Мечтать не вредно (сборник)
Шрифт:
– Дурочка ты, Сашка! – усмехнулся Лариков. – Совсем маленькая дурочка… Ни в чем ты не виновата, успокойся. А кроме того, я сейчас позвонил в милицию своему приятелю, так вот…
Он загадочно ухмыльнулся.
– Никаких сведений об убийстве Филиппа Волкова у них нет. Видно, наши друзья решили сор из избы не выносить. Так что, не будь у тебя простуды, я бы ответил на твое предложение положительно. Уж больно все это любопытно. А телефон твой сейчас починят, у тебя просто трубка плохо лежала.
Телефон, как бы в подтверждение его слов, резко зазвонил. Я даже подпрыгнула.
Лариков поднял трубку и улыбнулся:
– Ну, слава богу! Мы уж не знали, что и думать… Что?!
Он выпустил трубку из рук. Я испуганно посмотрела на него, боясь вымолвить слово. Судя по его посеревшему лицу, там что-то случилось. Неужели Пенс?
Ужас мгновенно напал на меня, как бешеная собака, и я прижала руки к груди.
– Что? – прошептала я побелевшими губами.
– Там еще одна жертва, – сказал Лариков. – Только что нашли. Женщина, которая работала в доме.
– Алиса Давыдовна?
Я вспомнила крупногабаритную фею, и, несмотря на те мучения, что я терпела от нее, мне стало ее ужасно жалко. И особенных мучений-то не было. При чем тут вообще эта достойная женщина?
– Эльвира говорит, что она запрятала к ней в карман «жучок», но сейчас его там нет. Получается, что их «жучок» нашла та самая скотина, которая там так нетрадиционно развлекается. Короче, сдается, они там в опасности. Мне надо туда подъехать!
– Я с тобой, – решительно вскочила я и начала собираться.
– Ты же больна!
– Потом позволю себе такую роскошь, как болезнь, – отпарировала я. – И перестань смотреть на меня укоризненными глазами! Ничего со мной не случится!
Он прекрасно понимал, что спорить со мной бесполезно. Поэтому уныло вздохнул, наблюдая, как я с реактивной скоростью напяливаю на себя джинсы, куртку и кроссовки.
Что ему еще оставалось делать?
Однако мои иллюзии были разбиты. Он внезапно сказал, глядя мне в глаза:
– Послушайте-ка, помощник детектива Данич! Мне кажется, вы начали зарываться!
– Ничего подобного, – фыркнула я. – Детектив Лариков, вы, как всегда, заблуждаетесь. Я просто намереваюсь исправить то, что натворила.
– Не будите во мне зверя, – мрачно посоветовал он.
– Нет уж, – я показала ему язык. Ох, и зря я это сделала!
– Сашка, быстро мерить температуру! – заорал он. – У тебя весь язык белый…
– Ну Андрюшенька! – взмолилась я. – Пожалуйста! Вы ведь без меня там не управитесь.
Но он втолкнул меня в комнату и запер там.
– Ларчик! – кричала я, барабаня кулаками. – Я уже и так была пленницей! Выпусти меня, а?
Словно проснувшись, попугай обрадовался и начал опять свои бесконечные проповеди о собственной красоте.
– Замолчи, – попросила я.
Дверь хлопнула.
– Ну вот, – опустилась я на пол, – так всегда… Но у меня выход всегда найдется!
Благо я тепло одета. Да и ключи от Пенсова гаража при мне. А мотоцикл я водить уже давно научилась!
Поэтому я доберусь до чертовой фазенды!
Распахнув окно, я поежилась от холодного воздуха. Пожарная лестница была расположена почти рядом с моим окном. Стоило только протянуть руку и ухватиться за нее. Что я и сделала.
Повиснув, я старалась не смотреть вниз. Потому как смотреть туда значило сразу же перепугаться и упасть, а это в мои планы не входило.
Прикрыв окно, чтобы мой бедный попугай не простудился насмерть, я повисла на перекладине, нащупала ступеньку лестницы и облегченно вздохнула.
Теперь путь станет легче. Хорошо, что мои кроссовки с шипованной подошвой.
– Справимся, – пообещала я себе, начиная спускаться вниз.
Делала я это, как ни старалась, очень неловко и медленно.
– Успокойтесь, мадемуазель Александрина, – прошептала я, когда моя правая нога чуть не сорвалась со ступеньки. – Вы нужны отечеству. А это не последняя опасность, которая вас сегодня подстерегает.
Наконец я спрыгнула вниз, едва не упав, но удержалась. Отряхнув ладони, я непринужденно улыбнулась моей соседке снизу, вытаращившейся на меня с немым изумлением.
– Здрасьте, – мурлыкнула я.
Она кивнула, все еще продолжая смотреть на меня с невысказанным упреком.
«Кажется, сегодня еще одни иллюзии относительно моей нравственности разбились в прах», – подумала я, открывая Пенсов гараж. Вот и Пенс не ожидает, что я стащу его «Судзуки».
– Прости, что я тебя разочаровываю, Пенс, – вздохнула я, садясь в седло. – Но у меня нет другого выхода. Можешь считать меня недоумком.
С этими словами я нажала на педаль, и «Судзуки» радостно рванул с места.
Тело Алисы Давыдовны нашли во внутреннем дворе.
Эльвира сидела сейчас, уцепившись за руку Пенса, как за соломинку, напоминая загнанного в угол клетки зверька.
У остальных присутствующих в зале выражения лиц тоже нельзя было назвать спокойными. Даже Маркел задумчиво жевал губами, уставившись в одну точку.
– Ну, ребята, скажу я вам… – нарушил он тяжелую тишину. – Кажись, среди нас маньяк завелся.
– Бежать отсюда надо, – подало голос Лицо, – бе-жать…
Он резко поднялся и, словно вспомнив, что как-никак он представитель власти, начал расхаживать по комнате, заложив руки за спину.
– Сядьте, пожалуйста, – попросила Эльвира. – Меня и так тошнит, а тут еще вы…
– Вы как хотите, а что-то делать надо, – возмущенно начало свою пламенную речь Лицо, Приближенное к Губернатору, не обращая никакого внимания на Эльвиру. – Думаю, я выскажу общее мнение, если опять буду настаивать…
– Ни фига ты не выскажешь, – грубо оборвал его Маркел. – И сел бы ты, право слово, девочка дело говорит. От тебя прям мурашки по коже бегают…
– Если я вам мешаю, я могу уехать, – с готовностью ответило Лицо.
– Никто отсюда не уедет, – подняла голову Эльвира. – И вообще я хочу сказать одну важную вещь. Можете разозлиться на меня, это ваше право. Но мне не верится, что Алиса Давыдовна выпала из окна. Ее убили, и вы, насколько я поняла, с этим моим умозаключением согласны.
Ей никто не ответил. Все молчали, а Эльвира кашлянула и продолжила: