Чтение онлайн

Пораженная и оглушенная медленно качусь. Что он хочет всем этим сказать? Я теряюсь. Волнительно жутко. По всем показателям нравлюсь же. Поверить в такое очень трудно. Плаваю в сладком вареве ощущений, вся вялая, разморенная.

Едва-едва переставляю коньки, разбирая свои собственные чувства под микроскопом. Кожей ощущаю как Юматов за мной наблюдает. Колпак защиты работает без перебоев.

И вдруг щеку начинает немилосердно жечь. Висок ломит со страшной силой. Ноги перестают слушаться. Замедляюсь еще. Странные ощущения.

Возможно, перепад давления или слишком большая нагрузка, не знаю. Доплетаюсь до лавочки, чтобы не беспокоить Юматова, взмахиваю рукой, посылаю улыбку и делаю вид, что перешнуровываю коньки.

Незаметно с беспокойством шарю по толпе взглядом. На меня что-то давит. Тревожусь и нервничаю. Вдруг в толпе замечаю мужика. Он меня снимает на телефон через натянутую сетку рабицу. Напрягаю зрение, в сумерках плохо видно. Точно. Тот самый, что спрашивал какой-то бульвар. Оторопело смотрю на него, он на меня наоборот – нагло и ненавистно.

А потом дотрагивается до шеи, вытягивает цепочку. Демонстрирует.

Мне становится нечем дышать. Откуда он …

Нашли они? Или просто сумасшедший? Я же ни разу нигде его там не встречала. Из прошлых ищеек всех знаю, такого не было. А те в свой круг никого не пускают. Чревато, все ограничено и просто так не проникнуть.

А цепочка тогда? Как с ней быть?!

Вскакиваю. Догоняю Мишу.

– Может домой?

– Устала?

– Ногу натерла. Болит.

– Да? – пронзает взглядом. – Ладно.

Разворачивает за плечи в сторону выхода. Легко обнимает, помогая двигаться.

Потихоньку успокаиваюсь. Пока Юматов осматривает мою якобы натертую ногу, шарю по месту, где стоял неизвестный. Его нет. Будто испарился.

– Болит? – нажимает на стопу. Трясу головой. – А здесь?

– Когда сняла, вроде бы прошло.

– Размер не тот может?

– Наверное. У меня полнота больше. Видишь?

Юматов внимательно изучает меня. Глаза вновь темнеют, становятся суровыми черными омутами. Бли-ин …

– Приедем домой, полечим.

От избытка впечатлений сегодняшнего дня позволяю себе положить Мише руки на плечи. Он удивленно смотрит и ни слова не говорит. Глажу его по щеке. Сумасшедшая! Но поделать с собой ничего не могу.

– Спасибо.

– Мгм. Нормально все, Ян, – отстраняется так, чтобы не обидеть. Убираю руки. Не поверил? Ругаю себя, надо было врать убедительнее. – Поехали.

Пока мы идем, Юматов все время оборачивается. Клянусь себе, что как приедем домой, я ему все расскажу.

Но! Едва коснувшись подушки, мгновенно засыпаю, но даже когда сплю, ярко ощущаю, что рядом он.

Миша.

В мерцающей темноте рассматриваю Яну.

Спит. Очень крепко спит. Это стресс. Она из него по сути и не выходила. Не знаю, что там было у нее, но явно очень неприятное. Только сегодня дышать начала. Пусть дышит. Пока пусть.

Какая она …

Свет от луны падает на жемчужную кожу.

Яна поворачивается на спину и запрокидывает руку за голову. От движения грудь колыхается, и легкая футболка задирается, обнажая совсем немного, но мне хватает, чтобы окончательно потечь чердаком.

Надо уходить и чем быстрее, тем лучше.

Надо … да? Надо …

Да не могу я! Не хочу и все. Смотрю на нее. Хочу дотронуться. Просто сдыхаю от желания. Сажусь рядом. Нет возможности себя окорачивать, останавливать. Не выдерживаю и кладу ей ладонь на живот.

Ну вот и пиздец мне пришел.

Тонкая кожа подрагивает под моими горячими пальцами. Явно чувствую пульсацию. Касаюсь нежно, еле уловимо и поддавшись накатившему порыву сдвигаю ладонь вверх. Останавливаюсь прямо под грудью.

Задерживаю дыхание. В разящем порыве сгибаюсь пополам. Коротит по-звериному жестко. Лучше бы я сдох прямо сейчас, потому что именно теперь ярко ощущаю, что отдал бы все что есть за ночь с ней. Готов даже за неполноценный секс топить, просто чтобы дотронулась до моего члена, просто чтобы обхватила рукой и…

Нельзя. Испугается.

Что делать с химией, м? Что мне с ней делать? Чем пригасить бушующую соду уксусом. Она шипит, как бешеная. Реакция не заканчивается.

Уйти надо. Прям сейчас встать и свалить. Куда угодно, хоть к черту на рога.

Тянется подо мной. Пальцы непроизвольно пляшут по горячей коже. И снова ток через подушечки бьет. Хочется сунуть башку под ледяную струю и хоть немного прийти в себя. Остудиться, скинуть жар. Вся херня в том, что не хочу шевелиться, продолжаю жадно втягивать в себя ощущения.

– Холодно …

Бормочет во сне, поджимает ноги.

Натягиваю одеяло, разрываю наш мучительный контакт. Подсовываю с одного бока, чтобы удобнее было. Яна перестает дрожать, расслабляется. Нагибаюсь поправить второй край. Сейчас сделаю и свалю отсюда к чертовой бабушке, иначе беды не миновать.

Малышка во сне накрывает ладошкой мою руку, тянет к себе под грудь. Не остается ничего, кроме того, чтобы лечь рядом и обнять со спины. Отодвигаюсь немного, чтобы не упираться в задницу стояком.

Не дай бог проснется. Отпираться уже будет нечем.

Ерзает.

Хорошо, что между нами одеяло. Это очень даже прекрасно. Но мне если честно хватает. Тело как наркоман на закладку реагирует. Плевать, что радар притупился, все равно цель внутренне настроенными лучами ощущаю безошибочно.

Отодвигаюсь еще.

Она за мной. Ведь спит же. Вижу, что крепко спит. Не притворяется. Да что ж ты делаешь, Ян!

У меня футболка хоть выжимай и стояк бетонный, а ты как тень. Что мешает встать тебе, Миш? Закрадывается подленькая мысль. Ведь ничего же. Ну вали тогда, чего ты.

Мучительно сглатываю.

И вот тут фаталити – она поворачивается.

Лицо Яны близко. Губки распахнуты, она глубоко и размеренно дышит. Волосы упали на лоб. Вытягиваю руку, отбрасываю густую прядь. Мягкие какие. Бровки идеальные, в разлет. Носик аккуратненький, немного вздернутый. И губы.