Чтение онлайн

Тот молча взял письмо и, прищурив один глаз, принялся за чтение. Когда Альберту стало казаться, что Хлопунг уже целую вечность держит в руках этот листок, староста поднял глаза и, возвращая письмо, процедил сквозь зубы:

— Что ж, господин Альберт, тот факт, что вы ученик господина Кристиса — делает вам честь... Только вот я что-то не припомню, чтобы я вас видел когда-нибудь здесь, в Зирдене. Да и господин доктор ни словом не обмолвился о том, что у него есть ученики... — Хлопунг замолчал, "впившись" недоверчивым взглядом в лицо Альберта, и тот уже открыл было рот, чтобы в очередной раз солгать, но староста, глубоко вздохнув, продолжил:

— Ну, Рум с вами. Господин Кристис объездил пол-Мазергалы, и я верю ему. Что ж, господин Альберт, вы имеете право заночевать в Зирдене. Я вам советую остановиться вот здесь, — он вытянул руку и показал на двухэтажный дом с вывеской над входной дверью. Надпись на вывеске гласила — "Таверна "У Грингора". Ночлег и еда — всегда!".

— Здесь не такой клоповник, как у Валтара в Бруксе, — Хлопунг брезгливо скривился и хмыкнул, а затем, обращаясь к Слогуну, сказал:

— Проклум ведь не причинил вам никакого вреда. За что же вы ударили бедного сумасшедшего?

— Я его не бил. Он так орал, господин Хлопунг, что я стал бояться, как бы он не набросился на меня, вот и толкнул его легонечко! Вы бы его хоть под замок посадили!

— Не смейте мне советовать! — рявкнул Хлопунг. — Занимайтесь своим фургоном и не лезьте в дела Зирдена! Ими занимаюсь я!

"Какой неприятный тип, — подумал Альберт. — Прямо-таки упивается своей властью! Нет, у него нельзя спрашивать о Жоре. Этот Хлопунг хитёр, как сто лисиц"! — решил Альберт и тут вдруг вспомнил о том, что доктор Кристис просил передать, чтобы всех кому будет нужен доктор, посылали в Бруксу. Альберт сказал об этом Хлопунгу и тот буркнул в ответ, что "Кристис любит возиться со всякой беднотой, у которой в кармане — всего лишь вошь на аркане".

Альберт промолчал. Он лишь подумал: "Интересно, кем же он был до того, как стал старостой? Наверняка, никем! Как меняет человека власть! Этого белобрысого клоуна она изменила отнюдь не в лучшую сторону!".

Между тем староста продолжал внимательно рассматривать Альберта. От его цепкого взгляда не ускользнула ни одна деталь костюма странного гостя. Альберт почти физически ощущал на себе этот взгляд, но и сам смотрел, не моргая, прямо в глаза этому "рьяному служаке".

Убедившись, что Альберт ведёт себя совершенно спокойно, как и подобает человеку, которому нечего скрывать, Хлопунг промолвил:

— Путь до Вааха долог, так что я советовал бы вам переодеться, господин Альберт. Раз уж господин Кристис поручился за вас, то мне всё равно — откуда вы взялись. Но, если бы у вас не было на руках никаких бумаг, я, не раздумывая, упрятал бы вас за решётку. У нас, знаете ли, встречают по "одёжке", а провожают..., провожают, как придётся! Хозяин таверны подскажет вам — где живёт портной. На этом всё. До свидания. У меня и без вас полно дел, — последние слова он выпалил скороговоркой и, развернувшись, зашагал прочь.

Когда Хлопунг отошёл достаточно далеко, Альберт спросил Слогуна, который уже направил лошадей к таверне:

— А у вас, в Бруксе, есть староста?

— Нет, пока не назначили. А если выберут, спаси нас Рум от такого, как этот Хлопунг! — ответил Слогун.

— Это точно, — тихо промолвил Альберт. — Спаси, Рум...

— Господин Альберт, — неожиданно спросил Слогун. — С каких это пор вы — ученик доктора Кристиса? По-моему господин Кристис сам учился у вас вчера. И кого вы ищете в Зирдене? Своего друга, я слышал?

— Послушайте, что я вам скажу, Слогун, — "стальным" голосом отвечал Альберт. — Не вмешивайтесь в мои дела. Вот вам пять каблов, за то, чтобы вы молчали по дороге в Бруксу, а там, если вам станет так уж любопытно, расспросите обо всём господина Кристиса. Я уверен — он вам всё объяснит. А ещё лучше — забудьте про свои вопросы, и, когда вернетесь домой, напейтесь, как следует! Говорят, это помогает от излишнего любопытства!

Последние слова Альберта прозвучали, как угроза, и Слогун, вспомнив рассказ шкипера Клипса о ночной драке у "Рыбьей головы", счёл нужным тут же извиниться, взял пять каблов, которые предложил ему Альберт и сунул их в карман. От "больших" денег Слогун не привык отказываться.

Он остановил повозку у порога таверны "У Грингора". Альберт соскочил на землю, вытащил сумку и, перекинув её через плечо, бодро сказал:

— Что ж, Слогун, прощайте, и не забудьте о том, что я вам говорил!

— Прощайте, господин Альберт. Хоть вы и чужеземец, но душа у вас добрая! — ответил Слогун, щёлкнув бичом и фургон, громыхая по бородавчатой мостовой, покатился к окраине города, где располагался кабачок, настолько любимый извозчиком, что проехать мимо него и не выпить стаканчиков пять "весёлки" для Слогуна было просто-напросто кощунством по отношению к себе и Руму.

Альберт, между тем, вошёл в таверну. Её зал разительно отличался от зала "Рыбьей головы". Он был намного просторнее, чище и светлее, стены его были украшены большими коврами причудливых расцветок. Широкие окна, выходящие на площадь, пропускали достаточно света для того, чтобы посетители могли свободно передвигаться между небольшими круглыми столиками, не опасаясь набить себе синяков, а также могли, как следует рассмотреть в своих тарелках и кружках, то, что они едят и пьют. Деревянные стулья, столы и стойка бара были украшены богатой резьбой, что создавало, приятное каждому человеку, ощущение домашнего уюта.

Альберту повезло. В зале сидели лишь три человека за одним из столиков. "Чем меньше людей меня увидят в этой одежде, тем лучше", — подумал он и направился к стойке бара, за которой, впрочем, никого не было. Один из сидящих за столиком людей, длинноволосый крепкосложенный субъект, оказался хозяином таверны. Увидев гостя, он поднялся, прервав разговор со своими собеседниками, и направился к Альберту.

— Добрый день, — поздоровался он, заходя за стойку. — Я — Грингор, хозяин этого заведения. Что желаете?

— Моё имя — Альберт. Я — ученик доктора Кристиса. Я только что вернулся из далёкой страны и хотел бы остановиться в вашей таверне. И ещё мне нужна новая одежда. Ваш староста сказал мне, что вы можете показать, где живёт портной. Сами понимаете, в таком одеянии я вызываю у окружающих удивление.

Альберт быстро взял инициативу "в свои руки". Он понял, что таким образом предотвратит излишние вопросы и кривотолки. Он нарочно говорил громко, чтобы те двое за столом как следует расслышали его. Альберт вновь достал из кармана сложенный вчетверо листок бумаги — письмо Кристиса и сказал, обращаясь к Грингору: