Чтение онлайн

"Виктория, поднимай", - послал я миролюбивый сигнал, демонстрируя всё своё удовольствие от осмотра окрестностей.

Женщина не стала зубоскалить, не стала задавать вопросов, как обязательно сделали бы мои сослуживцы в подобной ситуации. Просто я сначала висел, а уже через мгновение оказался стоящим на ногах, в объятиях возлюбленной. Мы ничего друг другу не говорили, просто стояли и обнимались. Альта ещё и придерживала меня, давая возможность восстановить кровообращение в затёкшей ноге.

"Как вы тут держитесь без таких вот усов?" - задал я наконец первый всплывший в сознании вопрос.

"Это довольно сложно объяснить. Если попроще, то у нас есть особые... артефакты, которые позволяют цепляться за защитные магические поля дракона", - ответила мне женщина, чётко соблюдая своё обещание откровенно отвечать на любые вопросы.

"В сказках драконов защищает от магии чешуя", - с сомнением указал я.

"Чешуя не может защитить от магии. Магические плетения проникают через любые щели, даже самые маленькие, а между чешуйками таких щелей хватает".

"Тогда зачем дракону чешуя?"

"Чтобы всякие ненормальные воины не ткали в него чем ни попадя", - развеселилась возлюбленная.
– "Тебя такой ответ устроит?"

"Я понял. Не надо зубоскалить. Она ему затем же, зачем нам кожа: такими нас создали боги".

"Нет никаких богов", - неожиданно жёстко отчеканила женщина.
– "Мы сами создаём себя такими, какие мы есть".

Я недоумённо приподнял брови, но буря эмоций, которая всколыхнулась в её душе, заставила меня прекратить расспросы. Видно, я невзначай задел какой-то тяжёлый для моей альты вопрос, связанный с нехорошими воспоминаниями. Пришлось гладить её по волосам, чтобы немного успокоить. Она потёрлась в ответ щекой о мою ладонь, и неожиданно всем телом прижалась ко мне, присасываясь в поцелуе, и вполне однозначно намекая на продолжение. Очень требовательно намекая. Только сейчас я почувствовал, насколько изголодался по своей альте, а недавние отдых и напряжение боя не прошли даром, наполнив организм силой и разбередив душу. Со звериным рычанием я вцепился ей в волосы, откидывая голову назад, стал целовать шею, ушко. Женщина ответила, змеёй оплетая моё тело своим. В следующее мгновение мы повалились на драконью спину, буквально фонтанируя эмоциями возбуждения и наслаждения.

Вторая Виктория, угадав наши дальнейшие планы, просто отодвинулась подальше, уселась поудобней, и с живейшим интересом в глазах принялась ждать развития событий. Она буквально купалась в наших положительных эмоциях, закатывала глаза и несколько раз даже заваливалась на спину, потягиваясь всем телом.

О второй альте я вспомнил только спустя какое-то, весьма продолжительное, время, когда шквал эмоций отхлынул. Глянув на неё, я поймал ободряющий взгляд насытившейся кошки, сильно меня удививший. На мой же робкий мысленный вопрос она только пожала плечами, отметив, что ей приятно ощущать столь сильные положительные эмоции. Это, по её выражению, действует очень "бодряще", и взгляд, которым она при этом меня окинула, вполне однозначно показывал, в каком именно месте у неё появляется эта самая бодрость.

Ещё через несколько минут мы с возлюбленной прошествовали на свои посадочные места, и я вновь оказался заключен в объятия женских тел. Стоит ли говорить, что подобное путешествие мне начинало нравиться гораздо больше конного?

"Как тебе?" - вопрос второй Виктории поставил меня в тупик, пришлось послать ей эмоцию недоумения. Женщина быстро исправилась, но осталась довольна моему направлению мыслей.
– "Как тебе Альтрия?"

"А... Ты об этом", - я почему-то вздохнул с облегчением. Как-то не хотелось обсуждать с женщиной любовные утехи, происходившие на её глазах. Дворянское воспитание давало о себе знать, причем, как всегда, с опозданием.
– "Как-то у вас... диковато, что ли. Совсем глазу не за что зацепиться".

"Мы так живём", - пожала плечами собеседница.
– "Мы же не люди, чтобы цепляться за эти ваши города и прочие... стадные поселения. Для нас важна свобода от шелухи искусственных побрякушек, единение с природой. Без этих нехороших человеческих эмоций вокруг, без необходимости убивать и угрожать, чтобы выжить. Когда мы в Альтрии, - можем хотя бы немного побыть собой на её бескрайних просторах".

