Чтение онлайн

Даже мы с Линн, оставшись наедине, не разговариваем. Переодеваемся и закрываем шторы. Она падает на кровать, я обнимаю её сзади, но не могу сомкнуть глаз. Она, не поворачиваясь, начинает рассказывать мне о том, что с ней произошло. О девочке из прошлого, воплотившейся в реальности при помощи магии Идилла. Образы в голове Линн были такие живые и красочные, что заставили её вновь пережить самые жуткие моменты прошлого. Смерть матери. Смерть отца. Жизнь на улице в нищете. Встреча с Кенаном. Первая ночь в борделе. О последнем она не упоминает, но правда повисает над нами, как огромный булыжник, который вот-вот нас раздавит.

Ей предлагали забыть всё это, стать счастливой, вернуться в детство.

Но она выбрала жить дальше.

Что можно на это сказать? Мне в голову ничего не приходит. Не знаю, чем я мог бы её утешить. Есть ли вообще подходящие слова? Я крепко её сжимаю и думаю о той девочке без одежды, что стояла рядом с ней. Вспоминаю себя в те годы, имевшего всё, что душе угодно, выросшего без матери, но с отцом, который меня любил. В замке, полном слуг. Я никогда не засыпал, рыдая. Никогда не мёрз и не голодал. Пока я занимался фехтованием, верховой ездой, учил языки, на которых уже никто не говорит, и историю своей страны, она училась выживать. Я разворачиваю её к себе, целую в лоб и говорю, что ей надо поспать.

Линн после такой тяжёлой ночи довольно быстро погружается в глубокий сон.

А я понимаю, что не могу заснуть, хоть глаза и слипаются от усталости. Я лежу рядом с ней, прижавшись щекой к подушке и не убирая руки с её талии. Смотрю, как она спит — такая спокойная, будто все мучения прошлой ночи были лишь страшным сном. Но это правда. Шрамы остались на ней, даже если они не видны глазу, и каждый раз, когда она раскрывает душу передо мной, меня бросает в дрожь. Я задаюсь вопросом, как с такими ранами вообще можно жить, и вижу в этом доказательство того, сколько великих, невероятных вещей ей судьбой предназначено совершить.

Но в этом списке нет пункта «сделать меня счастливым до конца жизни».

И хотя я понимаю, что это эгоистично, я всё равно думаю о нас. О времени, которое у нас осталось. К чему мы движемся? Она сама сказала, что это пустые надежды. Что она не будет заниматься торговлей в Сильфосе. А я не хочу, не могу отказаться от короны. Это единственное, на что я гожусь. Единственное, в чём я был уверен всю свою жизнь.

Закрываю глаза и провожу рукой по спине Линн.

Пока она спит, я отчаянно ищу способ удержать её в своих объятьях.

* * *

Когда Линн просыпается, солнце уже садится за горизонт, и его последние лучики просачиваются сквозь шторы, оставляя полосы света на полу. Её тело в моих руках напрягается, будто от боли, а губы приоткрываются в безмолвном крике, и она резко хватает ртом воздух. Я поднимаю руку, чтобы коснуться её лица.

— Линн…

Она моргает, её взгляд фокусируется на мне. Все её мышцы разом расслабляются, когда приходит узнавание. Она обнимает меня и утыкается лицом в моё плечо. Я ничего больше не говорю, и она тоже молчит.

Ночной кошмар. Один из тех, что живут внутри неё. Хотел бы я забрать их все и спрятать в чулане.

Через несколько минут она потихоньку перестаёт дрожать и затем немного отстраняется, чтобы взглянуть на меня. Глаза у неё сухие, но во взгляде, кажется, разразилась буря.

— Выглядишь ужасно, — она проводит пальцами по моим щекам и обводит круги под глазами. Да, я, наверное, являю собой жуткое зрелище.

— Никак не мог заснуть, — признаюсь ей и меняю положение, чтобы поцеловать её ладонь. — Ты слишком красива, чтобы оторвать взгляд.

