Меченый. Том 5. Линия разлома
Шрифт:
— Метро к вам будут тянуть. Ну, не то что к вам, а вообще на север. Через Химки и Шереметьево, — это тоже было еще одним последствием моих действий. Помнится, в моей истории метро на севере Москвы, за пределы городской черты, тянули очень неохотно. А тут вместе с присоединением к городу значительного куска области планы по развитию инфраструктуры достаточно оперативно пересмотрели. Впрочем, строительство подземки — дело не быстрое, поэтому я чуть-чуть подумав добавил, — а пока посмотрим, что можно сделать. Или дополнительные автобусы пустим, или дополнительные электрички. Решим вопрос. Составь список отличившихся, с машинами поможем…
Пройдя по нескольким длинным коридорам и пару раз отметившись на постах охраны — а как же, все по-взрослому — зашли в местный «сборочный цех». Фактически это было небольшое экспериментальное производство, где из готовых компонентов собирали приставки в разных конфигурациях. Проверяли разные варианты корпусов, разъемов и так далее, причем, судя по отдельно собранной куче битого пластика, проверяли будущие игровые приставки весьма жестко.
— А с играми что? — Поинтересовался я тем, в чем хоть немного разбирался. Ну, правда, от того что мне покажут готовый «Вектор», ничего не изменится, я в электронике все равно не разбираюсь особо, разве что по дизайну могу свое мнение высказать. А вот игры — это совсем другое.
— С играми полный порядок, — Пажитнов в первый раз за встречу действительно довольно улыбнулся. — Уже два десятка считай готовы к выпуску хоть сейчас. У нас тут такой отдел тестировки собрался, что обзавидуешься…
И, конечно, игры — это была только самая верхушка айсберга, позволяющая просто немного «отбить» затраты на программу цифровизации страны. Пусть не полностью, пусть на копеечку, но все же.
В «Цифровизацию» мы вкладывали просто невообразимые средства. Больше, чем в сороковых в «ядерный проект». Для сравнения: на создание ядерного комплекса в 1949 году было потрачено 4,9 миллиарда рублей «старыми» при общем бюджете СССР порядка 400 миллиардов. То есть там тратилось где-то 1,2% всех средств.
Мы только в 1988 году на цифровизацию и все, что с ней связано — начиная от съемки детских мультиков соответствующей тематики и увеличения мест в вузах, заканчивая фундаментальными исследованиями по теме — собирались потратить 7,3 миллиарда рублей. Можно сказать, что все сэкономленные на сокращении военных программ средства целиком и полностью уходили в развитие электроники.
Сразу в нескольких городах — Куйбышев, Минск, Киев — строились новые производства. Строго по одним спецификациям и одинаковым техпроцессам, чтобы внедрять унификацию прямо «от корней». Осваивалась нарезка и обработка 150 мм кремниевых пластин, создание на их базе экспериментальных чипов по заявкам различных производств. Во всю шла борьба за чистоту, разрабатывались системы вентиляции и протоколы работы с персоналом, которые позволили бы в будущем окончательно решить этот вопрос.
Одновременно начался заход на отечественную фотолитографию. Фотошаблоны, источники света, фоторезист и химикаты, контрольно-измерительная аппаратура. Что-то удавалось купить заграницей и потом пересобрать методом обратного инжиниринга, что-то приходилось делать с нуля. Была надежда, что наши тайные инвестиции в западные компании дадут нам возможность вообще без сопротивления тащить оттуда уже готовые технические решения, более того ручеек информации — а кое-где и готового оборудования — уже вполне тек, радуя мою душу пониманием, что все не зря.
Стандартизация программного обеспечения. Приняли так называемый ЕССПО-87 — единая система стандартизации программного обеспечения — и теперь создавать программный продукт по госзаказу можно исключительно в рамках этой системы. Причем сразу решили пересматривать этот свод правил раз в 2 года, чтобы не «закостенеть» искусственно всей отрасли.
Короче говоря, масштаб изменений был воистину титанический.
— Знаете, есть у меня одна идея, — я взял со стола чистый лист бумаги, карандаш и принялся тут же переносить мысли «на плоскость». — Я уже два года думаю о том, что сам хотел бы поиграть в такую игру.
— Уже интересно, — хмыкнул Пажитнов, явно восприняв мой заход с определенным скепсисом.
— Назовем жанр условно стратегией в реальном времени. Вид сверху. Две фракции — условно СССР и США. Мы можем строить здания и производить в них солдат, танки, самолеты. Собирать ресурсы — условно опять же железную руду и нефть. Плюс есть показатель энергии от электростанций. И лаборатории, где исследовать улучшения… — Я буквально в пять минут накидал идею миникарты, панелей управления, выделения юнитов мышью и так далее… Грабить «караваны» тут, конечно, было нельзя, но в том, что классическая RTS за пару лет до «Дюны» станет успешной, все равно не сомневался. — Назовем ее условно… «Красная тревога»…
Глава 19
Развитие СовСети
14 марта 1988 года; Зеленоград, СССР
ПРАВДА: О партийной ответственности
В ходе плановой проверки соблюдения социалистической законности, Комитетом партийного контроля при ЦК КПСС выявлены вопиющие факты грубейших нарушений, допущенных при зачислении и обучении в Московском государственном институте международных отношений (МГИМО) Ильхама Алиева.
В течение всего срока обучения успеваемость Алиева-младшего не имела формальных пробелов, однако, как показывают свидетельства преподавателей и данные проверки, достигнута она была не добросовестным трудом, а в результате системного давления и сговора.
Расследование однозначно показало, что возможность для подобных махинаций была создана исключительно благодаря протекционизму и злоупотреблению служебным положением со стороны его отца, Гейдара Алиева, на тот момент — члена Политбюро ЦК КПСС.
Комитет партийного контроля подчеркивает, что данная проверка была инициирована исключительно в рамках борьбы с коррупцией и блатом в системе образования и никак не связана с приговором, вынесенным в марте 1987 года советским судом Гейдару Алиеву, бывшему члену Политбюро, осужденному за попытку государственного переворота. Мы руководствуемся принципом, что сын за отца не отвечает.
В связи с выявленными чудовищными фактами, Президиумом Верховного Совета СССР и Комитетом партийного контроля принято решение о начале масштабной проверки дипломов о высшем образовании, выданных за последние двадцать лет рядом столичных вузов, прежде всего — детьми и родственниками видных деятелей Коммунистической партии, как нынешних, так и бывших.
Ситуация, когда дети ответственных работников получают особые, ничем не заслуженные привилегии в ущерб детям рабочих, колхозников и интеллигенции, является абсолютно нетерпимой в социалистическом обществе. Политбюро ЦК КПСС взяло твердый курс на искоренение подобных явлений, на борьбу с непотизмом и карьеризмом
«Скажем „нет“ формированию нового дворянского класса из членов Партии!» — заявил Генеральный секретарь ЦК КПСС М. С. Горбачев на последнем заседании Политбюро.