Чтение онлайн

Полчаса спустя Эван в последний раз оглядела кухню и покачала головой. Она сделала, что могла, остальное будет на совести кухарки и уборщиков.

Они с Дженни глядели сверху на заполненный гостями холл. Им пришлось чуть задержаться у комнаты девочки, чтобы взять ее ночную рубашку и одежду на следующий день, но Эван хотелось побыстрее оказаться дома. «Дома... в своем личном, уютном коттедже», — радостно думала она. Именно сейчас он казался ей особенно милым и желанным по контрасту с тем, что творилось внизу. Гости прибывали группами по два — четыре человека и сразу направлялись в патио или гостиную. Но дверь в библиотеку была закрыта.

— Идем, дорогая. Нам лучше выйти через кухню.

Но Дженни, прижавшись лицом к перилам, с восторгом разглядывала гостей.

— Можно я еще немного посмотрю, Эван? Пожалуйста, — умоляюще сказала она. — Я хочу увидеть тетю Карессу. Ну пожалуйста.

Двойное «пожалуйста». Как тут устоять?

— Ладно, только недолго.

— Она красивая, правда, Эван?

Девочка бесцеремонно указала пальцем на вошедшую гостью, и, взглянув в том направлении, Эван заметила самую поразительную из всех когда-либо виденных ею женщин: огненно-рыжую, с кожей цвета слоновой кости, в черном платье, открывающем спину и казавшемся настоящим произведением искусства. Когда Линк подошел к гостье, чтобы помочь ей снять коротенький жакет, та слегка прижалась к нему, что-то шепча на ухо, и он улыбнулся. При виде этой пары Эван почему-то бросило в жар. Слишком уж много времени понадобилось хозяину дома, чтобы справиться с ее проклятым жакетом.

Женщина оглядела украшенный цветами холл.

— О, Линк! Как здесь восхитительно! — сказала она. — Но ты должен был позвонить мне. Я могла бы помочь с едой... или еще в чем-то. Правда, дорогой. Я обязательно протянула бы тебе руку помощи.

«О да, холеную руку с длинными наманикюренными ногтями», — усмехнулась про себя Эван.

Линк повесил жакет и улыбнулся:

— Как-то не представляю тебя надрывающейся в кухне. Ты даже не прибавила, что создана для лучшего, Криста? — с холодной насмешкой поинтересовался он.

— Да, я и в самом деле... как тебе известно, дорогой, — промурлыкала женщина. — Кстати, я совсем забыла о чудесной экономке, которая на тебя работает. Как ее зовут?

Поколебавшись, Линк все же ответил:

— Мод. И она действительно чудесная.

В этот момент дверь снова открылась.

— Тетя Каресса! Иди сюда! — не удержавшись, замахала руками Дженни.

— Привет, милая, — улыбнулась Каресса. — Иди ко мне, поцелуй свою старую тетушку. — Когда девочка сбежала по лестнице, она потрепала ее по голове и спросила: — Это ты наверху, Эван?

— Да, это я. Как поживаешь?

— Прекрасно. Не спустишься к нам?

Проявила к ним интерес и Криста, взглянув сначала на Эван, потом на Линка.

— О нет, мы только зашли за вещами Джен, она будет спать у меня.

— Неужели ты работаешь по ночам и не придешь на вечеринку? — Каресса повернулась к брату. — Скажи-ка, дорогой мой, ты родился подонком или стал им?

Эван, застонав, покраснела до корней волос, но Линк улыбнулся. Казалось, он сам этого не ожидал, поскольку его губы сначала дернулись, а уж потом возникла очаровательная усмешка, образовавшая чувственные складки у рта. И чем дольше он смотрел на Эван, тем шире становилась улыбка.

Черт бы его побрал! Видимо, он получает от этого удовольствие.

— Почему ты заставляешь ее работать по ночам? — не унималась Каресса. — Она же моя подруга и...

— Каресса, ради Бога, ты ставишь меня в неловкое положение. Идем, Дженни, нам пора.

К ее несказанному облегчению, подруга умолкла, а девочка не стала возражать.

