Чтение онлайн

— Боюсь, что моя сеть просто не потянет те объемы, которые будут интересны Советскому Союзу. Да, по меркам Нидерландов мы достаточно крупные игроки, но… Вам же, наверное, интересен весь рынок Европы, а не только маленькая Голландия?

— Да, но всегда нужно начинать с малого…

Знал бы собеседник, каких трудов мне стоило протолкнуть свою идею хотя бы в таком урезанно-экспериментальном виде. Чего мне только не предъявляли, начиная от непотизма, заканчивая попыткой шатать ленинские устои… Ну и в некотором смысле все это было правдой, если уж совсем честно говорить. Другое дело, что альтернатив вот так сходу найти было не так-то просто. Но, наверное, нужно тут рассказать по порядку.

Помимо нефти, газа и прочих сырьевых товаров СССР экспортировал еще и кучу других товаров. В том числе бытовую технику, всякую электронику и прочие ТНП. Но как традиционно была устроена схема этого экспорта? Фактически это был вариант ФОБ, если проводить аналогию с правилами Инкотермс. То есть иностранный покупатель либо приезжал в СССР, либо как-то связывался с нашими торговыми представителями, выбирал нужный товар из предложенного, расплачивался и забирал его на территории Союза. Иногда товар доставляли советскими кораблями и самолетами на место, но это уже не так важно, важно то, что Советский Союз как продавец сам вообще не пытался зайти на внешние рынки.

Почему Министерство Внешней Торговли как орган, у которого было монопольное в СССР право на ведение ВЭД, не пробовал самостоятельно развивать экспортную торговлю, беря риски на себя и тем самым повышая маржинальность всего процесса? Тут имелась целая пачка причин.

Во-первых, СССР не доверял своим людям. Одно дело отправлять куда-то дипломата с командировочными в 20 долларов в день, и совсем другое — открывать в капстране полноценную торговую фирму с оборотом в миллионы и реальной вероятностью того, что половина персонала тупо сбежит, своровав часть денег. Во-вторых, в СССР было просто запрещено инвестировать средства в западные страны. То есть любые торговые операции должны были заканчиваться тем, что денежные средства предполагалось возвращать в СССР. А как это сделаешь, если у тебя сетевая торговля? Там нужно инвестировать в расширение бизнеса, в рекламу, в страхование, в… в кучу вещей. Естественно, коммунистам идея вкладывать средства в экономику потенциального противника не нравилась, тут их трудно обвинять.

— Гол! — Команда в белых футболках прорвалась к воротам противника. Стадион на это отреагировал весьма сдержано, не удивительно — западные немцы, как водится, болели «за своих», зато мне никто не мешал радоваться.

— Гол в ворота сборной Нидерландов на сорок третьей минуте забил Александр Заваров! — И опять же немецкая речь мне была понятна только по контексту.

Все же отъезд части игроков на запад усилил сборную, несмотря на то, что изначально Лобановский был против и предрекал провал. Но нет. Прямо сейчас на поле играло сразу шестеро из одиннадцати игроков, находящихся в статусе легионера. Киевское «Динамо» резко потеряло статус базового для сборной клуба — оттуда сейчас был призван только Василий Рац — который, впрочем, уже тоже готовился уехать в Испанию — а остальные игроки представляли, если брать советские клубы, «Спартак», «Днепр» и «Динамо» Минск. Впрочем, есть подозрение, что если игра продолжится в текущем ключе, из этого состава уже к концу лета в Союзе не останется вообще никого. Это, конечно, бьет по нашей игре в еврокубках… Но там уже новое поколение подрастает, земля русская талантами, глядишь, еще не оскудела.

Почти сразу после гола судья свистнул на перерыв, и у нас с Филиппом Халфином — братом Дианы по отцу, который, собственно, и унаследовал фирму по продаже электроники — появилось время, чтобы спокойно поговорить. Благо никакой особой тайны, чтобы скрываться и секретить этот разговор в обсуждаемой теме, не имелось.

(Филипп Халфин)

— Мальчики, не скучайте, мне нужно отойти в дамскую комнату, — принцесса, явно осознавая момент, предпочла оставить нас один на один.

