Чтение онлайн

– Не двигаться, мать вашу! Всех перестреляю на хрен! Лежать! Лежать!

Сидевшая на полу врачиха с выражением ужаса на лице откинулась на спину, а понятые дружно повалились на кровать, закрыв головы руками.

Старший лейтенант лежал на полу и, прижимая к себе сломанную руку, стонал. Он Привольнову был не опасен, ибо от него Жорик не ожидал активных действий, от врачихи и понятых тоже. Оставались майор и капитан. На них все свое внимание Привольнов и переключил. Оружием Лысенко воспользоваться также не сумел. Пистолет из его кобуры выпал и сейчас лежал рядом с ним. Жорик наступил на оружие и отбросил его назад к двери. Затем повел стволом в сторону Ковалева.

– На живот, майор быстро и руки за голову!

Ковалев недобро улыбнулся, вытер рукой окровавленный рот и, с ненавистью глядя на Привольнова, сказал:

– Ты не понимаешь, что творишь, урод! Ты за это поплатишься, ох, как поплатишься!
– однако распоряжение Жорика он выполнил. Перевернулся на живот и сложил на затылке руки.

– Каждый получит то, что заслужил!
– изрек Привольнов. Он шагнул к майору, достал из кобуры пистолет и уже с двумя стволами стал медленно отступать к двери.
– Когда умер Загребнов?
– спросил он врачиху.

Перепуганная насмерть женщина приподняла голову и удивленно уставилась на Жорика.

– Какой еще Загребнов, - пролепетала она, не совсем понимая о чем идет речь.

– Мужик тот, что лежит рядом с тобой!
– рявкнул Привольнов.
– Ну, отвечай, живо!

– Часа полтора назад, - хлопая глазами ответила врач.

Увы, алиби на этот час у Жорика не было. Полтора часа назад он ехал в автобусе, и, разумеется, никто из пассажиров этот факт подтвердить не сможет. Все против Привольнова.

Жорик нагнулся, подхватил с полу оброненный в ходе драки пиджак, взял третий пистолет и, разогнувшись, зловеще сказал:

– Мне терять нечего, мужики! Так что, если кто погонится за мной, пристрелю не раздумывая!
– с этими словами он выскочил из комнаты.

На стройплощадке по-прежнему никого не было. «Скорая» все еще стояла на бугорке. Вышедший из нее на звук выстрела водитель стоял на безопасном от вагончика удалении и с любопытством смотрел во двор стройки. Заметив Привольнова, он ретировался за машину.

Жорик в несколько прыжков преодолел расстояние от вагончика до ворот, швырнул пистолеты в яму, а затем, выскользнув на улицу, нырнул в сад.

Ночью Привольнов долго не мог уснуть. Жорика мучили вопросы кто и зачем убил Загребнова Андрея. «Ну, зачем, предположим понятно, - размышлял он, ворочаясь у Тамары в лоджии на скрипучем диванчике.
– Чтобы спрятать концы в воду. А вот кто?» Дело оказалось намного сложнее и запутаннее, чем Жорик предполагал, ввязываясь в авантюру с расследованием. «Выходит в банде было не четыре человека, а пять, - пялясь в темноте в потолок, продолжал рассуждать Привольнов.
– Кроме троих убитых в «Аладдине» бандитов и Загребнова, был еще кто-то, кто руководил преступной группировкой. Он-то и приказал Андрюхе расстрелять троих подельников, а потом подставить Ковалеву и Лысенко какого-нибудь пьянчугу из пивбара фигурой, смахивающего на Загребнова. Выбор пал на меня. А затем Он узнал, что я сбежал от милиционеров и начал вести собственное расследование. Опасаясь, как бы я через Загребнова не вышел на Него, Он убил Андрюху. Значит, нужно браться за поиски убийцы Загребнова. Отыскав его, я отыщу истинного руководителя банды, организовавшего ограбления в городе и погром в «Аладдине», а следовательно тем самым смогу снять выдвигаемые против меня обвинения. И с чего начать?.. Наверное с истоков - с «Аладдина».

Уснул Жорик далеко за полночь, встал в половине седьмого. Однако несмотря на раннее утро, хозяйка была уже на ногах. Вчера Ситникова пришла домой поздно - в больнице была срочная операция - Жорик уже спал, вернее делал вид, будто спит и Тамаре поговорить с постояльцем не удалось. Но сегодня за завтраком хозяйка принялась расспрашивать Привольнова.

– Как продвигаются твои дела?
– Ситникова с интересом взглянула на Жорика.

Привольнов решил до поры до времени не рассказывать Тамаре об убийстве Загребнова и о своих дальнейших планах на будущее. Отделался общими фразами:

– Идут потихоньку. На днях, думаю, закончу. Ты не волнуйся, Тамара, я скоро уйду.

– Да я не гоню тебя, - просто ответила Ситникова. Тамара женщина тактичная. Она, видя, что Жорик не расположен откровенничать, дальше расспрашивать не стала.
– Дай-то бог, чтобы у тебя все вышло так, как ты задумал, - сказала она, затем привстала, взяла с холодильника сверток и протянула Привольнову.
– Возьми. Я тебе джинсы и рубашку купила. Тепло уже стало, ты в своем костюме бросаешься людям в глаза.

А может и лукавила Ситникова. Просто тяжело ей было видеть Привольнова в одежде муже, вот и решила она приодеть своего постояльца. Но как бы там ни было Жорик испытывал неловкость, однако ломаться не стал и подарок от женщины принял.

– Спасибо, мне эти вещи сейчас позарез нужны, - избегая смотреть хозяйке в глаза, произнес он.
– Я не альфонс. Все верну.

– Я верю, - улыбнулась Тамара.
– Вчера не пил?

Привольнов покачал головой:

– Нет, я же обещал.

– Вот и отлично. А теперь давай завтракать!
– и хозяйка стала разливать в чашки чай.

После завтрака Жорик примерил обновки. Они пришлись ему впору. Разглядывая себя в зеркало, посетовал:

– Мне подстричься бы не мешало. Засветился я вчера в одном месте, внешность изменить требуется.

Наблюдавшая за Привольновым хозяйка предложила:

– Если хочешь, я тебя подстригу. У меня машинка есть электрическая. Лежит вон без дела несколько лет.

– Серьезно?
– обернулся Привольнов.
– Ты умеешь стричь?

– А почему бы и нет?
– Тамара встала с дивана и достала из мебельной стенки коробку с изображенной на ней электрической машинкой для стрижки волос.
– Я мужу волосы постоянно стригла. Ему как офицеру все время приходилось носить короткую стрижку.

– Отлично!
– Привольнов поставил на середину комнаты стул и уселся на него.
– Стриги, и чем короче, тем лучше.

Двадцать минут спустя с короткой солдатской стрижкой Привольнов отправился в ванную бриться. На полочке под зеркалом вместо женской бритвы он обнаружил мужскую и усмехнулся. Жорик сбрил бороду, а усы брить не стал, решил отращивать. Теперь с солдатской стрижкой, с проступившей полоской усов, в новеньких черных джинсах, темной клетчатой рубашке с коротким рукавом он разительно отличался от вчерашнего мужчины в костюме, вырубившего в вагончике троих милиционеров, а на Привольнова-бича и вовсе не был похож.