Чтение онлайн

— Щиты! — рявкнула Элия. Льдины ударились о щиты, крошась и царапая дерево. Третьей волны не последовало.

— Вот же уроды! — то ли удивился, то ли восхитился Нейтан, переводя дух.

Дальше поднимались без особых приключений. Мелкие ловушки за проблемы я не считаю.

На пятом этаже свет факелов внезапно погас, погружая весь этаж во тьму. Из самых темных уголков послышались тихие шорохи и скрипы. Тьма сгустилась еще сильнее, накрывая нас непроглядной пеленой. Я даже не заметил, как потерял из виду остальную группу.

— Эй, вы тут?! — позвал их, но услышал только собственное эхо.

Я скорее почувствовал, чем увидел удар, направленный мне в шею и инстинктивно отбил клинок топором. Следующий удар был нацелен в спину. затем еще один и еще. Неизвестный противник не давал мне отдохнуть, нападая со всех сторон.

— Das khandor urgala! Das urbou zelost! — громкая молитва Элии разорвала тишину. За ней последовал золотой свет, изгоняющий пелену мрака. Тьма взвыла, рассыпавшись пеплом. Факелы снова зажглись, будто только что ничего не было. Лишь ошарашенные лица группы напоминали о пережитом кошмаре.

Чем выше мы поднимались, тем холоднее становился воздух. Сначала изо рта пошли облачка пара, затем доспехи медленно начали покрываться инеем. Начинали сильно замерзать руки и лицо. Лестница превратилась в ледяной серпантин. Чуть оступишься и полетишь вниз пересчитывать скользкие ступени. Пришлось схватиться руками за ледяные перила. Каждое прикосновение к ним оставляло на коже ледяные ожоги. С большим трудом мы поднялись на очередной этаж, покрытый льдом.

— Здесь… — прошептал Нейтан, указывая на пол, где узоры складывались в кричащие или хохочущие лица. — Они наблюдают за нами. Бесовы отродья!

Он первым шагнул вперед — и камень под его ногой провалился, открыв пропасть с шипами внизу. Я с трудом успел ухватить дер Клаузевица за шиворот, чтобы не дать ему свалиться.

— Внимательно смотрите под ноги! — крикнул я остальным, отвесив легкую оплеуху приятелю.

— Ах тыж паскуда! — со страху выругался Мирин, когда в стене напротив его головы открылась ниша и оттуда вылетела огромная сосулька. Если бы не реакция Зарии, он бы уже валялся с пробитой головой.

На этом этаже мы шли как по канату над бездной шли, как по канату над бездной. Друг за другом, шаг за шагом медленно и осторожно. Длинной палкой я простукивал впереди стены и пол, стараясь обнаружить новые ловушки.

Дальше больше. Пройдя этаж, мы снова вышли к лестнице, замерзшей полностью. Ее будто водой полили, потому что ступеней не было видно под слоем льда. Мне пришлось доставать топоры и буквально вырубать новые, узкие ступени. Так мы и менялись, постепенно продвигаясь вверх.

Хорошо, что холод вскоре закончился, как и ледяная лестница.

— Вот же пакостники эти маги были! — возмутился Нейтан, переводя дух у стены. — Я думал лежать в яме это будет самое страшное, а тут все еще хуже оказалось! Правильно, что вы их решили того, — он чиркнул пальцем по горлу.

— Я бы попросила! — возмутилась Зария, подлечивающая руки членов группы. — Или мне тебя не лечить?!

— Прошу простить, — Нейтан сконфуженно замолчал.

Когда мы вползли на последний этаж, силы покинули даже самых стойких. Зал открылся перед ними во всём своём проклятом величии: гигантский купол, испещрённый звёздными картами, и в центре — пьедестал, окутанный сиянием щита. На нём лежала Печать Богини: диск из чёрного обсидиана, обрамлённый серебряными рунами, которые пульсировали, словно живые

— Здесь тоже ловушка! — сообщил Мирин, разглядывая узор на полу в виде переплетенных линий и рун, сходящихся к пьедесталу.

— Кровь, — догадался Мирин, внимательно осмотрев линии. — Замок требует либо жертвы, либо силы. Сейчас я попробую открыть. Зария, подстрахуй если что.

— Хорошо, — кивнула девушка.

Мирин сосредоточился и положил руки на основание линий, запуская в них свою силу. Линии засветились тусклым, голубым свечением. Сила мага пошла по ним, замыкая руны. Лицо Мирина покрылось потом от перенапряжения. Маг стиснул зубы, но продолжал закачивать силу в механизм.

Когда оставалось совсем немного, он крикнул: — Зария! Еще чуть-чуть, я выдохся!

Девушка положила свои руки на его и тоже принялась отдавать свою силу. Совместными усилиями они замкнули последнюю руну. Механизм щелкнул и щит схлопнулся.

Печать богини парила в воздухе над пьедесталом. Теперь, когда щит рассеялся, ее сияние слепило.

Элия вздохнула и медленно направилась к печати. Протянула руку, пальцы замерли у самого обсидианового диска, а потом святая решилась и взяла печать рукой, снимая с пьедестала.

Эридан внутренне напрягся, ожидая сюрпризов, но ничего не произошло. Больше ловушек древние маги не оставили. Зато они оставили послание.

Рядом с пьедесталом появился высокий старик в мантии. Его фигура была соткана из света. Он осмотрел всех собравшихся в зале и вздохнул: — Это послание для тех, кто рискнул забрать печать от темницы, которая сдерживает сущность, запечатанную в ней. Берегитесь глупцы, ибо не знаете вы, что творите!

— Что это за чудик? — фыркнула Элия, убирая печать в сумку.

— Если сущность освободится из темницы, последует цепная реакция! Другие сущности тоже освободятся и снова станут царствовать, используя людей и нелюдей в своих божественных играх! Выпустив их, вы станете рабами!

Мы с Элией переглянулись. В словах полоумного мага было зерно истины. По факту, сейчас я исполняю волю Аргоса и делаю то, что он мне скажет. Чем это отличается от рабства? Разве что тем, что здесь меня награждают и не бьют кнутом.

— Он может быть прав! — Мирин уставился на нас круглыми глазами.

— Да? — со смешком спросил у него я. — Тогда и обычная работа — это рабство, а уж служение вашему ордену вдвойне рабство.

Маг задумался, переваривая мои слова.

— Не верь всему, что говорят другие. Каждый преследует свои цели. Сейчас нам без этой печати просто не справиться с монстрами. Идем. Твари ждать не будут.

Когда мы вышли с третьего яруса над городом сгущались сумерки. Первое, что бросилось в глаза с возвышения — это десятки факелов, стоящих и мечущихся по первому и второму ярусам города. Толпы людей заполонили нижние уровни. Они были везде, куда не кинь взгляд. Разговаривали, сидели, лежали, готовили на небольших костерках. Не только гражданские были здесь, но и мастеровые. Пустой город в одночасье наполнился людьми.