— Поймите, Филипп. У СССР огромные возможности в потенциале, но вот с их реализацией имеются очевидные сложности. У нас банальным образом нет людей в достаточном количестве, которые бы знали языки и разбирались бы при этом в коммерции. Зато у нас есть огромный промышленный потенциал, относительно дешевая рабочая сила, ресурсы, которые европейцам даже и не снились. И поэтому я предлагаю вам сотрудничество, мы готовы нести риски в равной степени, а для вас — это шанс выйти на глобальный уровень.

Конечно, полностью занять нишу Китая СССР не сможет. Это банально невозможно, нет у нас полутора миллиардов китайцев, готовых работать по схеме 996 за миску риса. Этот этап в СССР был пройден во время индустриализации 1930-х и Великой Отечественной. Но ведь это не значит, что мы должны отказываться от дополнительной маржи?

— Вы не понимаете, Михаил, — мы по-родственному достаточно быстро перешли на «ты», — дело не в том, что я отказываюсь, вы правы, подобное предложение бывает только раз в жизни, это шанс одним прыжком забраться в «высшую лигу». Я просто боюсь, что не потяну.

— С нашими возможностями? Это практически исключено! — некоторое время мы обсуждали условия. Голландец не шибко горел желанием пускать советскую сторону в свой бизнес, он прекрасно понимал, чем обычно заканчиваются такие союзы «галантерейщика и кардинала». Однако мне именно это было нужно. Попробовать свои силы, посмотреть, как европейцы отреагируют на советские товары при целенаправленном продвижении, людей в конце концов натренировать. Тех, которые будут работать за границей.

Конечно, ни о какой отмене монополии на внешнюю торговлю не могло быть и речи, это правило являлось фактически краеугольным в конструкции под названием экономика СССР. Вытащи его — все развалится. Поэтому отдельный департамент пришлось создавать в недрах Внешторга с тем, чтобы он был связующим звеном между заводами Союза и внешними «реализаторами».

На поле меж тем раздался свисток, ознаменовавший начало второго тайма, и почти сразу нам забили. Здоровенный темнокожий голландец Рууд Гуллит продавил во время подачи углового наших защитников и закинул головой мяч прямо в «девятку». Дасаев, конечно, попытался прыгнуть, но дотянуться до круглого у него не получилось. 1:1.

Гол «своих» трибуны приветствовали гораздо более громко, сомнений в том, в пользу кого болеют пришедшие на стадион немцы, в общем-то не было.

— У вас за последние годы произошли большие перемены в экономике и в отношениях к капиталисту, — задумчиво протянул собеседник, не отрывая взгляда от поля. Голландцы болели за своих и радовались успехам оранжевой сборной как дети.

— Мы просто отложили в сторону идеологию и сделали ставку на прагматизм, — я хмыкнул, уж сколько раз мне за прошедшие три года приходилось объяснять, что не нужно ставить телегу впереди лошади. — Пример вашей сестры тут максимально показателен.

В «приоткрытую» мною дверцу экономического взаимодействия с капиталистами на «красный огонек» за прошедшее время успело залететь вполне приличное количество мотыльков. Те, кто не желал переносить производства — или просто не имел собственных — в СССР, начали активно осваивать «давальческую» и «контрактную» схемы. Мебель, посуда. Музыкальные инструменты — этот пункт меня вообще поразил до глубины души. Оказывается, на фабрике имени Луначарского умеют выпускать нормальные — ну, пусть не топ-уровня, но вполне крепкого среднего — гитары. Для этого всего лишь понадобилось поставить над рабочими капиталистический технадзор, начать бить по рукам за любую попытку схалтурить ну и премиями в валюте это все дело немного сбрызнуть!

И вот инструменты, которые по всему Союзу считались полнейшим отстоем, подобно золушке, по мановению волшебной палочки превращаются во вполне достойный продукт. Поразительно, воистину пора на госуровне подумать над тем, чтобы в методе кнута и пряника в деле мотивации наших промышленников немного срезать пряников и добавить побольше кнута…

Если же говорить о количественных показателях, то подобная схема взаимодействия за прошедший 1987 год принесла СССР порядка трехсот миллионов долларов. Не так чтобы очень много для целого государства, однако тут все же главным прибытком виделось мне само понимание возможности такого сотрудничества со стороны западных капиталистов. СССР должен перестать выглядеть полностью закрытым и отрезанным врагом. При наличии множества торговых интересов в самых разных сферах резко повернуть тренд в сторону эскалации станет заметно сложнее. Не невозможно, конечно, но сложнее.