Чтение онлайн

— Я не большинство. И мы оба это прекрасно понимаем, — мой голос стал тише, но жестче. — Вы видели мои бои. У вас цепкие глаза и вы знаете, что я дойду до финала, не напрягаясь. Вопрос лишь в том, чей именно герб будет висеть над моей ложей, когда я буду сносить голову чемпиону Игниса. И кто получит все политические дивиденды.

Я плавно протянул руку через стол, взял хрустальный графин и медленно долил вино в ее пустой бокал. Возвращая руку, мои пальцы, казалось бы, совершенно случайно, легким, скользящим движением коснулись ее кисти, лежащей на столе.

Кожа Элирии оказалась прохладной и гладкой. Я почувствовал, как она едва заметно вздрогнула от этого мимолетного контакта. Ее дыхание на долю секунды сбилось, а легкий, почти незаметный румянец коснулся ее высоких, аристократичных скул.

Девушка быстро, почти резким движением убрала руку со стола, восстанавливая безопасную дистанцию и пряча смущение за маской холода.

— Вы играете с огнем, — произнесла она, стараясь вернуть голосу прежний властный и холодный тон, но в нем уже не было прежней уверенности.

— Огонь — моя вторая специализация, — усмехнулся я, откидываясь назад в кресло. — Так мы договорились? Полный доступ к информации, ваши личные подробные консультации в обмен на мою абсолютную победу в этом турнире.

Элирия несколько секунд молчала, сверля меня взглядом и взвешивая риски. Ей категорически не нравилась моя самостоятельность, она понимала, что не сможет меня полностью контролировать и дергать за ниточки. Но ее прагматичный интерес заключался в результате, а результат я мог гарантировать на сто процентов. Мы оба это понимали, как и то, что я могу найти и другого покровителя, просто ей повезло обратиться ко мне первой.

— Договорились, — она коротко, рублено кивнула, принимая условия. — Завтра вы выходите на арену под знаменами Серебряных Копей. Я предоставлю вам доступ к первичным архивам сразу после первого круга боев. Полный доступ — после финала.

— Отлично, — я поднялся с кресла, поправляя плащ. — Приятно вести дела с умной и красивой женщиной, которая умеет оценивать выгоду. Спокойной ночи, Элирия.

Я развернулся и направился к выходу из комнаты, спиной чувствуя ее тяжелый, задумчивый взгляд. Сделка была успешно заключена. Я получил легальный инструмент для внедрения в местную иерархию, крышу влиятельного покровителя и ценный источник информации.

Элирия не доверяла мне ни на грош, а я не доверял ей. Это была чисто прагматичная сделка, где каждый преследовал исключительно свои цели. Она хотела укрепить свою власть и унизить Игниса, я хотел получить знания о силах, правящих этим континентом, и выйти на след тех, кто мог быть связан с Феррусом и его демонами.

Турнир из простого, кровавого развлечения превратился в первый, продуманный шаг моей новой стратегии. Завтра арена покажет, на что способны лучшие из местных полукровок, и я был готов преподать им жестокий урок истинного мастерства, не зависящего от капризов их божественных родителей.

Как говорил старик Аркариус: если демон не идет к тебе — ты идешь за демоном.

Воздух в подтрибунных помещениях Арены Крови отдавал застоявшимся потом, ржавчиной и густым ароматом свежей крови, въевшейся в сами каменные стены.

Я сидел на жесткой деревянной скамье, протирая лезвие Клятвопреступника лоскутом чистой ткани. Тень дремал у моих ног, время от времени щелкая челюстями и перемалывая очередную толстую кость, выпрошенную у кухарок на верхних ярусах. Когда он только все успевает…

Леон прислонился спиной к холодной решетке загона, скрестив руки на груди, и внимательно наблюдал за суетой местных гладиаторов. Они точили секиры, проверяли ремни доспехов и бросали на меня тяжелые, колючие взгляды.

Вчерашние отборочные бои показали местным обитателям существенную разницу между тупой рубкой мяса и выверенным искусством смерти. Меня признали опасным, но местная гордыня не позволяла этим полукровкам показать страх. Каждый из них верил в силу божественного ихора, текущего в их венах.

Утро началось с резкого звука медного гонга, ударившего по барабанным перепонкам.

Тяжелые решетки с лязгом поползли вверх, впуская в сырые коридоры слепящий солнечный свет и рев тысячной толпы. Зрители требовали зрелищ, звон монет в их кошельках задавал ритм этому кровавому празднику. Я поднялся, стряхнул пыль с плаща и зашагал к выходу на раскаленный песок.

Арена представляла собой идеальный круг диаметром около ста метров, огражденный высокими стенами из гладкого базальта, на которых не за что было зацепиться даже когтями. На верхних ярусах, в богатых ложах, задернутых красным шелком, восседала элита Божественного континента.

Владыка Игнис занимал центральный трон. Мужчина с огненно-красной бородой, затянутый в золотую броню, пил вино из кубка и благосклонно махал рукой толпе.

Распорядитель турнира, стоящий на небольшом каменном возвышении сбоку, поднес к лицу магический рупор. Его голос многократно усилился, перекрывая гул трибун.

— Первый бой основного этапа! — загремел он. — На песок выходит местный любимец, сокрушитель скал, потомок Бога Землетрясений… Брогар Свирепый!

Из противоположных ворот с грузным топотом вывалилась гора мышц и камня. Брогар имел рост под три метра, его кожа отливала серым цветом гранита, а вместо классического оружия он тащил за собой цельную железную колонну, вырванную откуда-то из древних руин.

Зрители взревели, скандируя его имя. Каждый шаг гиганта оставлял в песке вмятины.

Распорядитель дождался тишины и снова поднял рупор.

— Его противник! Чужак, прошедший отборочные без единой царапины! Мечник, выступающий сегодня… — голос диктора дрогнул, глаза скользнули по бумаге, и он на мгновение замялся, прокашлявшись. — Выступающий под личным знаменем госпожи Элирии, Владелицы Серебряных Копей! Дарион Торн!

Толпа затихла. Звонкая, удушливая пауза накрыла стадион.

Я бросил взгляд на ложу Владыки Игниса. Правитель перестал улыбаться, его кубок замер на полпути к губам. В соседней ложе, задрапированной синим шелком, сидела Элирия. Девушка подняла бокал, изящно салютуя мне и всем присутствующим. На ее губах играла тонкая, издевательская усмешка, адресованная конкурентам.

Политика всегда остается грязным делом, а на Божественном континенте она имела привкус открытого вызова.

Шепотки побежали по трибунам. Местные лорды быстро переглядывались, осознавая изменение расстановки сил. Мое появление под знаменем одной из самых влиятельных женщин региона стало пощечиной хозяину турнира.