Не похоже, что её порадовал комплимент. Честно говоря, я думаю, что она пропустила его мимо ушей, судя по тому, как она хмурится.

— Тебе нужно отдохнуть.

— Всё в порядке, — вздыхаю. — Просто в голове слишком много мыслей.

— Что может быть важнее крепкого сна, когда очевидно, что ты очень устал?

Улыбаюсь. Выходит не особо радостно, но это лучшее, что я могу ей предложить.

— Ты. Мы.

Она напрягается, словно я ляпнул что-то не то. Может, мне стоило промолчать и просто поцеловать её. Когда мы целуемся, обнимаемся, спим вместе, слова излишни. Достаточно только шептать имена друг друга. Это простой язык, который мы оба понимаем.

Это способ общения, который не причиняет боли.

— То, что я сказала, ничего не меняет, правда? — бормочет она, вцепившись в мою рубашку. — Мы можем оставить всё как есть. Продолжать то, что делали до этого. Мне нравятся… наши… отношения. Это можно так назвать? — мне хочется ответить «да», но я не размыкаю губ. Она выглядит такой же потерянной, как и я. — Артмаэль, я ничего об этом не знаю. Об… отношениях. В парах. Я всегда была девочкой на ночь. Но я точно знаю… что никогда ни к кому не испытывала ничего подобного. Не думала, что у меня могут быть такие чувства. Но за эти дни с тобой… то, что было между нами, хотя у этого нет названия и определения, но это делало меня счастливой. И я хочу это сохранить.

И на какой же срок? Наши отношения вот-вот закончатся. Мы не можем бесконечно тянуть, просто потому что хочется. Мы всё говорим: «Ещё немного, ещё немного». Уже завтра мы доберёмся до Идилловской Башни. А потом останется только проводить Хасана до Дионы. Может, напоследок заскочим на Грат. После этого мы, возможно, захотим поехать посмотреть на драконов Даиса, а ещё заглянем на шахты Ридии, где добывают драгоценные камни. А если ещё нырнуть к затонувшим кораблям? Поискать подводные сокровища? Можем взять своё судно, чтобы отправиться в дальние страны, где, говорят, есть королевы, любимые своим народом. Возможно, там есть существа, о которых мы никогда не слышали, чьё существование даже вообразить не могли.

Но это всё равно не навсегда. Рано или поздно, но всё закончится.

— У нас остались считанные дни вместе, — напоминаю ей. И самому себе.

Не хочу расставаться с ней. Как и не хочу, чтобы кто-то из нас отказывался от своей мечты — мы ведь лелеяли их много лет. Никто не должен отказываться от всего ради другого. Это неправильно. Возможно, я готов отсрочить своё возвращение домой, как и она готова отложить свои путешествия и открытие собственного дела. Но не придётся ли нам об этом пожалеть? Не станем ли мы упрекать в этом друг друга? Не возненавидим ли друг друга?

— Знаю.

— Это ничего не меняет, — шепчу ей на ухо. Её волосы щекочут нос. Мне придётся отказаться от всех этих мелочей? Отводить её волосы в сторону, чтобы поцеловать в шею… Чувствовать прикосновения её губ к моей груди напротив сердца. — Я всё ещё… люблю тебя. И буду любить.

Она закрывает глаза. Её рука запутывается в моих волосах, а губы ласкают висок. Стоит ей вздохнуть, как я уже растаял.

— Я тоже тебя люблю, — шепчет она. Она меняет положение, обхватывая руками моё лицо и прижимаясь лбом к моему. — Давай наслаждаться тем временем, что у нас есть. А сожаления оставим на потом. По крайней мере… нам будет что рассказать. Это лучшая история из всех, что мы пережили за время этого путешествия, — она пытается улыбнуться. У меня застревает ком в горле. — Разве это не прекрасно? Все герои обязательно должны встретить свою любовь…