"Стадные поселения? Кхм...", - можно было взмутиться на такое несколько пренебрежительное замечание женщины, но она действительно не человек и смотрит на нас со стороны. А со стороны мы действительно стадные существа, с этим спорить сложно. Поэтому я зацепился за совсем другую мысль в её беззвучном монологе.
– "Разве альты лишь иногда бывают в Альтрии? Я думал, они здесь живут постоянно".

Виктория как-то странно на меня посмотрела, тяжело вздохнула и, по-видимому, смирившись с моим дилетантством, стала пояснять.

"Некоторые, конечно, живут. Но таких немного. Большинство вынуждены жить вместе с людьми или другими разумными, лишь иногда заглядывая в родные леса".

"Нас вообще немного, котик", - вступила в разговор возлюбленная, - "По человеческим меркам, конечно".

"А почему вынуждены? Разве вам так уж плохо живётся с людьми? И почему вы не живёте в Альтрии, если так её любите?" - количество вопросов у меня в голове начинало зашкаливать, хотелось спросить о стольком, что сложно было выбрать самое важное.

"Вереск, всё очень сложно. В двух словах на твои вопросы не ответишь, поэтому давай лучше отложим это на потом. Со временем ты всё увидишь сам и поймёшь, а я тебе в этом помогу", - теперь речь держала только моя альта, вторая же Виктория почему-то поспешила ретироваться из разговора. Меня это не слишком устраивало.

"Виктория?" - решил снова вовлечь её в разговор я.

На моё обращение откликнулись сразу обе женщины, опёршись подбородками на мои плечи. Это подтолкнуло меня к новому вопросу, старые же я решил оставить на потом.

"Дамы, я знаю только пятерых альт, и из них двоих зовут одинаково. У вас это в порядке вещей?"

"Мы все разные, и имя для нас не так важно...", - открыла мне вторая Виктория истину, которую я знал и без неё. Зато моя альта быстро вклинилась в монолог своей сестры, зная степень моей информированности гораздо лучше неё.

"Ты просто чётче посылай мысленный зов. Имя же Виктория действительно сильно распространено. Так звали первую связующую, которая очень много сделала для нашего рода, и её именем теперь называют всех девочек, проявивших с самого рождения особую силу воли".

"Про то, что именно она сделала, я спрашивать не буду. Ответ знаю и так", - мне порядком надоели все эти недосказанности.

Вторая альта исторгла эмоцию недоумения, зато моя Виктория адресовала мне ироничный посыл, с обещанием не оставлять в неведении слишком долго.

Летели мы почти три дня. За это время дракон прервал полёт на еду лишь однажды, и его охота оставила в моей душе неизгладимый след. И было от чего, ведь поймал он ни много ни мало целого оленя, выудив его из самого центра дремучего леса. Прыти зверюги при этом позавидовал бы и какой-нибудь тигр. Дракон резко пошёл на снижение, камнем обрушившись на деревья, разрывая листья и ветки, раздвигая лапами развесистые кроны. Удар передними лапами о землю был настолько силён, что не будь альт, валяться бы мне на земле с переломанными костями. Ошарашенный атакой сверху зверь просто ничего не успел предпринять, да и скорости дракона были явно выше. Даже резкий прыжок вбок ничего не дал оленю, - дракон резко метнулся следом, скользя телом по земле подобно змее. И в следующее мгновение уже сжимал в свободных от движения передних лапах звериную тушку.

Во время всего этого безобразия мы с альтами плотно прижимались к спине зверюги, чтобы не быть сметёнными бьющими по телу ветками, и поднялись лишь когда он, сжимая в лапах вожделенную добычу, оттолкнувшись от деревьев, взмыл в небо. Поедал добычу он также в небе, но это не создавало для него особых неудобств, тем более, что в трапезе участвовали оба драконьих уса.

За время полёта я вволю выспался, натренировался и наспорился с альтами. Даже прыжок с крыла на спину зверюги освоил, хотя Виктория и была против моих упражнений. Причиной подобных подвигов было, на этот раз, не моё упрямство, а банальная скука, вкупе с нежеланием сидеть всё время в неудобной позе. В общем, полёт был весьма насыщенным, и оставил в теле совсем иные ощущения, нежели от лошадиной прогулки протяжённостью в те же три дня.