Чтение онлайн

– А у тебя их куры не клюют, - пошутил Привольнов.
– Давай хотя бы напополам.

– У нас в спецназе, - рассмеялся майор, - единоличная форма оплаты за съеденный вместе обед называлась крохоборством. Заплатишь, Жора, в следующий раз, когда проблемы решишь.

– Что ж, я не против, - весьма довольный заявлением бывшего сослуживца, объявил Привольнов и убрал в карман деньги.

Стражников наоборот, достал пачку купюр. Он отсчитал несколько штук положил их поверх счета на стол и обратился к официантке:

– Ответь-ка моему приятелю, красавица, откуда ты меня знаешь? А то он очень интересуется. Да и мне любопытно.

– А вы разве меня забыли, Олег Владимирович?
– подивилась официантка.
– Я ж Самойлова Лена.

– Что-то не припомню, - честно признался майор.
– Кто такая?

– Ну как же Лена, я ж в «Светлячке» паслась, как принято у вас говорить, торговала своим телом, - хихикнула девица.
– Неужели не помните?

– А-а… Ленка!
– чему-то обрадовался майор.
– Ленка-промокашка! Вот теперь узнал. Но ты здорово изменилась.

Девица снова хихикнула и очертила указательным пальцем вокруг лица овал.

– Так я ж без боевой раскраски и путанского прикида. Обычный макияж и скромный наряд официантки.

– На работу, значит, устроилась?
– Стражников поднялся, следом за ним встал и Жорик.
– Это хорошо. А то, вроде, умная красивая девка и таким срамным делом занялась. И как, нравится работа в кафе?

Ленка-промокашка поморщила хорошенький носик.

– Да как вам сказать, Олег Владимирович, - не особенно. Послушалась я вашего совета, пошла на работу, в кафе вот устроилась. И что же, отработала несколько дней, пахала как папа Карло, бегала, целый день суетилась, ну и рассчитался со мной хозяин - за бой стаканов, которые не бились, высчитал, ежедневную подать, взял еще там за что-то, короче получила я за месяц ровно столько сколько когда-то за день в «Светлячке» зарабатывала. Так как, товарищ майор, такая жизнь нравиться может? Раньше меня по кабакам водили, а теперь сама прислуживаю… А вообще-то, спасибо вам, за то что в прошлый раз меня выручили.

– Ах, ты об этом, - махнул рукой Стражников.
– Да, ладно, чего уж там, это моя работа.
– Выходя за дверь, бросил: - А работу официантки не оставляй! Проверю!
– На улице, остановившись возле «Жигулей», майор пояснил.
– Попала эта промокашка под влияние одного отморозка. Наркотики употреблять стала, ну и в преступление ее втянул - драка с поножовщиной. В общем, пожалел я девку, еле-еле отмазал, а мужика того посадили. Поняла вроде, Ленка кое-что в этой жизни, раз на работу устроилась… Ну, давай, Жорик, - Олег пожал Привольнову руку.
– Звони, если что. Только имени своего не называй. У меня с шефом параллельный телефон. И еще: не проговорись, где-нибудь о наших с тобой взаимоотношениях.

Жорик взялся рукой за горло, показывая, что лучше удавится, чем проболтается.

– Ты меня знаешь. А тебе я обещаю: если не сумею найти настоящего главаря банды, скрываться от правосудия не буду. Сам приду в милицию и сдамся.

На том бывшие сослуживцы и расстались.

Худинский Вовка по прозвищу Худя вполне оправдывал свою фамилию, ну и прозвище тоже. Он был тощим, как большинство законченных алкоголиков с ввалившимися глазами и щеками, с провалом в том месте тела, где находится разрушенная алкоголем печень пьяниц, отчего фигура его стала похожа на крючок. Любая одежда болталась на Худе, как на вешалке, а ходил он еле передвигая ноги, будто только что вылезшая из саркофага мумия. Ссутулившись по своему обыкновению, Вовка стоял за буфетным столиком у пивного ларька, одной из точек, где собиралось местное братство пьяниц, и дул пиво, пропивая остатки заработанных накануне вечером поденной работой деньги. Подработать удавалось редко, ибо труженик из Худинского был никудышный. Загубленное алкоголем здоровье не позволяло Вовке поднимать что-либо тяжелее кружки или стакана. Так перехватит мелочишко за плевую работенку и хватит.

Много спиртного Худе не нужно. Со второй кружки он осовел и стоял сейчас, уткнувшись в кружку точно дремлющая лошадь в торбу. Он не сразу узнал подошедшего к нему Жорика.

– Худя, привет!
– сказал Привольнов, вставая таким образом, чтобы держать в поле зрения находившихся поблизости людей. Однажды в подобной же ситуации его уже повязали. Хватит проколов.

Худинский поднял к Привольнову глаза. Его затуманенный взор стал проясняться.

– Это ты, Жорик?
– нашел он в себе силы удивиться.
– Ты откуда?

– Да так, шел мимо, смотрю ты стоишь, дай, думаю, подойду.

Худинский перенес центр тяжести с одной ноги на другую, нога у него неожиданно подломилась, однако он тут же выпрямился.

– А мне сказали, тебя в ментовке закрыли.

Привольнов с беспокойством глянул по сторонам и, стараясь не заострять на данном вопросе внимания, сказал:

– Закрыли, да отпустили.

– Это хорошо, - боднул головой Худя.
– Ходят они здесь, все про тебя выспрашивают, да вынюхивают.
– Вовка подвинул к Привольнову кружку.
– На выпей, подлечись!

Соблазн был велик. Жорик облизал пересохшие губы. Выпить хотелось до одури, однако он пересилил себя и твердо сказал:

– Я не буду.

Слыханное ли дело, Жорка, Привольнов Жорка от выпивки отказывается. Вечно отвисшая нижняя губа Худи отвисла еще больше. Подметая ею стол, он проговорил:

– Ты что, братуха, рехнулся или тебе за падло со мной пивчик из одной тары хлебать?

Жорик против воли улыбнулся.

– Мы, Худя, столько пойла с тобой из одного корыта выпили, что теперь просто смешно о брезгливости говорить. Нет, Вовка, я завязал с пьянством.

Худинский отклонился назад, чтобы лучше разглядеть Привольнова.

– Странный ты какой-то, - пробормотал он, вновь наваливаясь на стол.
– Прикинутый весь… Будто и не нашенский парень… Мне даже стоять с тобой рядом стыдно.
– И Вовка по-идиотски захихикал.

– Да ваш, я ваш, - отмахнулся Жорик, сожалея, что вступил в долгие дебаты с бывшим собутыльником.
– Ладно, Худя, давай о деле поговорим.

Худинский медленно с шумом, будто наслаждаясь ароматом какого-то изысканного цветка, втянул носом воздух и с балдеющим видом проговорил:

– Ну, давай!

– Ты как Каа из мультика о Маугли шипишь, - рассмеялся Привольнов.
– Будто гипнотизируешь.
– Он придвинулся к приятелю.
– Помнишь, не так давно в «гадючнике» сидели небольшой компанией я, ты, Васька Широчкин и еще несколько человек?

Худинский прикрыл один глаз и посмотрел с таким видом, будто в другом глазу у него был монокль.

– Ты чего, совсем что ли?
– Он покрутил пальцем у виска.
– Мы же чуть ли не каждый день то здесь, то в «гадючнике», то в «Лотосе» ошиваемся. Откуда я могу помнить, где, когда и с кем сидел.