И что стало со Стаси Хенри? То, что ее нет в живых, казалось очевидным, но как она умерла? И где? Когда? Натан Альбро, человек с добрыми намерениями, оставил после себя цепочку убийств.

В дверь постучали. Я вынул из кобуры револьвер и, держа его в правой руке, положил рядом с собой на кровать. Стул под дверную ручку я на сей раз не поставил.

– Войдите, - сказал я. Это оказался Джефферсон Хенри.