Чтение онлайн

– Вот гад, – возмутилась я. – Ничего подобного!

– То же самое я ему и попытался сказать. Кроме того, что мне, Андрей Петрович, совсем не хотелось ссориться ни с ним, ни с вами. Поэтому я попытался найти компромисс – присоветовал Филиппу отпустить Сашу и попробовать заставить ее себя полюбить другими способами.

– Ничего бы у него не вышло, – мрачно объявила я. – Потому что я теперь вступлю в ряды феминисток, у меня приступы мужененавистничества!

Вдаваться в подробности, почему я вдруг «заболела» этой странной болезнью, я не стала.

– Вот какая напасть! – испугался Поздяков. – Такая очаровательная девица, и что надумала! Не все же мужчины такие, как Филипп!

«Не все. Есть еще такие, как Пенс!» – хотела возразить я, но вовремя придержала свой язык.

– Да не обращайте вы на нее внимания, – нетерпеливо воскликнул Лариков, утверждая меня в решении пополнить ряды феминисток. – Продолжайте.

– Не буду вам пересказывать наш разговор, а сразу приступлю к тому моменту, который меня изрядно поднапряг. Он меня вообще почти не слушал, занятый своими мыслями, и все вертел в руке сверток. Небольшой такой, но явно тяжелый. Потом вдруг вскинул на меня глаза и спросил: «Хочешь посмотреть, что я ей подарю?» Я не ответил. Понимаете, Андрей Петрович, он ведь совершенно не хотел со мной обсуждать возвращение домой Александры Сергеевны! То он начинал вилять, прикидываясь, что ее нет в доме. То вдруг злился и требовал, чтобы я не совался в его личную жизнь, что он «взрослый мальчик»! Вдруг он развернул свой «подарок» и сунул мне его под нос. Вот тогда я всерьез испугался!

Он нервно закурил папиросу.

– Я просто глазам своим не поверил! Потому что, Андрей Петрович, я этот крест узнал! Своими глазами не видел, но на фотографиях, конечно. Приходили ко мне ваши ребята из прокуратуры и показывали эти фотографии. Кто-то разграбил церковь да еще и убил церковного сторожа. Тогда я им сказал: наши церкви не грабят! Даже Маркел на грабеж не пойдет – есть и у него понятие греха особого! И уж никак я не ожидал этого от Филиппа!

Он зло затушил папиросу и сумрачно сказал:

– Вот все это я ему и выложил, на что он на меня посмотрел спокойно и сказал на все это, что крест-де он купил, у кого, не скажет, а с человеком этим сам разберется. И я ему поверил. Не знал же я, что вечером кто-то сам разберется с Филиппом!

Что-то не давало мне покоя, там, в плавном течении мыслей.

Крест, крест…

«Нет креста…»

– Лена! – воскликнула я. – Она же говорила именно про крест! И была такая злая и расстроенная!

Я вскочила.

– Подожди, что ты несешь? – сдвинул брови Лариков. – Что кричала эта Лена?

– Что нет креста! – повторила я. – Надо срочно ее вытащить и расспросить обо всем!

С этими словами я выскочила из комнаты в коридор и полетела с реактивной скоростью к Лениной двери.

Так уж случилось, что у меня все не как у нормальных людей – моя беда в том, что я сначала делаю, а потом уже соображаю. Мама по этому поводу всегда не преминет добавить, что виной этому моя чрезмерная живость и любопытство. Что есть, то есть, наверное, благодаря этой своей идиотской черте я вечно вляпываюсь в истории, о которых нормальные люди только в книжках читают.

Бедный Ларчик! Наверное, он меня все-таки держит на работе исключительно по благотворительным причинам. Проку от меня куда меньше, чем мороки. Жалость я у него вызываю своей неприспособленностью к жизни, честное слово!

В общем, я открыла дверь в Ленину комнату, этак нахально, по-свойски, и остолбенела.

Черт знает, что там творилось! Все было перевернуто вверх дном, будто на ее комнату напала Золотая Орда и смела все, что только у несчастной хозяйки наличествовало!

Или сама Елена спешно бежала, поняв, что я ее подозреваю?

Поскольку дом этот явно притягивал всяческие несчастья, я вдруг отчетливо себе представила, что сейчас вот сделаю я два шага и наткнусь на труп хозяйки. Может быть, вам и нравится натыкаться на трупы, а у меня на них уже аллергия, и нервы у меня не такие уж железные.

Поэтому я тут же повернула назад. Сейчас зайду к Ларчику и позову его осматривать комнату. В конце концов, он в отличие от меня работал в прокуратуре, ему и флаг в руки по части поисков трупов.

Правда, тогда все лавры опять достанутся ему, а это не очень справедливо…

Мысль о стремительно исчезающих в туманной дымке «лаврах» заставила меня вернуться в комнату. Шла я медленно, оглядываясь по сторонам.

Трупа, по счастью, не было. То ли его очень хорошо припрятали, то ли вообще мне крупно повезло, и его растворили в серной кислоте.

Я открыла дверцу шкафа, зажмурившись, потому что почти на сто процентов ожидала выпадения оттуда останков Елены. Что-то огромное и шуршащее дотронулось до моего лица, заставив меня похолодеть.

«Трупы прячут в целлофан», – почему-то вспомнила я.

Моя находка была упакована в целлофан!

Я взвизгнула и отшатнулась.

Открыв глаза, я с облегчением вздохнула. Это была всего лишь шуба, такая блестящая, из натурального меха.

Я начала запихивать несносную шубу назад, и в это время дверь за моей спиной открылась и Еленин насмешливо-презрительный голос спросил:

– И какого черта ты шаришь в моей комнате?

– Да не расстраивайся ты так, – говорила Эльвира Пенсу, выпуская дым из ноздрей, – никуда твоя рыжая красавица от тебя не денется… Потом ей все объясним. Лучше скажи, похожа я сейчас на огнедышащего дракона?

Она еще сильнее выпустила дым из ноздрей и засмеялась.

– Похожа, – пробурчал Пенс, задумчиво погружаясь в созерцание дыма.

– Сережка, ты не видел Сашу? – голос Ларикова вывел его из оцепенения, он поднял голову и печально покачал головой.

– Нет, не видел. Она меня старательно не замечает и, мне кажется, намеренно избегает.

– Не бери в голову, помиритесь… Мне нужна ваша помощь, – без всякого сочувствия выпалил Лариков. – Дело в том, что, кажется, был тут наш скромный художник, которого мы просили нам позвонить. Антон Иванович, помнишь? По описанию охранника – очень похож на него. Поэтому сгоняйте к нему на дачу и притащите сюда. Очень любопытно, что он тут делал в тот вечер. Все понял?

Пенс кивнул.

– И не грусти. Все поправится…

Лариков неловко погладил его по голове, от чего Пенс дернулся.

– Я не маленький, – проворчал он.

– Иногда мне кажется, что вы с Сашечкой оба из детсада, – улыбнулся Лариков и, подмигнув Эльвире, быстро пошел назад, в кабинет, где его вопросов ожидала следующая жертва.

– Поехали? – спросила Эльвира.

– Поехали, – согласился с печальным вздохом Пенс, смотря в глубь коридора, как будто надеясь увидеть там фигурку Александры.