Меценат из ментовки
Шрифт:
За то время, что бывшие сослуживцы не виделись Олег из поджарого с волевым подбородком, жестким ртом и острым взглядом молодого человека превратился в вальяжного плотного дядьку с сытым расплывшимся лицом и тусклым взглядом. Произошла метаморфоза и с Жориком. Он наоборот из цветущего, жизнерадостного, накаченного человека обратился в желчного морщинистого доходягу с холодными блестящими глазами.
Бывшие однополчане помедлили, прежде чем приветствовать друг друга, не зная стоит ли проявлять чувства при встрече, однако слегка обнялись, затем крепко пожали друг другу руки.
– Привет, Олежка!
– отступив на шаг, сказал Привольнов.
– Отлично выглядишь.
Стражников одернул форменную рубашку.
– Да и ты неплохо. Похудел только.
– Врал Стражников. Хотя Жорик и был прилично одет, за версту было видно, что он опустившийся тип.
– Как ты меня нашел?
Привольнов покосился на проезжавшую мимо милицейскую машину. Подозрений она у него не вызвала.
– Не составило особого труда, - изрек Жорик, успокаиваясь.
– Слышал я краем уха, что ты в нашем городе в Орджоникидзевском районе в РОВД работаешь. Позвонил в дежурную часть, мне и подсказали твой номер телефона.
– Ну, ты даешь!
– изумился Стражников.
– Тебя же чуть ли не в международный розыск объявили, а ты по милициям звонишь!
– Так ты уже знаешь, - расстроено произнес Привольнов.
– Быстро же до тебя слухи дошли.
– Конечно знаю, и не только я. В городе нет такого милиционера, которому не были бы известны твои приметы. Ладно, нечего здесь светиться. Пойдем в кафе, там поговорим.
Стражников повернулся, поднялся по ступеням и по-хозяйски распахнул дубовую дверь заведения. В квадратной комнатке, разделенные стойкой бара с кассовым аппаратом на ней, ворковали парень с девушкой. При виде милиционера парочка враз смолкла и невольно вытянулась.
– Все в порядке, ребята, не напрягайтесь!
– тоном человека, привыкшего к проявлению почтения со стороны окружающих, - сказал Стражников.
– Мы перекусить зашли.
– О, да конечно, пожалуйста, проходите!
– засуетилась миловидная девица, судя по кружевному передничку, официантка.
– Мы рады вас обслужить.
– А вот посмотрим, как вы рады, - ухмыльнулся майор.
– Главное, чтобы мы довольные остались.
Девушка, а за ней Стражников и Привольнов, вошли в следующее помещение с тремя кабинетами на одной стороне и несколькими кабинками на другой. Для интима в последних горели бра, а в дверном проеме были подвешены длинные, похожие на деревянные бусы висюльки. Одна кабинка была занята, остальные свободны. Сквозь арку в конце коридора просматривался уголок зала, в нем за полированным столом сидела парочка и переговаривалась. Негромко играла музыка.
– Вы где хотели бы устроиться, - остановившись спросила официантка.
– В кабинете, в зале, в кабинке?
– В кабинете, - не раздумывая, ответил майор.
– Нам поговорить по душам нужно.
Девица распахнула одну из дверей.
– Прошу!
В крохотной комнатке с окнами, выходившими в палисадник, стоял крытый белой скатертью стол и шесть стульев. Пахло табачным дымом и цветшими за приоткрытым окном розами. Как только посетители расположились за столом, официантка подала меню и застыла в выжидательной позе. Бывшие спецназовцы, посовещавшись, выбрали тушеную с грибами курицу со сложным гарниром, салаты, бутылку напитка и хлеб «ассорти».
– Водку, коньяк, пиво?
– вопросительно взглянув на Жорика, поинтересовался Стражников.
– Я не пью, - твердо сказал Привольнов.
– Вот как?
– в голосе майора проскользнули нотки сомнения.
– А я слышал наоборот, ты этим делом, - он сделал красноречивый жест у горла, - злоупотребляешь.
Жорику очень не хотелось развивать болезненную для него тему.
– Было одно время, - признался он неохотно.
– Да завязал.
– Что ж, похвально!
– Майор повернулся к застывшей официантке: - Мы ждем заказ, девушка.
– Минутку, Олег Владимирович, - пообещала девица и упорхнула.
Привольнов удивленно посмотрел ей вслед.
– Откуда это она тебя знает?
– поинтересовался он.
Стражников сделал недоуменное лицо.
– Без понятия. Слышала, наверное. Я же проституток курирую. А они в барах, кафе да ресторанах торчат. Вот и мотаюсь по злачным, приличным и не очень местам. В «Витязь» тоже несколько раз по делам заглядывал, вот, наверное, официантка и запомнила. Но да бог с ней. Давай о тебе поговорим. В общем, пришла на тебя ориентировка, Жорик - разыскивается особо опасный преступник - и твои приметы. Я до последнего не хотел верить, что это ты, однако, когда сегодня утром услышал твой голос по телефону, все сомнения отпали. Натворил ты дел, Жорка!
– Стражников не смог скрыть возмущения.
– Это ж надо Жорка! Привольнов Жорка, балагур и весельчак, вдруг главарь банды, убившей нескольких человек, сам расстреливает своих подельников, а потом, когда его ловят, сбегает из-под стражи! Ты рехнулся, Жорик! В кого ты превратился? Ты, кто сам сражался с отморозками, кто ненавидел и презирал их, ты, кто не раз спасал людям жизнь, и сам готов был отдать ради их спасения свою жизнь, стал бандитом. Уму непостижимо! Короче, я специально приехал на встречу с тобой, чтобы уговорить тебя сдаться. Другого выхода у тебя нет, уж поверь мне.
– Ладно, ладно не кипятись, - примирительным тоном сказал Привольнов.
– Никакой я не отморозок, не главарь, а самый обыкновенный бич, из которого хотят сделать козла отпущения.
Стражников небрежно махнул рукой.
– В подобной ситуации любой бы так сказал.
– Да правду я говорю, Олег, - с обидой в голосе произнес Привольнов.
– Подставили меня.
– Кто?
– майор все еще не верил.
Жорик дернул здоровым плечом.
– Кабы знал. Мужик какой-то Вячеславом зовут. Предложил автомат за штуку баксов в кафешку снести и передать одному типу. Я задаток взял и поперся как дурак. Там меня ОМОН и повязал. Оказалось из АКМСУ этого банду расстреляли, а до этого нескольких человек завалили. Меченый ствол подсунули мне.
В больших со слегка отечными веками блекло-голубых глазах Стражникова промелькнул интерес.
– Алиби на этот час у тебя есть?
– Да в том-то и дело, что нет, - с досадой бросил Жорик.
– Если бы алиби было, не было бы проблем. Я во время стрельбы в «Аладдине» дома в отрубе лежал и никто подтвердить этого не может. А на следующий день с бодуна в бар потащился похмелиться, да там приключение себе на одно место и нашел. Будь проклят этот Вячеслав!
Заинтересованное выражение в глазах майора исчезло, уступив место насмешливому.
– А говорил не пьешь!
Привольнов не стушевался.
– С тех пор и не пью, - заявил он хмуро и приложил к груди руку.
– Поверь мне, Олег, я ни в чем не виноват. Я отвечаю тебе, - и, видя, что бывший сослуживец все еще сомневается в его искренности, рассудительно заметил: - Ну ты сам подумай: будь я главарем банды, туго набившей деньгами карманы, неужели я разгуливал бы по городу и лез к тебе в поисках правды? Да я бы давно уже осел где-нибудь в курортном городе и транжирил с девками награбленные денежки.
Стражников заколебался.
– И все равно, - проворчал он, - даже если все произошло именно так как ты говоришь, ты обязан сдаться в руки правосудия. Милиция и суд во всем разберутся.
– Да никто ни в чем не будет разбираться!
– в сердцах воскликнул Привольнов.
– Майор, которому поручили вести расследование, заглотнул наживку. Он рад тому что появился персонаж, на которого можно спихнуть дело и получить благодарность от начальства, а то и премию. Ну, а мне суд даст пожизненное заключение, это точно.