Чтение онлайн

Лиза набрала горсть конфет и плюхнулась на кушетку, сунув одну из них в рот. Апельсиновый крем. Отлично, но не так хорошо, как поцелуи Харлана.

Она откинулась на подушки и отдалась печальным размышлениям. Как мог Чак сделать подобную вещь? Он растоптал и замарал ее репутацию. И как ей теперь это исправить? Он надеялся, что ситуация станет такой тяжелой, что она подожмет хвост и сбежит. И именно так она и собиралась поступить.

Ее глаза наполнились слезами. Чем она была? Где эти бесконечные диалоги? «Я неудачница, я не могу это сделать, я недостаточно хороша, я толстая, я ленивая, я не заслужила счастья». Это был не ее голос. И она устала слушать его. Он хотела услышать что-нибудь другое, сильное, позитивное. Инстинктивно она потянулась к магнитофоном и включила запись. Раздался голос Харлана. Она жадно впитывала его речь, несущую уверенность и силу. Вот ее безопасное убежище.

Ох, Харлан, ты нужен мне!

Она закрыла глаза, откинулась на подушку и слушала голос Харлана, представляя его себе так ясно, как будто он был здесь, рядом, и достаточно было только протянуть руку, чтобы коснуться его. Она прокручивала пленку за пленкой, жадно слушая его. И вот наконец она услышала:

«Как можете вы держать что-то в руках и по-прежнему висеть в пустоте? Ведь то, что у вас есть, совсем не то, что вам надо. То, что нужно, — снаружи. Оно всегда там было. Вы можете проверить это — не для меня, для себя. Потому что вы достойны лучшего. С этой уверенностью вы можете совершить перемену. Ту перемену, которая начинается внутри».

Вот что он имел в виду. Вот о чем говорил Харлан. Как же она этого не заметила? Как она слушала эти слова и так и не услышала, что он говорил?

Оставшиеся до рассвета два часа она слушала его слова, и на этот раз слышала сердцем, душой и разумом. Она была еще вся захвачена открытием, когда раздался стук в дверь. Она подошла к двери и пробормотала:

— Кто там?

— Харлан.

Лиза приоткрыла дверь, насколько позволяла цепочка. Шляпа, металлическая оправа, борода. Это был Харлан! Она смотрела на него достаточно долго, чтобы он успел выговорить «Я люблю тебя, Лиза». Потом закрыла дверь.

— Лиза?

Господи! Это был Харлан! Он здесь!

Взгляд Лизы обежал квартиру, весь этот беспорядок и разгром. Она увидела коробку из-под пиццы, купленной в пятницу, шоколад на столе, пальто и сумку там, где она их бросила, раскиданные по кушетке одеяла. И Харлан Джеймсон стоял за дверью.

— Подожди, Харлан! Я не одета! — голос у нее прерывался от испуга.

— Неважно. Я полночи искал место для стоянки. Я устал и замерз. Если ты не хочешь, чтобы я тебя видел, я сниму очки. Ну хоть кофе я могу выпить?

Молчание. Потом звякнула цепочка.

Он стоял на пороге, замерзший, несмотря на теплое пальто, и держал очки в руке.

— Можно войти?

«Я люблю тебя, Лиза». На самом ли деле он это сказал? Она не могла позволить ему уйти после этого. Она почти затащила его внутрь.

— Ты можешь довести меня до кресла, чтобы я не сломал себе шею?

Она постояла секунду, переполненная эмоциями, столь же слепая, как и он. Потом судорожно вдохнула.

— Да, надень свои очки.

Харлан послушно выполнил ее просьбу. Она была раздета. И очаровательна — с полными слез, покрасневшими глазами и трепетной улыбкой. Он огляделся по сторонам и удивился:

— Ого. Здесь прошелся ураган?

Он увидел коробку шоколадных конфет и тут же сосчитал. Шести не хватало, пять лежали на кофейном столике.

— Похоже, я вовремя. Когда ты купила это?

— В пятницу, — виновато проговорила она.

— На самом деле? Лиза, я поражаюсь твоей выдержке. Я бы опустошил коробку еще в машине…

Лиза обняла его за шею и крепко поцеловала. Он облегченно вздохнул. Это был такой глубокий вздох, как будто вся тяжесть земная упала с его широких плеч. Когда они оба перевели дыхание, Лиза попросила:

— Скажи мне еще раз.

— Что?

— Что ты любишь меня.

— Ты уверена, что не выставишь меня вон и не захлопнешь дверь?

— Уверена.

— Я люблю тебя! — Он коснулся ее темных волос, щеки, влажных губ. — Я знаю, что просил только кофе, но не думаешь же ты, что мне не хочется заняться с тобой любовью гораздо больше?

— Я бы не возражала…

Лиза провела его в спальню и он увлек ее на кровать, не обращая внимания на то, что был одет. Харлан целовал ее, пока все ее огорчения не отлетели прочь. Потом она остановила его:

— Остановись на минутку и сними пальто.

Харлан сел и освободился от него. Потом обнял ее.

— Могу я остаться на ночь?

Было только девять часов утра, но это был совсем не беспричинный вопрос.

— Оставайся, сколько захочешь. — Она провела по его заросшей щеке. — Ты так изменился…

— Нравится?

— Очень сексуально. Когда ты решил отпустить бороду?

— Дорогая, мужчина не решает отрастить бороду. Она просто растет сама собой, пока он не решит что-нибудь с ней сделать. Это относится не только к бороде, — он направил ее руку вниз. — Ты хочешь что-нибудь сделать с этим?

— С удовольствием…

Лиза недолго возилась с его поясом и пуговицами. И когда эти препятствия были преодолены, Лиза повалила его на спину и постаралась, чтобы он почувствовал, как сильно она соскучилась по нему.

— Лиза, дорогая, это лучше бы сделать поскорее.

Но она не торопилась. Черт возьми, она дразнила его. Это было уж слишком.

И все пошло куда быстрее, и прорвался долго сдерживаемый пыл.

Наконец Харлан открыл глаза и посмотрел на нее слегка извиняющимся взглядом.

— Укрощение на этот раз совершилось.

Лиза улыбалась.

— Нет. Спасибо, что прилетел сюда, чтобы увидеться со мной.

Он привлек ее к себе, прижал к груди. Провел рукой по ее лицу.

— Я просто сошел с ума, потеряв тебя. Когда я услышал, что ты сказала во время записи в ту пятницу, то поспешил увидеться с тобой лицом к лицу. Скажи мне это сама.

— Харлан, я влюбилась в тебя, когда мы первый раз танцевали…

— Хотелось бы мне, чтобы я услышал это раньше.

Он спрятал голову у нее на плече. Она ощущала его дыхание, его тепло и силу рядом с собой и внутри себя. Харлан снял очки и положил их на прикроватную тумбочку.

— Так вот, — сказал он решительно. — Теперь все, что я могу видеть, — это то, что я всегда хотел.