— Пора в кровать, Джен. Только сначала воспользуемся мылом и водой.

Ей даже не пришлось беспокоиться о том, чтобы накормить девочку, поскольку дети уже отведали на кухне всяческих яств, приготовленных к вечеринке. После ванны она проводила засыпающую Дженни в спальню и на обратном пути взглянула на себя в зеркало. Хорошо еще, что Линк ограничился улыбкой. Он вполне мог расхохотаться. Ну и вид у нее! Волосы растрепаны, на лбу черное пятно, щека в чем-то белом. Мука? Она потерла щеку, лизнула пальцы. Миндальное тесто. Как она умудрилась так вымазаться? Ее лицо похоже на шахматную доску.

Эван поспешила в ванную и, лежа в горячей воде, постепенно расслабилась. Стоит ли волноваться из-за того, что она выглядела, как Медуза Горгона? Да и Линкольн Тримейн Стюарт может хохотать, сколько ему вздумается, раз у нее есть этот коттедж.

Облачившись в ночную рубашку и легкий шелковый халат, она босиком пробежала в кухню, чтобы приготовить себе ужин: бутерброды с персиковым джемом и арахисовым маслом, а к ним стакан молока. Она слышала музыку, доносившуюся из особняка, поэтому вышла со стаканом на веранду, Сидя на верхней ступеньке, Эван глядела на великолепную луну, любующуюся собой в зеркале океана, пила молоко, кивала головой в такт музыке... «Вполне возможно...» — песня старины Джонни Мэтиса[2]... Закрыв глаза, она стала тихонько подпевать.

— Не возражаете против зрителей?

Эван вздрогнула от неожиданности и открыла глаза:

— Линк! Что вы тут делаете?

Он стоял перед ней в пиджаке нараспашку, с бутылкой вина и двумя бокалами.

— Я подумал, может, вам захочется выпить, — сказал он.

— Вы с ума сошли? У вас же в доме больше сотни гостей.

— Поэтому я здесь. Вечеринка в полном разгаре, вряд ли кто заметит мое отсутствие. — Линк наполнил бокал, протянул ей. — Возьмите, Эван, отличное вино.

— По-моему, идея не слишком удачная.

— А на мой взгляд, лучшая из всех, что приходили мне в голову за последние месяцы. Или даже годы. — Он сел рядом. — Где Дженни?

— Спит.

— Хорошо.

— Она слишком устала.

— Угу.

Видимо, Линк не собирался продолжать разговор о дочери. Кажется, он вообще не собирался разговаривать. Просто глядел на луну и пил свое вино.

Эван украдкой взглянула на него. Лунный свет посеребрил его золотистые волосы, бросил ему на лицо таинственные тени. Волевое лицо с классическими чертами. Но его рот, обычно напряженный, резко очерченный, почему-то казался сейчас мягким, соблазнительным. Она вздрогнула. Линк опасен в своей привлекательности.

— О чем вы думаете?

— Я думаю о том, что вам пора идти к гостям.

— О чем вы думаете на самом деле, Эван?

О сексе. Она думает о сексе. А грубо говоря, испытывает вожделение к Линку Стюарту. Если бы он знал...

— Я думаю... — Она умолкла, поскольку в ночи полилась другая песня Джонни Мэтиса... «Лунный свет тебе к лицу». Только этого ей и не хватало!

— Что? — вернул ее к действительности Линк.

— Что я устала. Был трудный день. — Эван резко встала. — Спокойной ночи. И спасибо за вино.

— Не уходите. Пожалуйста.

Эван продолжала стоять, упрямо отказываясь подчиниться голосу разума.

— Дженни не моя, — произнес вдруг Линк.

— Что вы сказали? — Она тряхнула головой. Видимо, плохо его расслышала.

— Дженни не моя дочь.

— Не понимаю.

Эван действительно не понимала. Три секунды назад она думала... не важно, о чем она думала... и теперь пыталась осознать странное заявление Линка. Мысли у нее кружились в поисках разумного ответа. Он тоже встал, сунул руки в карманы брюк и сказал: